Библиографическое описание:

Литвиненко В. Т. Современные подходы к понятиям государства, государственности, государственного строительства, нации, связанные с появлением непризнанных государств // Молодой ученый. — 2009. — №12. — С. 311-313.

Государством, по мнению политолога ван Кревельда, может именоваться только такая политическая организация, в которой, во-первых, есть четкое разграничение власти и собственности, ведущее к разграничению публичного и частного, а во-вторых, которая приобретает права юридического лица. Иными словами, согласно цитируемому автору, государство - это абстрактная организация, которая не идентична ни правителям, ни тем, кем они правят[1]         

Претензии на создание собственного государства не означают появления соответствующих жизнеспособных политических институтов.

Американский политолог Джеймс Минахан, составитель "Энциклопедии народов, этнических и национальных групп, не имеющих государственности"[2], утверждает, что на планете насчитывается более 300 народов, которые формально имеют право претендовать (или де-факто претендуют) на создание собственного государства. Другие авторы, к примеру, Пол Гилберт, автор фундаментального исследования "Философия национализма"[3] высказывают мнение, что нацией можно считать только группу людей, претендующих на создание своего государства.

На наш взгляд, позиция Гилберта не в полной мере научно обоснована, поскольку в современной политической науке объективные критерии отнесения населения того или иного государства к понятию “нации” не определены, а сам феномен в значительной мере абстрактен. Вместе с тем и в этом нет сомнений, феномены нации и национализма как явления, ответственного за формирование нации, тесно связаны с “государством” как политическим институтом.

Местом рождения “нации” - или, по словам Бенедикта Андерсона, “изобретения”, на которое невозможно получить патент, - стала Европа эпохи Просвещения[4]. Для современной политической науки особо актуальной проблема непризнанных государств стала после окончания «холодной войны».

Не случайно в 1991 году была создана Организация Непредставленных Народов (Unrepresented Nations and Peoples Organization). В числе учредителей были представители народов, населявших СССР - армян, крымских татар, татар, латышей, эстонцев и грузин. Ныне в состав Организации Непредставленных Народов входят 69 этнических групп и меньшинств, насчитывающих более 150 млн. человек. В их числе и народы, проживающие на территории стран бывшего СССР: татары, талыши, башкиры, чеченцы, ассирийцы, чуваши, черкесы, крымские татары, марийцы, коми, удмурты, буряты, тувинцы и гагаузы. Среди членов сразу две курдские организации (представляющие иранских и иракских курдов) и Тайвань, де-факто являющийся независимым государством. Эти народы крайне различаются по многим параметрам. Их объединяет одно: их представителей нет в составе ведущих международных организаций, таких как ООН. Хартия Организации Непредставленных Народов гласит, что деятельность этой структуры базируется на пяти основных принципах: ненасилие, права человека, самоопределение и демократия, сохранение окружающей среды и толерантность. За полтора десятилетия шесть основателей Организации смогли создать свои государства - на политической карте мира появились независимые Грузия, Армения, Эстония, Латвия, Палау и Восточный Тимор (Тимор-Лешти).

Авторство термина «одностороннее провозглашение независимости» (англ. - Unilateral Declaration of Independence, UDI) принадлежит премьеру Южной Родезии Иану Смиту, который в 1965 году в обход Лондона объявил о суверенитете этой британской колонии. Международное сообщество долгое время считало проблему непризнанных государств преходящим явлением, производным от сиюминутной политической реальности – результатом стечения текущих конъюнктурных обстоятельств, частью игры политических интересов мировых игроков, побочным продуктом региональной борьбы за передел сфер влияния[5]. Указанный методологический подход не может быть признан верным, поскольку  этот подход не отражает политические реалии современного мира во всем их многообразии.

В 1992 году Генеральная Ассамблея ООН приняла Декларацию о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам. Статья 1 Декларации гласит: "Государства охраняют на их территориях существование и самобытность национальных или этнических, культурных, религиозных и языковых меньшинств и поощряют создание условий для развития этой самобытности"[6]. Нередко именно нарушение указанных прав стимулирует политические процессы отделения территории и возникновение проблем требующих урегулирования как на уровне отдельно взятого государства, так и международного сообщества.

Существуют пять групп первоочередных задач, которые следует выполнить с целью урегулирования:

- правовые (в первую очередь международно-правовые);

- функциональные (политические, конфликтологические и т.д.);

- экономические (снятие экономической блокады и т.д.);

- военные;

- идеологические.

Правовые основы функционирования государств состоят в принятии конституции, базовых законодательных актов, а также создание механизмов обеспечения правоприменения. Если новое государство не получает признания большинством членов ООН, оно, тем не менее, может заключать договоры с отдельными государствами. К примеру, в США в 1979 году был принят Закон об отношениях с Тайванем. В соответствии с этим законом Америка взяла обязательства перед этим квазигосударством в вопросе обеспечения его безопасности. США, как известно, официально не признавая Тайвань, поддерживают с ним отношения через Американский институт по Тайваню, который представляет собой частную некоммерческую корпорацию. Он уполномочен выдавать американские визы, принимать заявки на оформление паспортов, оказывать помощь американским гражданам и защищать торговые и деловые интересы США на острове. По сути, это неофициальное американское дипломатическое представительство. В этой организации работают профессиональные американские дипломаты, которые на время своей тайваньской командировки уходят в отставку[7]. В данном случае речь идет не об общепринятой практике, а о примере решения сложной внешнеполитической проблемы официального взаимодействия с непризнанным государством существующим с 1949 г. после того, как на материке победили китайские коммунисты, а на острове укрылись их противники – сторонники партии Гоминьдан.

Государственные образования могут длительное время существовать в рамках единого государства и не претендовать на отделение. В качестве примера такой политической ситуации упомянем существовавшее в Российской империи государственное образования Великое княжество Финляндское. В настоящее время аналогичный правовой статус имеют Аландские острова, являющиеся губернией Финляндии, ряд территорий в Италии, Гонконга в КНР. С формальной точки зрения все указанные территории могут быть отнесены к сепаратистски ориентированным.

Необходимо различать политический сепаратизм[8], состоящий в стремлении создать новое государство и экономический сепаратизм, ориентированный на юридическое и политическое оформление экономической автономии в рамках существующего государства. Большинство исследователей полагают, что не стоит смешивать регионализм и сепаратизм, поскольку, как правило, регионалистские требования обозначены в контексте существующего государства, а сепаратизм нацелен на перешагивание этих границ и стремится к собственной государственности[9]. Майкл Китинг, автор книги "Многонациональная демократия: народы без государства в постсуверенную эру", отмечает, что в последние десятилетия связь между народом и государством разорвана. Один народ не обязательно создает государство, в то же время государство не гарантирует счастья и процветания образовавшему его народу. Более того, в некоторых случаях государство вообще оказывается ненужным для достижения процветания, обеспечения безопасности и поддержания порядка. Демократия также не может считаться необходимым условием для создания и существования государств. Китинг уверен, что в обозримой перспективе государства не исчезнут, однако мир изменится - это будет сложная и часто противоречивая система распределения властных полномочий. Он отмечает, что народы, ныне не имеющие своего государства, в этой ситуации рискуют никогда не обрести своего государства[10]. Именно отношения власти влияют на устойчивости функционирования институтов государства в момент его возникновения и начального этапа развития.

Любое государство (и непризнанные республики в этом не являются исключением), ориентировано на исполнение ключевых регулятивных функций управления политической, экономической и социальной деятельностью населения[11]. Поэтому государство может рассматриваться как некий «контейнер» властных полномочий, в том числе и в вопросах требующих осуществления насилия, юридически оформляемого в форме законов и нормативных актов[12]. Результатом становится гомогенизация паттернов решения политических и социальных проблем, а также координация действий в вопросах экономического и военного строительства.

Государство определяет правила денежно-кредитной политики, выстраивает налоговую систему, одобряет правила предоставления услуг в сфере образования, здравоохранения, является основным политическим институтом, способствующим как развитию в нём демократии и создания условий становления гражданского общества. Важнейшей же функцией государства как политического института является определение правил политического действия и обеспечения политического порядка на подконтрольной территории.

 

 

Библиографический список:

 

1.       ван Кревельд М. Расцвет и упадок государства. -М.: ИРИСЭН, 2006.

2.      Encyclopedia of the Stateless Nations Ethnic and National Groups Around the World/ 4 vols. By James Minahan. -Westport, Coun.: Greenwood Press, 2002.

3.      Gilbert P. The Philosophy of Nationalism. -Boulder, Colorado, and London: Westview Press, 1998

4.      Андерсон Б. Воображаемые сообщества. Размышления об истоках и распространении национализма. -М.: КАНОН-пресс, 2001. С. 89.

5.      Маркедонов С. СНГ-2: Непризнанные государства на постсоветском пространстве: к определению природы феномена // Гуманитарная мысль Юга России. 2005, №1. С. 118-126.

6.      Народы без государства // Washington ProFile, 2007, №96(836) 09 Ноября.

7.      Перевозкина М. Москва ответит НАТО Абхазией // Независимая газета, 2008, 14 апреля.

8.      Сепаратисты есть не только в слабых государствах, но и в политически стабильных странах, к примеру, в США. Так, Аляскинская Партия Независимости (Alaskan Independence Party) выступает за независимость штата Аляска (аналогичные взгляды разделяют некоторые обитатели Техаса, Вермонта и ряда иных штатов), коренные жители Гавайев - за восстановление своего государства (в 1898 году США аннексировали Гавайи, до этого независимое королевство, управляемое полинезийскими вождями), группа испаноязычных американцев (их интересы представляет, например, Объединенная Народная Партия (United People's Party) призывает образовать на территории южной части США, некогда отнятой у Мексики, новое независимое государство. Сепаратисты есть и в среде чернокожих и белых расистов. Кроме того, некоторые племена индейцев также периодически подчеркивают, что некогда они были независимыми, и намекают на возможность восстановления утраченной государственности. Подробнее см.: Войны за независимость // Washington ProFile, 2007, №96(836). Достаточно показательно, что в состав США ныне входят ранее независимые государства. К примеру, Конфедерацию Штатов США, появившуюся в 1861 году и исчезнувшую после поражения в Гражданской войне, официально признало одно из карликовых германских государств. Республику Техас, существовавшую на политической карте мира в 1836-1845-е годы, признали пять стран. Некоторые индейские племена, а также Гавайи также ранее являлись независимыми государствами, а ныне считаются народами, не имеющими своей государственности. См.: Народы без государства // Washington ProFile, 2007, №96(836).

9.      Pavlenko S. Administrative regionalism: Stages, actors, legitimization and prospects//Post-Soviet Puzzles…- Vol.2 P.19; Китинг М. Новый регионализм в Западной Европе //Логос, 2003. № 6 С. 63-116.

10.  Keating M. Plurinational Democracy: Stateless Nations in a Post-Sovereignty Era. -Oxford: Oxford University Press, 2002.

11.  Tilly C. Coercion, Capital and European States. -Ox­ford: Blackwell,1990. Opello Jr., W. and Rosow, S. The Nation-State and Global Order. –London: Lynne Rienner, 1999; Brenner N., Jessop B., Jones M., MacLeod G. (Eds.): State/Space. -Oxford: Blackwell, 2003.

12.  Giddens A. The Nation-State and Violence. -Cam­bridge: Polity Press, 1985.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle