Библиографическое описание:

Редькин В. А. Литературно-культурологическое путешествие Гончарова // Молодой ученый. — 2010. — №4. — С. 398-402.

Русский писатель Иван Александрович Гончаров совершил кругосветное путешествие на фрегате «Паллада» сто пятьдесят шесть лет назад. И результатом этого морского путешествия стала книга путевых очерков «Фрегат “Паллада”». Путевые очерки И.А. Гончарова были изданы отдельной книгой в Петербурге в 1858 году. При жизни писателя книга путевых очерков переиздавалась шесть раз и имела большой успех. Именно в этой книге Гончарова сконцентрирована почти вся тематика его художественного творчества, отражение получили его социальные, этические и эстетические позиции, его мировосприятие чужих стран и народов и постоянное соотношение иного увиденного с отечественным, близким ему. Поэтому плавание на фрегате «Паллада» можно охарактеризовать как литературно-культурологическое путешествие. Во время длительного плавания (с октября 1852 года по август 1854 года) Гончаров сравнивает увиденное, открытое им с тем, что оставил в России, что вошло с детства в его душу и сознание. «Увижу новое, чужое и сейчас в уме прикину на свой аршин. Я ведь уже сказал вам, что искомый результат путешествия – это параллель между чужим и своим. Мы так глубоко вросли корнями у себя дома, что куда и как надолго бы я ни заехал, я всюду унесу почву родной Обломовки на ногах, и никакие океаны не смоют её!» [1, с. 49].

Будущий писатель ещё в детстве и юности читал произведения о путешественниках и путешествиях. Интерес к морским путешествиям был заложен у Гончарова близким другом его семьи и наставником Н.Н. Трегубовым, который долгое время служил во флоте. Занимаясь в Московском университете, Гончаров с большим интересом читает сочинения по географии и естественным наукам. Безусловно, формирующийся писатель прочёл «Письма русского путешественника» Н.М. Карамзина, влияние которых ощущается и в его путевых очерках «Фрегат “Паллада”». Но мечты о морском путешествии, о стремлении увидеть новые земли и государства стали реальностью, когда 7 октября 1852 года фрегат «Паллада», построенный ещё в 1832 году в Англии, отплывает из Кронштадта, направляясь в далёкую и закрытую Японию через западное побережье Европы и огибая западное побережье Африки. Секретная миссия экспедиции заключалась в том, чтобы открыть Японию для торговли с Россией.

Гончаров стремился совершить это путешествие, чтобы получить новые впечатления и стимулировать свой литературный талант. К этому времени И.А.Гончаров опубликовал свой первый роман «Обыкновенная история» (1847) и стал известным писателем. Многие были удивлены тем, что сорокалетний автор «Обыкновенной истории» отправляется в столь длительное плавание. Сам И.А. Гончаров в письме к Е.А. Языковой от 23 августа 1852 года писал: «Все удивились, что я мог решиться на такой дальний и опасный путь – я, такой ленивый, избалованный!.. Внезапные перемены составляют мой характер, я никогда не бываю одинаков двух недель сряду, а если наружно и кажусь постоянен и верен своим привычкам и склонностям, так это от неподвижности форм, в которых заключена моя жизнь» [2, с. 65]. Писатель официально был взят в качестве секретаря адмирала Е.В. Путятина, возглавившего русскую экспедицию на фрегате «Паллада». «Этот Гончаров – чиновник департамента внешней торговли, взятый Путятиным в качестве секретаря, но, вероятно, его роль будет историографическое описание экспедиции», - писал в письме своим близким капитан шхуны «Восток» В.А. Римский-Корсаков [3, с. 122].

Сдержанная проза и полная удивления восторженная романтика тесно переплетаются на страницах «Фрегата “Паллада”», создавая драматическую напряжённость в описании человеческого существования. Этот мотив философского размышления над судьбами человечества оказывается превалирующим в произведении Гончарова. Совершая морское путешествие, И.А. Гончаров смотрит на окружающий мир и мудрым философским взглядом, когда он описывает практицизм англичан, и глазами восторженного юноши, когда оказывается на острове Мадейра, на самом юге Африки или в Юго-Восточной Азии. «Вглядывание, вдумывание в чужую жизнь», то есть анализ увиденного становится одной из основных задач путевых очерков Гончарова. Анализируя английский капитализм, писатель отмечает: «…не только общественная деятельность, но и вся жизнь всех и каждого сложилась и действует очень практически, как машина» [1, с. 37]. Это «вглядывание», а затем и «вдумывание» в чужую жизнь выступает у Гончарова своеобразным, литературно-культурологическим, философским постижением мира, и чисто эмоциональные впечатления дополняются рационалистическим рассуждением. Всматриваясь в Англию и анализируя жизнь англичан, Гончаров подчёркивает: «Замечу, между прочим, что всё здесь стремится к тому, чтоб устроить образ жизни как можно проще, удобнее и комфортабельнее. Сколько выдумок для этого, сколько потрачено гения изобретательности на машинки, пружинки, таблицы и другие остроумные способы, чтоб человеку было просто и хорошо жить!» [1, с. 44 – 45].

Постоянное сопоставление чужого и своего пронизывает текст путевых очерков. Даже описывая красоту острова Мадейра, писатель не забывает оставленную родину и сравнивает воздух Волги и воздух португальского острова. «Много рассказывают о целительности воздуха Мадеры; но сладостью, которой он напитан, упиваешься, лишь только ступишь на берег. Я дышал, бывало, воздухом нагорного берега Волги и думал, что нигде лучше не может быть. Откроешь утром в летний день окно, и в лицо дует такая свежая, здоровая прохлада. На Мадере я чувствовал ту же свежесть и прохладу волжского воздуха, который пьёшь, как чистейшую ключевую воду, да, сверх того, он будто растворён…мадерой, скажите вы? Нет, тонкими ароматами этой удивительной почвы, питающей северные деревья и цветы рядом с тропическими, на каждом клочке земли в несколько сажен, и не отравляющей воздуха никаким ядовитым дыханием жаркого пояса. В этом и состоит особенность и знаменитость острова» [1, с. 69].

Во время кругосветного плавания И.А. Гончаров стремился воспринять каждую страну, каждое посещаемое место как определённый этап в процессе движения человечества к прогрессу. Отталкиваясь от «Писем русского путешественника» Н.М. Карамзина, Гончаров интерпретирует прогресс в духе философско-просветительских идей восемнадцатого столетия. Карамзин, как и французские просветители, понимали под цивилизацией и прогрессом общество, основанное на разуме и справедливости, где существует гармония между материальным и духовным. И.А. Гончаров, испытав культурологическое воздействие и французских философов восемнадцатого века, и Н.М. Карамзина, во «Фрегате “Паллада”» раскрывает само понятие прогресса в духе эпохи Просвещения: прогресс – это движение, которое ставит целью совершенствование и материального, и духовно-сакрального аспектов общества. «Комфорт и цивилизация почти синонимы, или, точнее, первое есть неизбежное, разумное последствие второго», - указывает Гончаров [1, с. 203]. Но, находясь в цивилизованной и меркантильной Англии, пристально всматриваясь в жизнь и культуру англичан, Гончаров открывает для себя возвышенно-сакральную атмосферу Вестминстерского аббатства. «Бродя среди живой толпы, отыскивая всюду жизнь, я, между прочим, наткнулся на великолепное прошедшее: на Вестминстерское аббатство, и был счастливее в это утро. Такие народные памятники – те же страницы истории, но тесно связанные с текущей жизнью. Их, конечно, надо учить наизусть, да они сами так властительно ложатся в память. Впрочем, глядя на это аббатство, я даже забыл историю, - оно произвело на меня впечатление чисто эстетическое. Меня поразил готический стиль в этих колоссальных размерах. Я же был во время службы с певчими, при звуках великолепного органа. Фантастическое освещение цветных стёкол в стрельчатых окнах, полумрак по углам, белые статуи великих людей в нишах и безмолвная почти, почти не дышащая толпа молящихся – всё это образует одно общее, грандиозное впечатление, от которого долго слышится какая-то музыка в нервах» [1, с. 32]. Отсюда видно, что прогресс у Гончарова – это неразрывное единство материального и духовного, а подлинная цивилизация подразумевает не только производство материальных ценностей, товаров, но и духовно-нравственное совершенствование человеческой личности.

Нравственно-философские рассуждения И.А. Гончарова в данном контексте не совпадают со взглядами английского позитивиста Генри Бокля, написавшего книгу «История цивилизации в Англии» (1857-1861). В своей книге Генри Бокль отстаивает тезис о том, что прогресс цивилизации детерминирован не морально-нравственным совершенствованием и не уровнем религиозной культуры человека и общества, а развитием только научного познания. Но у Гончарова понятия «прогресс» и «цивилизация» связываются с христианскими духовными и нравственными ценностями.

В связи с религиозным аспектом мировосприятия Гончарова в его путевых очерках даётся оценка конфуцианства во второй главе второго тома «Фрегата “Паллада”». Пытаясь понять духовные основы китайской культуры, И.А. Гончаров приходит к выводу о том, что «у китайцев не было до сих пор ничего, похожего на религиозную идею». И само конфуцианство писатель не относит к религии, поскольку оно пропитано повседневностью. «Учение Конфуция – не религия, а просто обиходная нравственность, практическая философия, не мешающая никакой религии», - резюмирует Гончаров [1, с. 323].

В главе «Русские в Японии» Гончаров пишет о консервативности и закрытости этой островной страны, где «всякая мелочь казалась знаменательною особенностью». «Вот этот запертой ларец, с потерянным ключом, страна, в которую заглядывали, до сих пор с тщетными усилиями, склонить и золотом, и оружием, и хитрой политикой, на знакомство. Вот многочисленная кучка человеческого семейства, которая ловко убегает от ферулы цивилизации, осмеливаясь жить своим умом, своими уставами, которая упрямо отвергает дружбу, религию и торговлю чужеземцев, смеётся над нашими попытками просветить её, и внутренние, произвольные законы своего муравейника противоставит и естественному, и народному, и всяким европейским правам, и всякой неправде» [1, с. 232-233]. Но, говоря о закрытой, консервативно-традиционной Японии XIX века, Гончаров мысленно возвращается к временно оставленной России, в которой, по мнению писателя, эволюционные реформы необходимы. Эта мысль о необходимости мирных перемен в России найдёт наиболее яркое выражение в последующих романах И.А. Гончарова – «Обломов» и «Обрыв».

По мысли Гончарова христианская религия и цивилизация, основанная на нравственных, гуманных принципах, способны преобразовать человека и социум. Проезжая от Аяна до Якутска в августе 1854 года, Гончаров был поражён суровостью климата и природы Чукотки и Якутии. «Ничего нет ужасного в этих диких пейзажах, но печального много… Нигде ни признака жилья, ни встречи с кем-нибудь». «Тоска сжимает сердце, когда проезжаешь эти немые пустыни», – отмечает Гончаров [1, с. 479, 482]. Но цивилизация и христианская религия постепенно преображают эти суровые северные земли, вдыхают жизнь в эти недоступные и безлюдные края. Развивая данную мысль, И.А.Гончаров пишет: «Я теперь живой, заезжий свидетель того химически-исторического процесса, в котором пустыни превращаются в жилые места, дикари возводятся в чин человека, религия и цивилизация борются с дикостью и вызывают к жизни спящие силы» [1, с. 507]. Но это движение вперёд, этот «химически-исторический процесс» совершают люди, несущие просвещение, духовность и цивилизацию. Это архиепископ камчатский и курильский Иннокентий, священники-миссионеры Хитров и Запольский, генерал-губернатор Восточной Сибири Н.Н.Муравьёв, чиновник особых поручений М.С.Волконский и простые люди, живущие в этих отдалённых краях, как отставной матрос Сорокин. Таким образом, исторически-цивилизационный прогресс раскрывается Гончаровым в результате преобразующей деятельности человеческой личности. Но в мировосприятии Гончарова люди, вдохновлённые просветительскими идеями и просто гуманными целями, имеющие доброе сердце, «создали, населили и просветили» Сибирь. В концепции и миропонимании писателя человеческая цивилизация и история соединяются в рамках прогресса и способствуют положительной, позитивной динамике жизни. «Сама же история добавит только, что это те же люди, которые в одном углу мира подали голос к уничтожению торговли чёрными, а в другом учили алеутов и курильцев жить и молиться – и вот они же создали, выдумали Сибирь, населили и просветили её, и теперь хотят возвратить Творцу плод от брошенного Им зерна. А создать Сибирь не так легко, как создать что-нибудь под благословенным небом…» [1, с. 507]. 

Описывая Сибирь в последних главах «Фрегата “Паллада”», И.А. Гончаров в какой-то степени создавал проект будущего. В своих путевых очерках писатель представляет читателю свой образ земной Вселенной в литературно-культурологическом и философском контекстах. Анализируя текст «Фрегата “Паллада”», можно установить связь в миропонимании Гончарова и П.Я. Чаадаева, поскольку и писатель, и философ в воспитании, просвещении и нравственном совершенствовании видели средства для осуществления идеального общественного устройства, а точнее сказать, для более совершенного социального устройства. Важным компонентом в просвещении и моральном развитии народных масс Гончаров мыслит христианство. В смысловом поле данного тезиса архиепископ Иннокентий представлен Гончаровым настоящим подвижником, «крупной исторической личностью», так как он выполняет высокую религиозную миссию. «Чем дальше населяется, оживляется и гуманизируется Сибирь, тем выше и яснее станет эта апостольская личность», - подчёркивает И.А. Гончаров [4, с. 215]. Говоря об апостольской миссии архиепископа камчатского и курильского Иннокентия, Гончаров пишет: «Но всюду здесь водружён крест благодаря стараниям Иннокентия и его предшественников» [1, с. 487]. 

В литературно-культурологическом путешествии Ивана Александровича Гончарова ярко выражен интерес к глобальным, общечеловеческим проблемам. Земная Вселенная в путевых очерках «Фрегат “Паллада”» предстала перед читателями в удивительном социокультурном многообразии. Но прочитываемое удивительное многообразие мира объединяется Гончаровым философско-историческими категориями «цивилизация» и «прогресс», которые в рамках произведения писателя наполняются и культурологическим содержанием. Не соглашаясь с точкой зрения позитивистов, И.А. Гончаров придаёт этим важнейшим, фундаментальным понятиям глубокий гуманистический смысл, что сообщает очеркам «Фрегат “Паллада”» весьма актуальное звучание.  

 

Библиографический список

1.Гончаров И.А. Фрегат «Паллада». Очерки путешествия в 2-х томах. Саратов, 1986

2.Бло Жан. Иван Гончаров, или недостижимый реализм. СПб., 2004.

3.Лошиц Ю.М. Гончаров. М., 2004.

4.Краснощёкова Е.А. И.А.Гончаров. Мир творчества. СПб., 1997.

 1, тивоставит и естественному, и народному, и всяким европейским правам, и всякой неправде" отвергает дружбу, религию и торговл

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle