Библиографическое описание:

Папченко Е. В. Проблема чувственности в философии и науке Возрождения и Нового времени: на пути к экспериментальным наукам // Молодой ученый. — 2010. — №3. — С. 163-165.

История эволюции человека убедительно показывает, что чувственность (цветовое зрение, слух, обоняние) занимает важное место в жизни человека: является средством коммуникации, средством познания мира, оказывает влияние на мироощущение, воздействует на настроение, вызывает эмоции и воспоминания и пр. О значительной роли чувственного пишет Л. Да Винчи: «Глаз, называемый окном души, это – главный путь, которым общее чувство может в наибольшем богатстве и великолепии рассматривать бесконечные произведения природы, а ухо является вторым, и оно облагораживается рассказами о тех вещах, которые видел глаз» [1, с. 249 – 250]. И хотя попытки понять и изучить природу чувственности предпринимались задолго до нашего времени, но и сегодня данная проблема не потеряла своей актуальности.

Эпоха Возрождения имела огромное значение для становления экспериментальных наук. Перенесение греческих теорий в XV в. помогло создать сочетание условий, которое сделало возможным возникновение экспериментальной науки, а именно: с одной стороны, имелись адекватные понятия и теории, заимствованные из греческой философии, и теоретическая ученость, приобретенная в процессе занятий средневековой схоластической философией; с другой стороны, происходила типичная для Возрождения секуляризация знания. Возникновение естественных наук в эпоху Ренессанса являлось результатом длительного предшествующего процесса, в ходе которого происходило и развитие естественнонаучных понятий в лоне средневековой философии, и развитие технических познаний в рамках ремесел и сельского хозяйства. Естествознание эпохи Возрождения развивалось под влиянием запросов производства, искусства, которое достигло в рассматриваемый период поистине великолепного расцвета. В рассматриваемый период художники и ученые начинают постигать физическую природу света и цвета, используя при этом отнюдь не богословские категории, характерные для средневековой культуры [2, с. 31]. Л. Да Винчи классифицируя цвета, отмечает «простые цвета таковы: первый из них белый …, желтое – вторым, зеленое – третьим, синее – четвертым, красное – пятым и черное – шестым» и связывает цвета со стихиями [1, с. 325 – 326]. Однако подобная классификация является классификацией художника, а не метафизической системой. В трудах Парацельса наряду с медицинскими положениями проглядывают и философские положения, или «гностические», при этом Парацельс приверженец натурфилософии, придерживающейся чувствования [3, с. 30].

Особое место в философии Возрождения принадлежит Ф. Бэкону, завершающему философию этой эпохи и открывающему новый этап в развитии европейской философии. Один из видных представителей английской философской мысли Т. Гоббс в области познания близко подходит к сенсуализму Бэкона и подчеркивает, прежде всего, опытное, сенсуалистическое, коренящееся в человеческих чувствах содержание познания [4, с. 14]. «Если мы познаем принципы вещей только благодаря явлениям, то в конце концов основой познания этих принципов является чувственное восприятие, или ощущение, и из последнего мы черпаем всякое знание [5, с. 185 – 187]». Под влиянием пробуждающихся естественных наук Дж. Локк в отличие от рационалистов Декарта, Спинозы и Лейбница, утверждает: «Откуда получает он [ум] весь материал рассуждения и знания? На это я отвечаю одним словом: из опыта. На опыте основывается все наше знание, от него в конце концов оно получается» [6, с. 154].

Не только в становлении науки Нового времени, но и в формировании новой философии, покоящейся на научных основаниях, огромную роль сыграли великие мыслители XVII в., с этого периода многие философы Нового времени были заняты демаркацией границ между философией и естествознанием. Крупнейшим представителем математико-экспериментальной науки выступает И. Ньютон, в работах которого зародилась новая физика, противоречащая аристотелевской традиции, а сам И. Ньютон стал основным предшественником эпохи Просвещения. Открытия английского ученого И. Ньютона впервые привели к правильному представлению о физической природе цвета, хотя его учение имело много оппонентов, так как оно противоречило представлениям и взглядам того времени. Рассматривая взаимоотношение между разными по физическому составу лучами света и вызываемыми ими цветовыми ощущениями, Ньютон первый экспериментально доказал, что цвет – это свойство восприятия и природа его заключается в устройстве органов чувств, способных интерпретировать определенным образом воздействие электромагнитных излучений [7, с. 15 – 16]. «Учившие о цветах до сих пор делали это либо только на словах, как перипатетики, либо стремились исследовать природу их и причины как эпикурейцы и другие более новые авторы. То, что передавалось о цветах перипатетиками, если и верно, то не имеет никакого значения для нашей цели, ибо они не касались ни способа, коим цвета возникают, ни причин их разнообразия», – отмечает Ньютон, – «… я нашел, что лучи, различно преломляемые, дают различные цвета. <…> первоначальные цвета при смешении лучей одного с другим могут проявлять смежные цвета; так, зеленый – из желтого и синего, желтый – из прилежащего зеленого и лимонного и также из других. Под первоначальными цветами я разумею не только пять помянутых, но и какие угодно иные, проявляемые каким-либо однородным видом лучей» [8, с. 142, 145].

В России ученым-энциклопедистом М.В. Ломоносовым в работе «Слово о происхождении света, новая теория о цветах представляющих» была предложена иная концепция о природе света и цвета, объясняющая, что свет возникает вследствие зыблющегося (колебательного) и коловратного (вращательного) движения частиц эфира. Эфир состоит из трех типов частиц, отличающихся друг от друга размерами. «Три рода частиц эфира могут совмещаться с различными видами частиц материи и приводить в «коловратное» движение эти частицы. При этом «…первой величины эфир совмещается с соляною, второй величины со ртутною, третьей величины с серною… материею»». Из этих материй состоит «и дно глаза». «Наконец нахожу, что от первого рода эфира происходит цвет красной, от второго – желтой, от третьего – голубой. Прочие цвета рождаются от смешения первых…» [9; с. 191 – 192]. Из изложенного следует, что, как и античные философы, механизм видения (чувствия) цвета Ломоносов определял через взаимодействие специфического типа излучения («природа эфира») со специфическим типом материи (соляной, ртутной и серной) в самом глазу [7; с. 12 – 13].

В своей гипотезе Ломоносов основной акцент делал на физические свойства излучения, структура которого определяет многообразие воспринимаемых человеком цветов. Данная теория объясняла трехкомпонентность цветовых смесей красителей, которая уже в XVIII веке была широко известна благодаря опыту маляров, живописцев, красильщиков и других, чья практика была связана с цветом. Вплоть до середины XIX в. противоречивые теории учения о цвете примирить не удавалось: живописцы и художники ссылались на свою практику смешения пигментов и получающиеся при этом наглядные результаты, любое другое утверждение считалось ошибочным, физики ссылались на непререкаемый авторитет Ньютона [10; с. 13].

Как отмечает П.В. Яньшин, существует теория цвета, составляющая серьезную альтернативу ньютоновской и способная вместить в себя феноменологию физики, физиологической оптики и психологии [11; с. 80 – 90]. Эстетико-феноменологическую концепцию Гете с полным правом можно отнести к гуманитарной парадигме в естествознании, при этом цвет в ней рассматривается как средство познания.

Главное отличие подходов Ньютона и Гете состоит не только в математически-количественных характеристиках, а том, что Гете рассматривает цвет через призму чувственно-моральных воздействий. Цвет – это целый мир, включающий разнообразнейшую гамму переживаний: он – живопись и математика, нравственность и эстетика, медицина и быт. Гёте удалось охватить всю эту гамму. И сегодня Гёте называют физиологом цвета, более того, создателем физиологической оптики.

Воздействие отдельных цветов, вызывая определенные впечатления и состояния у человека, в терминологии Гете, «ограничивает» душу, которая стремится к цельности [2; с. 36 – 37]. Гете проводит параллель между цветовой гармонией и гармонией психики. Положения, разработанные им, во многом предвосхитили результаты экспериментальных исследований С.В. Кравкова о связи между цветовым восприятием и деятельностью вегетативной нервной системы человека.

Анализируя чувственность, необходимо уделить внимание запаху, как одному из видов чувственного. В эпоху Возрождения были сделаны новые географические открытия, что способствовало широкому распространению новых ароматов. В культуре XVII в. запах был включен в систему общественных установок и правил [12; с. 32]. Для новой культуры эпохи Просвещения присуща индивидуализация в понимании запаха, реализуется развитие обонятельных ощущений. Ж.О. Ламетри отводит обонянию «третье место» после зрения и слуха: «Благодаря обонянию душа воспринимает все ощущения, известные под именем запахов». Животные, по мнению Ламетри, способны различать запахи, но в них нет индивидуального смысла: «…посмотрите на собаку и ребенка, равно потерявших своего хозяина на большой дороге: ребенок плачет, … тогда как собака найдет хозяина очень скоро, лучше используя свое обоняние …» [13; с. 275]. У человека разнообразие в восприятии запахов намного сильнее. К.А. Гельвеций приводит описание ароматов в качестве подтверждения обширности памяти. Воображение и чувства для него символизируют чистый воздух и «вершины благоухающих лесов», в прикосновении аромат руки любимой «переходит» в руку другого человека [14; с. 154, 276 – 377].

В XVII в. преобладали сильные ароматы, поскольку отсутствие гигиены не способствовало распространению чего-либо менее резкого. Букет ароматов наполнял Людовика XIV, «самого благоухающего короля в мире»: духами заливали все – подушки, веера, бумагу, парики, т.к. каждый уважающий себя человек должен был иметь свой особый аромат, отличавший его от других. «Аромат создавал в некотором роде гало (ореол), окружавший человека, представлявший его и поднимавший в глазах окружающих, он расширял сферу влияния и придавал ему вес» [15].

Эпоха Просвещения во Франции являлась не только веком философов, революций, но и веком парфюмерии. В моду вошли «кипрские птички», сделанные из ароматической пасты и подвешенные к потолку; а также благоухающие перчатки, накидки, саше. По свидетельству очевидцев, двор при Наполеоне благоухал больше, чем при Людовике XVI, поскольку Наполеон ежедневно расходовал флакон одеколона, а Жозефина испытывала не меньшее пристрастие к мускусу (ее будуар, насыщенный ароматом мускуса, продолжал пахнуть даже через шестьдесят лет) [16; с. 75 – 79].

Таким образом, можно отметить, что при рассмотрении проблемы чувственности в философии и науке Возрождения и Нового времени в основном преобладал естественнонаучный подход, хотя начинаются формироваться предпосылки концепций о связи чувственного с социокультурным опытом. Исследование чувственности является одной из актуальных проблем современной науки, о чем свидетельствует уже тот факт, что само определение чувственности либо отсутствует во многих словарях, либо отождествляется с чувствительностью. Одна из наиболее распространенных трактовок понимает под чувственностью «способность к чувственному восприятию» [17; с. 514]. Однако ни одно определение не учитывает того, что, анализируя чувственность нужно иметь в виду, что психофизиологические процессы протекают и зависят от социокультурного контекста. Как справедливо делает вывод Е. Жирицкая, обоняние, подобно зрению, слуху и осязанию, во многом – плод определенной культуры [18, с. 169 – 170].

 

Библиографический список

1.      Леонардо да Винчи. Избранные произведения. – Мн.: Харвест, М.: АСТ, 2000.

2.      Базыма Б.А. Психология цвета: теория и практика. – СПб.: Речь, 2007.

3.      Юнг К.Г. Феномен духа в искусстве и науке // Дух в человеке, искусстве и литературе – Мн.: ООО «Харвест», 2003.

4.      Соколов В.В. Философская система Томаса Гоббса // Гоббс Т. Избранные произведения в 2-х томах. – М.: Мысль, 1964.

5.      Гоббс Т. Избранные произведения в 2-х томах. – М.: Мысль, 1964.

6.      Локк Дж. Опыт о человеческом разумении // Дж. Локк. Соч. в 3-х т. Т. 1 – М.: , 1985.

7.      Измайлов Ч.А., Соколов Е.Н., Черноризов А.М. Психофизиология цветового зрения. – М.: Изд-во МГУ, 1989.

8.      И. Ньютон. Лекции по оптике / Пер., комм. и ред. академика С.И. Вавилова – М.: Изд-во АН СССР, 1946.

9.      Ломоносов М.В. Избранные философские произведения. – М.: Мысль, 1950.

10.  Цойгнер Г. Учение о цвете. – М.: Изд-во литературы по строительству. 1971.

11.  Яньшин П.В. Психосемантика цвета. – СПб.: Речь, 2006.

12.  Костяев А.И. Ароматы и запахи в истории культуры: знаки и символы. – М.: Изд-во ЛКИ, 2007.

13.  Ламетри Ж.О. Человек-машина. Сочинения. – М.: Мысль, 1976.

14.  Гельвеций К.Л. Об уме. – М.: ОГИЗ, 1935.

15.  Чистота во времена Людовика XIV // История. 1985. №78.

16.  Корбен А. Ароматы частной жизни // Новое литературное обозрение. 2000. №43. С.75 – 79.

17.  Философский энциклопедический словарь. – М.: ИНФРА-М, 1999.

18.  Жирицкая Е. Легкое дыхание Ароматы и запахи в культуре. Кн. 2 // Сост. О.Б. Вайнштейн. – М.: Новое литературное обозрение, 2003. С. 169 – 170.

Основные термины: Новое литературное обозрение, науке Возрождения, частиц эфира, физической природе цвета, эпохи Просвещения, цвета Ломоносов, Похожая статья, Нового времени, физиологической оптики, «простые цвета, Естествознание эпохи Возрождения, Возрождения секуляризация знания, коим цвета, конце концов, первоначальные цвета, естественных наук, смежные цвета, лоне средневековой философии, Психосемантика цвета, различные цвета

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle