Библиографическое описание:

Гребнев А. В. Денежно-кредитные отношения в России в первые годы Советской власти // Молодой ученый. — 2010. — №1-2. Т. 2. — С. 13-16.

После Октября 1917 г. в финансовой жизни бывшей Российской империи наступили смута и нестабильность. В период становления «диктатуры пролетариата» на территории бывшей Российской империи одновременно существовало около 20000 видов разнообразных бумажных денежных знаков.

Члены революционного правительства по-разному представляли финансовую политику социалистического строя. Так, «левые коммунисты» во главе с Н.И. Бухариным выступали за быстрейшее введение коммунистических принципов хозяйствования и распределение материальных благ, вплоть до отмены денежного обращения как такового. Председатель Совнаркома Ленин, наоборот, придерживался мнения о неправильности курса на полное аннулирование денег.  Весной 1918 г. он выдвинул идею быстрейшего проведения денежной реформы.

Между тем в Советской России ходили в обращении и старые российские  банкноты («николаевки», или «романовки»), и деньги Временного правительства («керенки»), которые под влиянием дореволюционной и послереволюционной инфляции заметно упали в цене. С установлением контроля над банками и денежным печатным станком, ленинское правительство не прекратило, а значительно увеличило выпуск купюр старого образца. Это делалось, во-первых, для покрытия все возрастающих госрасходов и бюджетного дефицита, а, во-вторых, для подрыва экономической основы классового врага – буржуазии, состоятельных хозяев.

В феврале-мае 1918 г. Совнарком узаконил хождение всех дореволюционных и послереволюционных денежных суррогатов: облигаций военного «Займа свободы», купонов государственных процентных бумаг, серий государственного казначейства и краткосрочных его обязательств, а также всевозможных денежных бон, выпускавшихся временными властями в различных городах, регионах и национальных окраинах.

Наибольшим доверием пользовались привычные царские деньги. Они ценились на 10-15% дороже, чем «керенки» и расчетные бумажные знаки советской власти. Но такая ситуация наблюдалась только на территории Советской России, которую постоянно контролировали большевики. Гораздо сложнее пришлось населению тех регионов, где в разное время возникали и исчезали многочисленные антисоветские правительства, а также советские органы власти, отрезанные от центральных источников финансирования. Большинство их сразу приступало к тиражированию собственных денег. Так, на Дону, ходили «платовки» с портретом героя Отечественной войны 1812 г. казачьего атамана генерала Платова, большевистские «пятерки» из эмиссии «Областных кредитных билетов Урала», сибирские «колчаковские» трехрублевки, украинские карбованцы гетмана Скоропадского, Украинской Народной Республики (работы художника Г.И. Нарбута, белогвардейские тысячерублевки (южнороссийские деникинские «колокольчики» — купюры правительства А.И. Деникина с изображением московского Царь-Колокола), дензнаки с «Медным всадником» правительства Н.Н. Юденича,  среднеазиатские большевистские «туркбоны».

В ходе Гражданской войны вследствие того, что процесс обесценения денег обгонял темпы их эмиссии, ряд регионов на местах стал выпускать свои денежные знаки. В результате денежные суррогаты эмитировались более чем в 100 городах. Кроме того, опасаясь аннулирования советских денег белогвардейцами, а белогвардейских денег — Советской властью, население стремилось избавиться как от тех, так и от других, обращая их в реальные ценности, вследствие чего значительно повысилась скорость оборота бумажных денег.

Созданный на основе прежних дореволюционных финансовых учреждений Народный банк РСФСР начал активно печатать деньги. Уже в 1917 г. 18 миллиардов рублей бумажных денег обеспечивалось лишь 1,2 миллиарда золотом. Эмиссии не регулировались, а бумажные деньги допечатывались по мере необходимости.

Весной 1918 г. советское правительство задумалось о регулировании эмиссии и ввело в оборот чеки. Все сделки стали проводиться по безналичному расчету, а граждане могли получить на руки только минимальную сумму. Вклады, сделанные после 1 января 1918 г., объявились неприкосновенными.

Первая денежная реформа, в ходе которой планировалось заменить разнородные платежные средства новыми бумажными деньгами, планировалась советским правительством на осень 1918 г. Народный комиссар финансов И.Э. Гуковский летом 1918 г. поручил задание подготовить проект постановления о выпуске советских денег. В целях стабилизации ситуации разрабатывались различные подходы к проведению денежной реформы. Предполагалось провести обмен старых рублей на новые в соотношении 1:1. Кроме того, проект реформы носил классовый характер, обмену подлежала только определенная сумма.

Осенью 1918 г. должен был начаться обмен старых денег на новые, при этом учитывались бы «классовые» и имущественные различия в составе населения страны. Первые 10 тыс. рублей собирались обменивать из расчета «рубль на рубль», за последующие 10 тысяч выдавать уже 5 и так далее по нисходящей шкале. Но проведению денежной реформы помешала начавшаяся Гражданская война.

Тем самым исчезла сама возможность установления золотого обеспечения рубля, поскольку в конце лета 1918 г. страна лишилась основной части своего золотого запаса, захваченного чехословацким корпусом в Казани.

Начавшаяся Гражданская война сопровождалась резким увеличением расходов на оборону. Единственным источником финансирования этих расходов являлась инфляционная эмиссия денег. Уже к 1 августа 1918 г. Народным банком было выпущено в обращение 22,7 млрд. рублей, что вместе с числившимися на балансе бывшего Госбанка на 23 октября 1917 г. 18,9 млрд. рублей составило около 41,6 млрд. рублей, из них 21,5 млрд. рублей превышали разрешенное эмиссионное право. К 1 января 1919 г. в обращение было выпущено еще 33,5 млрд. рублей. В результате в 1918 г. рост денежной массы составил 6,8%, в 1919 г. — 11,4%, в 1920 г. — 14,7%. В дальнейшем в обращение были выпущены денежные знаки и кредитные билеты РСФСР образца 1920 г. и 1921 г. без каких-либо ограничений.

Тем временем были аннулированы долги царской России, а вслед за ними – и кредиты. Российское золото, находящееся за границей, присвоили союзники по Антанте – Англия и Франция. Большую часть золотого запаса – на сумму около 300 миллионов рублей – захватили белогвардейцы адмирала А.В. Колчака. Часть золота ушла в счет контрибуции в Германию.

В результате золотой запас «молодой России» к началу 1919 г. не превышал 450 млн. рублей. В такой ситуации говорить о стабильном курсе бумажных денег не приходилось, и они постепенно изымались из оборота. Взаимоотношения государства и граждан некоторое время строились без денег.

Советское правительство столкнулось с такими финансовыми проблемами, с которыми не смогли справиться царское и Временное правительства. Попытки разрешения этих проблем привели к осуществлению ряда мер, которые явились составными частями сложившейся в 1918—1920 гг. специфической системы производства, обмена и безденежного распределения, предполагавшей постепенное отмирание самих денег.

В период Гражданской войны большевики широко использовали эмиссию, предназначавшуюся для покрытия огромных расходов государства. По сравнению с дооктябрьским периодом к началу 1920 г. денежная масса возросла почти в 150 раз. Практически вся она была предназначена для покрытия бюджетного дефицита, возраставшего из года в год из-за неизбежной  убыточности промышленных предприятий. Вся денежная масса оказалась на рынке, размеры которого были весьма небольшими. В результате цены на внутреннем рынке значительно возросли.

Сотрудник Наркомата финансов профессор К.Ф. Шмелев отмечал, что в тот период  большевистское руководство не находило никакого вреда в том, что на всю мощь был запущен печатный станок. [1, c. 29]

Между тем обесценивание рубля породило тревожную тенденцию к созданию безденежного хозяйства. Большевистское руководство пошло на беспрецедентные меры, которые были призваны стимулировать прекращению денежного обращения. В течение 1920 г. были отменены платежи за основные товары и услуги, полностью натурализована оплата труда рабочих и служащих. Если в первой половине 1917 г. зарплата еще выплачивалась в денежном выражении, то в первом квартале 1921 г. соотношение между ее натуральной и денежной частями находилось в соотношении 93:7. [2, с. 141]

В 1920 г. один из вдохновителей политики военного коммунизма Ю. Ларин оценивал состояние денежного хозяйства страны и перспективы его развития следующим образом: «Постоянное умирание денег нарастает по мере роста организованности советского хозяйства... Деньги как единое мерило ценности не существуют вовсе. Деньги как средство обращения могут быть упразднены уже в значительной степени... Деньги как средство платежа окончат свое существование... И то и другое находится в пределах нашего предвидения и практически разрешится в ближайшие же годы. А тогда деньги потеряют свое значение, как сокровище, и останутся только тем, что они есть в действительности: цветной бумагой»[3]

Более того, некоторые из приверженцев продолжения политики военного коммунизма  надеялись на то, что кризис в состоянии экономики может усилить ненависть масс к деньгам и таким образом будет приближено «светлое будущее»  – коммунизм. Колебания финансовой политики советского руководство объяснялось и верой в реальность предсказаний К.Маркса о неизбежности отмены денег при переходе к коммунизму, и осознанием утопичности самого этого утверждения. [4, c. 149]

Задача упразднения денег была прямо сформулирована в новой программе большевистской партии, принятой в марте 1919 г. В тексте этого документа, в частности, утверждалось, что хотя данная проблема пока представляется неразрешимой, партия рекомендует провести ряд мер, которые способствовали бы расширению области безденежных расчетов и подготавливающих уничтожение денег. [5, c. 409]

Результатом такой политики явилась разработка бюджета, основанного на денежных расчетах, к материальному. Предлагалось произвести замену денежных единиц трудовыми единицами учета – «тредами», поскольку деньги якобы «потеряли не только свое значение как средство обращения и мерило ценности, но и…как валютно-счетные единицы». [6, c. 126]

Бумажные купюры, которые продолжали выпускаться в обращение, официально именовались уже не денежными, а расчетными знаками. При этом формальный контроль над их выпуском в виде установленного санкционированного потолка эмиссии был отменен с мая 1919 г.[7, c. 116]

Рост бумажно-денежной эмиссии вызывал постоянное изменение цен. Это, в свою очередь, не позволяло организовывать реальный учет и отчетность, затрудняло восстановление системы кредитов и организацию торговли.  Ряд мероприятий в области финансов был запланирован на X съезде РКП(б). Е.А. Преображенский, стоявший у истоков политики «военного коммунизма», был вынужден, признать, выступая на этом партийном форуме: «Мы поставлены теперь перед необходимостью пересмотреть вопрос о финансовой и тарифной политике во всем объеме». [8, c. 426] Он также указал на необходимость прекращения работы печатного станка как средства компенсации недополученных по продразверстке средств.

Даже после принятия НЭП большевики надеялись на то, что им удастся отменить деньги. В городах стали платными продовольствие, одежда, обувь, жилье, коммунальные услуги, транспорт, почта, телеграф, газеты, книги, театр, кино. Из всех потреблявшихся в 1920 г. рабочими продуктов лишь 7% приобретались за деньги, остальные 93% - в форме пайков либо за счет натурального обмена.

Таким образом, после Октябрьской революции денежное обращение на территории Советской Республики было существенным образом затруднено. Страна оказалась в тяжёлых условиях глубочайшего социально-экономического кризиса. Политика военного коммунизма усугубила гиперинфляцию и вызвала практически полную парализацию финансов.

Назрела острая необходимость денежной реформы, которая могла бы спасти Советское руководство от полного кредитно-финансового краха.

 

Литература

1. Денежное обращение и кредит в России и за границей. Труды секции по вопросам денежного обращения и кредита. Т.1. 1914—1921. Пг., 1922. С.29.

2. Бокарев Ю.П. Денежная реформа в Европе и России 20-х гг.//НЭП в контексте исторического развития России XX века. М., 2001. С. 141.

3. Ларин Ю. Деньги//Экономическая жизнь. 1920. №250 (ноябрь).

4. Харченко К.В. Власть – Имущество – Человек: передел собственности в большевистской России 1917 – начала 1921 гг. М., 2000. С. 149.

5. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Изд. 7-е. Ч.II. М., 1953. C. 409.

6. История финансов России. В 4-х т. Т.2. М., 2002. С. 126.

7. Борисов С.М. Рубль: золотой, червонный, советский, российский. М., 1997. С.116.

8. Десятый съезд РКП(б): Стенографический отчет. М., 1963. С.426.

 

 

 

 

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle