Библиографическое описание:

Даутова А. Р. О механизме судебного примирения // Молодой ученый. — 2016. — №24. — С. 337-340.



Ключевые слова: судебное примирение, процедура, спор, урегулирование, посредник, институт примирения, развитие

Нередко можно слышать, что рассмотрение дел в российских судах — не самое дорогое удовольствие для сторон, а расходы на медиатора могут оказаться больше, чем размер государственной пошлины. Это верно, если судебные расходы не охватывают дорогостоящие судебные экспертизы, если процессы не длятся годами при неоднократном прохождении всех судебных инстанций. Но все ли знают, что этих издержек можно избежать или существенно уменьшить их тяжесть? Сегодня суд предоставляет возможность и инструменты для примирения спорящих сторон в стенах суда без проведения судебного разбирательств.

При проведении такой особой процедуры как примирение, суд не выступает на чьей-либо стороне, а создает сторонам необходимые условия для выполнения своих функций, не навязывая им свою позицию. Из общего смысла вытекает вывод о пассивной роли суда по отношению к активно состязающимся во время процедуры. Суд не обязан обеспечить проведение всестороннего, полного и объективного исследования дела. Он не связан с требованием установления объективной стороны, а только требованием разрешить дело на основании предоставленных сторонами и проверенных доказательств, то есть вынести законное, обоснованное, справедливое соглашение.

Важным плюсом судебного примирения является оперативность разрешения спора, редкое обжалование в кассационную инстанцию. Еще одно преимущество примирения — добровольность исполнения определений о прекращении производства по делу ввиду примирения сторон примерно в три раза выше, чем при исполнении судебного решения. При этом в случае отсутствия добровольного исполнения взыскатель гарантированно может получить исполнительный лист для предъявления его к принудительному исполнению. Как верно замечает С. В. Лазарев, главный плюс примирения — это сохранение деловых отношений, экономия сил, времени и нервов [1, с. 4].

Судебное примирение становится приоритетным способом разрешения гражданских и экономических споров, поскольку во многих случаях позволяет наиболее эффективно защищать права и законные интересы граждан, юридических лиц и государства. Это объясняется тем, что сейчас люди больше доверяют суду, а процедура примирения как его итог — результат деятельности именно суда.

Малышев говорит, что «примирение сторон как нельзя более соответствует интересам судебной власти государства: решая дело сами по взаимному согласию, контрагенты получают по мировой сделке их права, какие успели выговорить, и поступают со своими выгодами по своей доброй воле; они сами судят и устанавливают свои отношения, освобождая судебные учреждения государства от труда и ответственности по делу... Вот почему закон не только допускает мировые сделки, но обязывает судей склонять тяжущихся к примирению, наводить на них мысль о мировой сделке» [2, с. 418].

В целях активного применения, судебное примирение законодательно закреплено как ГПК РФ, так и в АПК РФ. Так, в гражданском судопроизводстве судья в порядке подготовки дела к судебному разбирательству принимает меры к примирению сторон (ст. 148, п. 5 ч. 1 ст. 150 ГПК РФ), обязан указать сторонам не только на их право воспользоваться примирительными процедурами, но и разъяснить существо этих процедур, а также правовые последствия их реализации. В АПК РФ закреплены нормы, регулирующие институт примирения сторон: примирительным процедурам посвящена специальная глава (гл. 15), согласно ст. 133, 135, 138 АПК РФ арбитражный суд обязывается принимать меры для примирения сторон, содействовать им в урегулировании спора, впервые получил законодательное закрепление институт посредничества (ст. 135, 158 АПК РФ).

Предписанные законом действия суда по примирению сторон в законе не конкретизированы и остаются на усмотрение судьи, который сам выбирает, насколько активным должно быть проводимое им склонение сторон к миру. С одной стороны, оно может ограничиться простым упоминанием о возможности сторон заключить мировое соглашение, советом обратиться к медиатору, с другой — ничто не мешает судье попытаться понять содержание отношений между сторонами, проанализировать конфликт и предложить варианты мирного урегулирования спора. В последнем случае судья должен быть отчасти психологом и видеть, есть ли реальная перспектива примирения, стоит ли тратить усилия, или — в силу крайней конфликтности сторон — это бесполезно.

Таким образом, при применении процедуры примирения, суд может столкнуться с очевидными пробелами в законодательстве РФ, регулирующие эту сферу правоотношений. Несмотря на то, что за короткий период времени в ГПК и АПК РФ внесены ряд существенных изменений, хотелось бы, чтобы законодатель все же внимательнее отнесся к проработке норм, регламентирующих применение судебного примирения и устранил имеющиеся противоречия.

Одними из таких незакрепленных вопросов являются: наделение правами судей, уточнение конкретных действий и психологических приемов при проведении процедуры примирения. Для решения данных вопросов государству нужно предпринять активные действия законодательной и системной направленности. Что под этим подразумевается?

А то, что для популяризации процедуры примирения необходимо создание методики примирения. Другими словами, определить единые задачи перед судьями, руководствуясь которыми могли бы принимать рациональные меры по примирению. Ведь на практике большинство судей к вышеуказанным нормам законодательства касательно примирения сторон относятся лишь как к формальности, и в основном в ходе судебного процесса быстро проговаривают о таком пути разрешения спора, не вдаваясь в подробности. К чему это в итоге приводит? А к тому, что возможность применения такого эффективного способа примирения остается «в тени».

Для того чтобы такое не происходило, и отечественное судопроизводство вышло на новый уровень разрешения споров, судьи должны активнее содействовать примирению сторон. Это выгодно всем, поскольку уменьшает расходы бюджета и оптимизирует судебную нагрузку, способствует восстановлению партнерских отношений в бизнесе и в обыденной жизни людей. Возможно, это самый важный эффект развития института примирения.

Напомним, что в целях более широкого внедрения в сферу осуществления правосудия способов урегулирования споров посредством использования примирительных процедур, в том числе примирения, осуществляемого при содействии суда, Высшим Арбитражным судом Российской Федерации 2.08.2016г внесен Проект Федерального Закона № 121844–6 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием примирительных процедур». Несмотря на то, что рассмотрение законопроекта отложено, следует отметить ряд инициатив, безусловно заслуживающих внимания [3, с. 257].

В законопроекте предусматривались дополнительные по отношению к медиации и другим примирительным процедурам возможности для лиц, участвующих в деле, урегулировать спор при содействии судебного примирителя, закреплялся институт судебного примирения, определялись принципы примирительных процедур, создавались условия для активной роли суда в содействии сторонам в урегулировании споров. Предлагалось закрепить возможность арбитражного суда в целях примирения сторон и уточнения ими фактических обстоятельств, снятия противоречий в позициях, откладывать судебное разбирательство по своей инициативе, предложив сторонам использовать примирительную процедуру. При этом в целях дополнительного стимулирования сторон к использованию примирительных процедур предусмотрена возможность возвращения истцу до 70 % государственной пошлины при заключении мирового соглашения, отказе от иска, признании ответчиком иска по результатам проведения таких процедур [4, с. 152].

В случае создания такого института может встать вопрос о том, кто должен будет выступать в роли примирителя…сами судьи или же другие посредники? Вопрос довольно сложный для российского менталитета, ведь доверять кому-то другому, не наделенного властью посредника представляется маловероятным.

Для сохранения независимости и объективности суда, доверия сторон к суду можно предложить подход, имеющий место в Калифорнии. Судья активно содействует примирению сторон. Но если стороны не примиряются, то этот же судья продолжает рассматривать дело и в итоге разрешает его при условии, что стороны не возражают против этого. Если же стороны или одна из сторон не доверяет далее ведение дела этому судье, то производится замена судьи [5, с. 54].

Казалось бы, в таком случае, в российском подходе к примирению было бы разумнее привлекать для проведения процедуры давно известных в международной практике — посредников-примирителей. Во многих литературных источниках встречаются мнения о возможности привлечения для такой деятельности пребывающих в отставке судей и их помощников, но, учитывая опыт и возможности судей, справедливо основные надежды возлагать все-таки на них.

По мнению самих российских судей, эффективному использованию института примирения мешают краткие сроки рассмотрения дел судами, символическая государственная пошлина, уменьшение судами расходов на услуги представителя, недостаток практических навыков и знаний судей по определению перспективности спора [6, с. 1,4].

Опыт одного из областных судов России говорит о том, что показатели качества судебных актов (количество отмен в вышестоящих инстанциях) выше у тех судей, у которых больше количество утвержденных мировых соглашений и принятых отказов от иска. Получается парадокс: судьи, которые тратят больше времени на примирение сторон, осуществляют правосудие более эффективно, чем судьи, осуществляющие «чистое» правосудие, то есть формально предлагающие примирение. Таким образом, время, потраченное не на разрешение спора, работает на качество правосудия: выносится решение там, где примирить стороны не удалось.

Я считаю, что все-таки в судопроизводстве необходимо переключиться на примирение в тех случаях, когда оно возможно. При этом разрешать спор путем вынесения решения необходимо только тогда, когда суд попробовал примирить стороны. В противном случае загруженность суда все увеличивающимися и усложняющимися спорами грозит неким взрывом судебной системы.

Необходимость скорейшего внедрения процедуры примирения вызвана и тем, что в последние годы защита граждан в большей части остается только на бумаге. Данный факт указывает на то, что в первую очередь судьям необходимо определить применимость процедуры примирения к возникшему спору, в противном случае решение по нему может отправиться к тому же внушительному списку неисполненных судебных решений. При урегулировании же спора для того, чтобы решение было стабильным, необходимо, чтобы оно было найдено не судьей, а самими сторонами.

На сегодняшний день делаются шаги к частичной разгрузке российского судопроизводства. В частности, создана процедура упрощенного судопроизводства. В системе арбитражных судов успешно используется в отношении дел о неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательств, в которых, по сути, нет как такового спора, лишь факт неплатежа. Для них нет смысла выделять кучу времени для судебного процесса, достаточно применить упрощенную форму. Потенциал процедуры в гражданском судопроизводстве эффективно применяется для так называемых «расчетных дел».

Частичная разгрузка судов от «легких дел» дает время и возможность в применении для «сложных дел» процедуры примирения. Реализация данной процедуры постепенно может повлиять с одной стороны на показатели качества работы судей, с другой — на деловые связи участников спора, заинтересованных в таком исходе дела.

Более того, примирительная процедура предполагает ряд преференций. При подаче иска и одновременно заявления о назначении примирителя размер пошлины уменьшается наполовину. В исковом заявлении не придется перечислять доказательства и дополнительно оплачивать услуги примирителя. Который назначается, замечу, председателем суда из числа должностных лиц, что также повышает доверие к нему сторон.

Не вдаваясь в детали, замечу, что примирение сторон — один из приоритетных способов разрешения гражданских и экономических споров, признанный во всем мировом сообществе. Повышение роли этой процедуры для российских судов возможно при принятии указанных выше законопроектов и определения примирителей. Будет ли эффективным привлечение в качестве примирителя действующего судьи или посредника покажут правовые эксперименты, я лишь отмечу, что привлечение судей для процедуры примирения в российских судах проблематично и стоит обратить внимание на опыт некоторых зарубежных стран, где в качестве примирителей задействованы частнопрактикующие медиаторы.

Литература:

1. Лазарев С. В. Основы судебного примирения. — InfotropicMedia, 2011. С. 4.

2. Малышев К. И. Гражданское судопроизводство. СПб., 1883. С. 418.

3. Правовые технологии посредничества (медиации) в Российской Федерации: научно-практическое пособие. / С. В. Николюкин. ЮСТИЦ-ИНФОРМ. 2016. С. 257.

4. Лисицын В. В. Судебное примирение — от слов к делу?/ В. В. Лисицын // Третейский суд. — 2012. — № 1. — С. 152.

5. Частное право. Преодолевая испытания. К 60-летию Б. М. Гонгало / И. В. Решетникова, М. В. Бандо, Р. Б. Брюхов, Н. Г. Валеева и др. М.: Статут, 2016. С. 54.

6. Колоколов Н., Панкратова Е., Что мешает медиации? // ЭЖ-Юрист. 2016. N 9. — С. 1, 4.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle