Библиографическое описание:

Кузнецова Л. Э., Репина Г. В. Роль совладающего поведения и стрессоустойчивости личности в формировании склонности к химической зависимости у молодежи // Молодой ученый. — 2016. — №24. — С. 287-290.



В статье проводится теоретический анализ роли совладающего поведения и стрессоустойчивости личности в формировании склонности к химической зависимости. Проводится теоретический анализ исследований, показывающих, что неспособность личности справляться со стрессовыми жизненными ситуациям становится главной причиной формирования химической зависимости. Рассматриваются концептуальные модели формирования химической зависимости, особое внимание уделяется трансакционной когнитивной теории стресса и копинга Р. Лазаруса. Анализируется роль социальных и личностных копинг-ресурсов и копинг-стратегий совладания со стрессом в формирование химической зависимости.

Ключевые слова: аддиктивное поведение, химическая зависимость, психологический стресс, стрессоустойчивость личность, совладающее поведение, копинг-поведение, копинг-ресурсы, копинг-стратегии совладания со стрессом

Проблема формирования химической зависимости у молодежи приобретает особую актуальность в новых социально-экономических условиях. С одной стороны, химические вещества, используемые молодежью для изменения состояния сознания, становятся доступными для употребления, с другой стороны, у современной молодежи наблюдается рост психологической предрасположенности к употреблению химических веществ.

С научной точки зрения, актуальность данной проблемы заключается в необходимости выявления психологических факторов, механизмов, мотивов, способствующих или даже подталкивающих людей к злоупотреблению психоактивными веществами. Только на основании знаний психологических закономерностей формирования химической зависимости возможна разработка психопрофилактических и психокоррекционных программ для молодежи, направленных на предотвращение ее формирования.

В своей работе мы останавливаемся на проблеме совладающего поведения людей, склонных к химической зависимости. Совершенно очевидно, что очень многие наши соотечественники, находясь под воздействием интенсивных и непрерывно возрастающих стрессовых ситуаций, не готовы к их преодолению и вследствие этого психоэмоционального напряжения возникают различные формы саморазрушающего поведения, в первую очередь употребление наркотиков, алкоголя, а также других видов психоактивных веществ.

Химическая зависимость рассматриваются, прежде всего, как разновидность аддиктивного поведения, то есть поведения, характеризующегося зависимостью.

В отечественной науке проблема аддиктивного поведения личности изложена в работах Э. Е. Бехтеля, С. А. Гуровой, Т. А. Донских, В. Ю. Завьялова, Ц. П. Короленко, Л. П. Леоновой и др. [2].

Аддиктивное поведение, по определению Ц. П. Короленко, выражается в стремлении к уходу от реальности путем изменения своего психического состояния посредством приема некоторых веществ или постоянной фиксации внимания на определенных предметах или активностях, что сопровождается развитием интенсивных эмоций [2].

Под химической зависимостью понимают зависимость от употребления любых психоактивных веществ, которые в связи с этим подразделяются на легальные (табак, алкоголь, лекарство) и нелегальные наркотики (кокаин, производные конопли, опиаты). Специфической особенностью химической зависимости является наличие тесной связи между двумя ее аспектами — клиническим и психосоциальным. Это означает, что поведение, связанное с употреблением наркотиков, следует одновременно рассматривать и как комплекс социально-психологических проблем, и как следствие прогрессирующих физико-химических изменений в организме [5].

Существует ряд концептуальных моделей формирования химической зависимости, являющихся наиболее универсальными: трансакционная модель, модель антисоциального поведения, модель поведения риска, биологическая модель формирования наркотической зависимости и психологическая модель формирования патологической потребности в алкоголе.

В соответствие с ними риск формирования химической зависимости может быть вызван тремя причинами: личностными особенностями, предрасполагающими к формированию зависимости; негативными воздействиями социальной среды; специфическими комбинациями индивидуальных и средовых характеристик. При этом среда является носителем такого доминирующего фактора, как стресс, а само поведение индивида в ситуациях стресса — возможным фактором риска [5].

Значительное повышение темпа жизни, социальные и политические перемены, увеличение экологических, эмоциональных и информационных нагрузок привело к росту стрессового воздействия социальной среды на личность. «Стресс оказывается, во-первых, расплатой за технический прогресс и, во-вторых, как следствие этого — вездесущим спутником человека», — пишет в связи с этим М. Сандомирский [4, с. 21].

Классическая теория стресса Г. Селье, согласно которой стресс является неспецифической реакцией организма на предъявляемые ему требования, стала основой развития современной теории стресса. В последние десятилетия знания о содержании понятия «стресс» в значительной степени изменились и усложнились. Однако большинство исследователей, работающих в конкретных областях изучения стресса, в частности, изучающих проблему индивидуальной устойчивости к стрессу, считают, что до настоящего времени не достигнуто не только концептуального, но даже терминологического единства (Бодров В. А., Воложин А. И., Реан А. А., Субботин Ю. К., Тарабрина Н. В., LazarusR.) [1].

Особенности совладающего поведения и индивидуальная стрессоустойчивость личности представляет большой интерес как переменная, опосредующая хорошо известную связь между уровнем объективно испытываемого стресса и развитием склонности к химической зависимости у людей.

Для объяснения процесса формирования химической зависимости мы используем трансакционную когнитивную теорию стресса и копинга Р. Лазаруса.

Р. Лазарусом впервые было предложено разграничение психологического и физиологического понимания стресса по этиологическому признаку. Реальные раздражители (шум, вибрация, температура) были обозначены им причиной физиологического стресса. Психологический стресс был обозначен Лазарусом как реакция на особенности взаимодействия между личностью и окружающим миром, основанная на когнитивных процессах, образе мыслей и оценки ситуации, знания собственных ресурсов. Однако такое разделение довольно условно: любой стресс является и физиологическим, и психологическим (эмоциональным), так как физиологический стресс всегда включает элементы психологического, а психологический стресс вызывает физиологические изменения [1].

Р. Лазарус рассматривал стресс как результат субъективной оценки вредного стимула и способ совладающего поведения личности. Совладание является сознаваемымповедением, включающим в себя произвольный выбор и служащим средством устранения или компенсации помех в достижении цели и самореализации. В совладании принято различать более активный вариант — преодоление и более пассивный –приспособление.

В настоящее время проблеме совладания с трудными жизненными ситуациями посвящено большое количество эмпирических и теоретических исследований, где утверждается, что выбираемые человеком копинг-стратегии совладания со стрессом обусловлены как личностными характеристиками, так и уровнем психотравмирующего воздействия трудной ситуации.

В контексте трансакционной когнитивной теории стресса и копинга Р. Лазаруса понятие копинга или преодоление стресса, совладание с ним рассматривается как деятельность личности по поддержанию и сохранению баланса между требованиями среды и своими ресурсами, удовлетворяющими этим требованиям; как постоянно изменяющиеся когнитивные и поведенческие попытки управлять внешними и/или внутренними требованиями, которые оцениваются как чрезмерно напрягающие или превышающие ресурсы личности [5].

Поведение, имеющее целью устранить влияние стрессора или изменить его интенсивность рассматривается как активное копинг-поведение. Интрапсихические формы преодоления стресса, являющиеся защитными механизмами и предназначенные для снижения эмоционального напряжения раньше, чем изменится ситуация, представляют пассивное копинг-поведение. Копинг-поведение регулируется посредством реализации копинг-стратегий на основе личностных и средовых копинг-ресурсов. Характеристики личности и социальной среды, облегчающие и делающие возможной успешную адаптацию к жизненным процессам, именуются копинг-ресурсами. Социальная поддержка как потенциально необходимый ресурс, обеспечиваемый членами семьи, друзьями и «значимыми другими» в процессе совладания со стрессом, и социальные сети в целом являются важными социальными копинг-ресурсами. В свою очередь Я-концепция, эмоциональная устойчивость, общительность, экстернальность, уверенность к себе, активность, самостоятельность, оптимизм, воля к смыслу, способность к эмпатии и другие относятся к личностным копинг-ресурсам, которые определяют устойчивость личности к стрессовым ситуациям и, в конечном счете, ее социально-психологическую адаптацию [5, с. 17–18].

Таким образом, копинг является стабилизирующим фактором, который может помочь личности поддерживать психосоциальную адаптацию в период воздействия неблагоприятных социальных факторов. Для личности важно понимание значимости оценки опасности, что ставит перед необходимостью «взвешивания» самой ситуации, внутренних резервов и выбором способа совладания.

Промежуточным звеном между случившимися стрессовыми событиями и их последствиями являются копинг-стратегии совладания. Копинг-стратегиирассматриваются как актуальные ответы личности на воспринимаемую угрозу, как способ управления стрессором [5, с. 17].

В классификации стратегий совладания с трудными жизненными ситуациями Р. Лазарус, С. Фолькман, которая получила широкую популярность среди практиков, выделены восемь стратегий совладающего поведения: противостоящее поведение, дистанцирование, избегание, плановое решение проблемы, самоконтроль, поиск социальной поддержки, принятие ответственности, позитивная переоценка. Э. Холл считает копинг-стратегии совладания со стрессом действиями, предпринимаемыми человеком в ситуациях психологической угрозы физическому, личностному и социальному благополучию, осуществляемыми в когнитивной, эмоциональной и поведенческой сферах функционирования личности. Он выделяет продуктивные, непродуктивные и относительно-продуктивные копинг-стратегии совладания со стрессом. Продуктивное совладающее поведение как повышающее адаптивные возможности субъекта в достаточной мере реалистичное, гибкое, активное [3].

Копинг стратегии совладания со стрессом выполняют две функции: разрушение стрессовой связи личности и среды, и управление эмоциональным дистрессом. Обе эти функции используются фактически при любой необходимости совладания со стрессовой ситуацией. Исходя из теории копинг-поведения, можно предположить, что употребление психоактивных веществ более вероятно, когда уровень жизненного стресса высок и копинг-ресурсы истощены [5, с.18].

Зависимость от химических веществ рассматривается как малоадаптивное, стресс-совладающее поведение, основой психологических механизмов которого является избегание жизненных проблем, уход от реальности и извращенное патологической мотивацией функционирование активных поведенческих стратегий разрешения проблем и поиска социальной поддержки. Патологическая потребность в наркотике определяет дифференцированную активность и одностороннюю направленность когнитивной, эмоциональной и поведенческой функции психики человека. Она становится тесно связанной с приоритетной проблемой наркотизации [5, с. 22].

Таким образом, формируется психофармакологический способ иллюзорного разрешения жизненных проблем и преодоления стресса, временно позволяющий снять психоэмоциональное напряжение, но не воздействующий на источник проблемы и фактически являющийся инструментом ухода от социальных отношений, изоляции и саморазрушения. Стиль поведения больных алкоголизмом или наркоманией, основанный на доминировании в поведении стратегии избегания, становится основным в их жизни, служа целям псевдоадаптации и приводя к разрушению мотивообразующих и волевых психических компонентов, социальной и психической дезинтеграции. Эффект данного стиля обеспечивается преимущественно за счет амортизирующего антистрессового действия алкоголя или наркотика и механизмов психологической защиты, позволяющих совладать с жизненной реальностью за счет искажения действительности, саморазрушения организма и деструкции психических процессов и социальных связей человека. Происходит деградация поведенческих стратегий и личностно-средовых ресурсов, распад сетей социальной поддержки, подавление стратегий ее поиска и снижение восприятия, уменьшение личностного контроля над собственным поведением и средой, дефицит эмпатии и аффилиации, деградация когнитивной функции [5, с. 23].

Став заложником легкого удовольствия, человек может навсегда отказаться от поиска другого способа и становится жертвой заболевания — алкоголизма, наркомании, токсикомании, сутью которого является химическая зависимость.

Таким образом, психологическая помощь молодежи, склонной к химической зависимости, может быть эффективной только в том случае, если помимо традиционной проработки различных аспектов зависимости, психолог направит свои усилия на выработку продуктивных стратегий совладания со стрессом и обучение навыкам саморегуляции психоэмоционального состояния у зависимого человека, создавая, тем самым, своеобразную «альтернативу» химическому веществу.

Литература:

  1. Бодров, В. А. Психологический стресс: развитие и преодоление / В. А. Бодров. — М.: Пер Сэ, 2006. — 528 с.
  2. Змановская, Е. В. Девиантология (психология отклоняющегося поведения) / Е. В. Змановская. — М.: Академа, 2003. — 287 с.
  3. Осухова, Н. Г. Психологическая помощь в трудных и экстремальных ситуациях / Н. Г. Осухова. — М.: Академа, 2005. — 286 с.
  4. Сандомирский, М. Е. Защита от стресса. Работа с подсознанием / М. Е. Сандомирский. — 2-е изд. — СПб.: Питер, 2009. — 298 с.
  5. Сирота, Н.А., Ялтонский, В. М. Профилактика наркомании и алкоголизма / Н. А. Сирота, В. М. Ялтонский. — М.: Академа, 2007. — 175 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle