Библиографическое описание:

Аллабергенов Б. К. О долготе гласных фонем хорезмского диалекта узбекского языка // Молодой ученый. — 2016. — №13. — С. 664-666.



Гласные узбекского литературного языка, как и гласные русского литературного языка, в количественном отношении неодинаковы: одни гласные оказываются более длительными, другие — менее; в одних фонетических условиях гласные приобретают длительность, а в других — утрачивают ее и оказываются максимально краткими, например, гласные [у], [и] в соседстве с глухими согласными сокращают свою длительность: пучуқ [п(у)чуқ] — курносый, тиш [т’ш’] — зуб, а в соседстве с согласным [в] приобретают долготу: сувли [су:вли] — водный и т. д. [6, с. 34–35]. Все это говорит о том, что и в узбекском литературном языке длительность и краткость гласных являются фонетически обусловленными. Такого рода длительность гласных, то есть фонетический тип длительности, имеет место и в хорезмском диалекте, например: м’е:вэ — фрукты, м’е:йнэт — труд. Длительность у гласных появляется и в результате утрачивания конечных согласных: г’а: — иди сюда, са: — клади, ка: — оставайся и т. п.

Фонологический тип длительности или первичные долготы имеются в основном в якутском и туркменском языках, в меньшей степени в киргизском и тувинском. Известно также наличие такого рода гласных и в некоторых узбекских говорах — в огузcком наречии (диалекте) Хорезма и в некоторых говорах Казахстана [7, с. 32].

В вокалической системе хорезмского диалекта, в отличие от русского и узбекского литературных языков, имеет место и другой тип длительности гласных — фонологический, представляющий собой случаи, когда долгота и краткость фонем является их постоянным признаком и можно установить в языке противополагающиеся ряды долгих и кратких гласных, то есть долгие гласные выполняют смыслоразличительную функцию, но, следует отметить то, что они не употребляются в грамматических формах и в основном произносятся в первом слоге слова, а в очень редких случаях встречается во втором слоге слова: хам’и:р — тесто, уз’и:н — длинный и другие.

В хорезмском диалекте все гласные фонемы, кроме [ъ], имеют свою долгую пару, которая в количественном отношении противопоставлена соответствующим гласным обычной долготы.

Фонема [и:] по количеству почти вдвое превышает длительность соответствующего гласного обычной долготы. При произношении этого звука раствор рта очень узкий, чем при обычном, язык более продвинут вперед, то есть более переднего образовали, чем [и] обычной долготы данного диалекта. Зона наибольшего подъема передней части спинки языка также находится в более передней части, чем фонема [и] обычной долготы хорезмского диалекта и сравниваемые фонемы узбекского и русского литературных языков.

По дистрибуции этот долгий звук употребляется в основном в первом слоге слова и в большинстве случаев выполняет дифференцирующую функцию, то есть фонологическую, например: и:з — след, жи:н — черт.

Долгое [и:] иногда может появляться и во втором слоге, в этих позициях оно не имеет дифференцирующего значения, «... а служит, как думается, для укрепления первого открытого слога» [1, с. 27–33].

В очень редких случаях, буквально в нескольких словах, после заднеязычного [ы] начинается [ы] и быстро переходит в «...совершенно отчетливое и длительное [и]» [7, с. 33]. Например: қ:з — девушка.

Фонема [у] имеет соответствующую долгую пару [у:]. Это длинный узкий огубленный звук хорезмского диалекта. Аналогичная фонема отсутствует и в узбекском, и в русском литературных языках. Данная фонема по горизонтальному движению языка более передняя, а по движению языка по вертикали — более верхняя, то есть данный звук более переднего ряда и более верхнего подъема, чем [у] обычной долготы.

По дистрибуции этот звук встречается только в первом слоге слова и не выполняет фонологической функции, например: д’у:ш — сон, г’у:ч — сила и другие.

Долгая фонема [у:] в сравнении с соответствующим кратким звуком [у], гораздо более долгий и напряжений звук. Этот звук несколько длиннее русского и узбекского литературного [у] обычной долготы. По артикуляции он более напряженный гласный и менее открытый, причем открытость выражается не только в более высотой положении спинки языка, но и в более сальной лабиализации, чем [у] хорезмского диалекта, русского и узбекского литературного языков.

По своей дистрибуции долгий [у:] ограничивается первым слогом слова, например: буз — разрушай, но [бу:з]- лед, тут — держи, но ту:т — тутовник.

Фонема [э] имеет соответствующую долгую пару, которая отсутствует в узбекском и русском литературном языках, данная фонема отличается от своей краткой пары более передней артикуляцией и более высоким подъемом передней части спинки языка к мягкому небу.

Фонема [о:] — долгая пара заднего полуширокого [о] обычной долготы — отсутствует в русском и узбекском литературном языках.

Артикуляция этой фонемы отличается от артикуляции фонемы обычной долготы тем, что при произнесении долгого [о:] губы выпячиваются вперед больше, то есть это более огубленный гласный звук, по горизонтали тело языка отходит назад меньше, а по вертикали средняя часть спинки языка поднимается к мягкому небу больше, чем при краткой паре и [о] обычной долготы. Данный звук встречается только в первом слоге слова и в большинстве случаев выступает в роли смыслоразличителя.

Фонема [а:] — самый глубокий, самый широкий звук хорезмскогодиалекта, который отсутствует и в узбекском литературном, и в русском языках. По артикуляции это более напряженный гласный, кто большая открытость выражается в более низком положении задней части спинки языка. Акустически по длительности он гораздо превышает длительность ударного русского

Долгий [а:] преимущественно встречается в первом слоге слова и в большинстве случаев выступает в роли смыслоразличителя, например: аш — переваливай, а:ш — пища; аз — мало, а:з — похудей.

Фонема [а:] — долгая пара соответствующего переднего [а] обычной долготы, который отсутствует и в узбекском, и в русском литературном языках. По дистрибуции встречается только в первом слоге слова и в очень редких случаях выполняет фонологическую функцию, например: г’ама — не приходи, но г’a:мa — корабль.

Таким образом, в отличие от узбекского литературного и русского языков долгота гласных в хорезмском диалекте имеет фонологическое значение, все гласные кроне [ъ] имеют долгую пару, которая в количественном отношении противопоставлена соответствующим гласным обычной долготы, а фонема [а:] имеет фонологическое значение в очень редких случаях.

Литература:

  1. Абдуллаев Ф. А. Фонетика хорезмских говоров. Опыт монографического описания огузского и кипчакского наречий узбекского языка. — Ташкент: Фан, 1967.
  2. Дмитриев Н. Н. Грамматика кумыкского языка. — М., 1970.
  3. Киссен И. А. Курс сопоставительной грамматики узбекского и русского языков. — Ташкент, 1979.
  4. Матусевич М. И. Современный русский язык. Фонетика. Учебное пособие. — М.: Просвещение, 1976.
  5. Поливанов Е. Д. Краткая грамматика узбекского языка. — Ташкент, 1968.
  6. Решетов В. В. Узбекский язык. Часть I. Введение. Фонетика. — Ташкент, 1959.
  7. Юдахин К. К. Некоторые особенности карабулакского говора. — Ташкент, 1957.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle