Библиографическое описание:

Ипполитова Е. А., Черешнева Д. В. Суверенность психологического пространства девушек в контексте гендерной идентичности // Молодой ученый. — 2016. — №13. — С. 867-870.



В статье рассматривается актуальная для современной психологии проблема психологической суверенности девушек. Представлены результаты эмпирического исследования, в котором выявлено наличие взаимосвязи ряда измерений психологической суверенности девушек (суверенность физического тела, территории, социальных связей) и их гендерной идентичности. Так же показано, что выделенные измерения суверенности могут рассматриваться в качестве предикторов доминирования у девушек фемининных или маскулинных черт.

Ключевые слова: суверенность психологического пространства, гендерная идентичность, фемининные и маскулинные черты, девушки

Современные трансформации, происходящие в российском обществе, затрагивают политическую, экономическую, научно-образовательную, духовную сферы и сферу социальных отношений. Интенсивные процессы изменений ставят человека перед необходимостью проявлять избирательность и контроль в отношении влияний среды, развивать личную автономность, самобытность и стремиться к гармонизации своих отношений с окружающим миром. Незаменимой в этом плане является способность оберегать, держать под контролем и развивать свое психологическое пространство, целостность личностных границ, которая определяется как суверенность. Она представляет собой существенное условие развития человека, поддержания его психического здоровья, благополучия, а также способствует усилению его субъектности [8].

Понятие психологического пространства личности возникло из множества эклектичных предпосылок, его изучение изначально предполагало стать междисциплинарным, межпроблемным. И хотя исследование суверенности психологического пространства началось не так давно, в настоящее время существует большое количество научных работ, посвященных данной проблемной области (О. Г. Беленко, О. Е. Дергачева Н. В. Буравцова, С. К. Нартова-Бочавер, Е. Н. Панина и др.). По мнению С. К. Нартова-Бочавер, суверенность психологического пространства включает ряд измерений. Так, суверенность физического тела человека констатируется в отсутствие попыток нарушить его соматическое благополучие. Суверенность территории подразумевает переживание безопасности физического пространства, на котором находится человек (личной части или собственной комнаты, игровой модели жилья). Суверенность мира вещей предполагает уважение к личной собственности. Суверенность привычек рассматривается как принятие временной организации жизни человека, а суверенность социальных связей выражает право иметь друзей и знакомых, которые могут не одобряться близкими. В свою очередь суверенность ценностей подразумевает свободу вкусов и мировоззрения [8].

В современной психологии существует точка зрения о значительных гендерных отличиях в средствах поддержания суверенности и, в целом, о наличии половой и гендерной специфичности у проявлений суверенности (О. Г. Лопухова) [5].

Филогенетически психологическое пространство восходит к инстинкту территориальности и является социальной формой осуществления биологически заложенных программ, детерминируя особенности гендерного и репродуктивного поведения. Исторически специфику полоролевой модели человека принято определять биологическими и физиологическими половыми различиями. Однако для современного мира характерны процессы индустриализации и глобализации, быстрые изменения в системах социальных ролей и общепринятых норм, установок и ценностей, что ведет к неоднозначности в становлении и проявлении гендерной идентичности личности, возникновению ролевых конфликтов (С. Бем, Ш. Берн, С. Кесслер, В. Маккенна, Э. Гоффман и др.). Это существенно повышает вариативность гендерной социализации каждого конкретного человека и может создавать определенные сложности в процессе формирования гармоничной, целостной личности. Особенно актуальна эта проблема в многонациональных современных странах, таких как Россия, где полоролевые традиции изменяются вместе с социально-экономическим развитием и ассимиляцией ценностей западной цивилизации [3]. При этом именно девушки, начиная с подросткового и юношеского периодов, подвергаются сильному нормативному и информационному давлению в отношении гендерных норм со стороны общества и особенно средств массовой информации [1; 4].

В этой связи обеспечение суверенности психологического пространства, которое учитывает гендерные предпочтения его измерений, рассматривается как важное условие успешной работы по развитию психологического и социального благополучия личности. Это актуализирует проблему исследования взаимосвязи суверенности психологического пространства и гендерной идентичности девушек в настоящее время.

С целью проверки предположения относительно влияния проявления суверенности психологического пространства на гендерную идентичность девушек было предпринято эмпирическое исследование (анкетный опрос, психологическое тестирование (опросник «Суверенность психологического пространства личности» С. К. Нартовой-Бочавер, полоролевой опросник С. Бем, опросник «Шкала локуса ролевого конфликта» П. П. Горностая), математико-статистические методы обработки данных (корреляционный, регрессионный анализы)). В исследовании приняли участие 94 неработающие студентки в возрасте от 18 до 23 лет, обучающиеся на различных факультетах вузов г. Барнаула. Возрастным критерием послужила периодизация Е. Б. Усовой, согласно которой, 18–23 лет — это этап поздней юности.

Результаты регрессионного анализа показали, что гендерная идентичность (β=0,293, p=0,026) влияет на суверенность физического тела. Чем больше у девушек преобладает фемининная установка, тем выше у них суверенность физического тела (таблица 1).

Таблица 1

Коэффициенты регрессионной модели для показателя суверенность физического тела удевушек

B

Стд. Ошибка

Бета

T

Знч.

(Константа)

2,320

1,241

1,870

0,067

Гендерная идентичность

2,886

1,259

0,293

2,292

0,026

Также регрессионный анализ выявил, что гендерная идентичность в свою очередь зависит от выраженности показателя «суверенность физического тела» (β=0,293, p=0,026): чем он выше, тем большей фемининностью обладают девушки (таблица 2).

Таблица 2

Коэффициенты регрессионной модели для показателя гендерная идентичность удевушек

B

Стд. Ошибка

Бета

t

Знч.

(Константа)

0,758

0,081

9,358

0,000

Суверенность физического тела

0,030

0,013

0,293

2,292

0,026

Таким образом, эти параметры обладают двунаправленной взаимосвязью.

Вероятно, это связано с тем, что в конструировании фемининной идентичности особая роль отводится специфическому «женскому опыту»: периоду полового созревания и первой менструации, затем таким опытом становится активное развитие сексуальности, беременность, рождение детей. Так или иначе, самые важные шаги на пути создания женской идентичности связаны во многом именно с телесным опытом. В традиционной культуре репрезентация женщины происходит через тело, и в целом, согласно М. Мид, все «женское» воспринимается как биологический феномен. Поэтому тело является наиболее значимым элементом в структуре формирования фемининной идентичности [6].

Выявлено влияние гендерной идентичности (β=-0,402, p=0,015) на суверенность социальных связей. Чем больше у девушки преобладание маскулинных черт, тем выше у нее суверенность социальных связей (таблица 3).

Таблица 3

Коэффициенты регрессионной модели для показателя суверенность социальных связей удевушек

B

Стд. Ошибка

Бета

t

Знч.

(Константа)

1,848

0,531

3,477

0,001

Гендерная идентичность

-2,373

0,927

-0,402

-2,561

0,015

Было обнаружено, что некоторые измерения суверенности в свою очередь позволяют построить регрессионную модель для показателя гендерной идентичности.

Фемининная направленность идентичности зависит от низких показателей суверенности социальных связей (β=-0,672, p=0,002) и высоких показателей суверенности территории (β=0,421, p=0,038). Таким образом, чем выше суверенность социальных связей и ниже суверенность территории, тем большую склонность к проявлению маскулинных черт можно наблюдать у девушек (таблица 4).

Таблица 4

Коэффициенты регрессионной модели для показателя гендерная идентичность удевушек

B

Стд. Ошибка

Бета

t

Знч.

(Константа)

-0,262

0,128

-2,044

0,049

Суверенностьсоциальных связей

-0,114

0,033

-0,672

-3,453

0,002

Суверенность территории

0,059

0,027

0,421

2,160

0,038

В целом обнаруженные нами взаимосвязи подтверждают первую гипотезу исследования.

Взаимосвязь суверенности социальных связей с маскулинной направленностью идентичности девушек можно объяснить распределением мужских и женских ролей в общении, которое транслируется обществом и СМИ. Существует представление о том, что во взаимоотношениях, особенно сексуальных, фемининная женщина пассивна и податлива, проявляет мягкость, конформность и больше обитает в частной, нежели публичной сфере. Для маскулинности наиболее показательной характеристикой считается активность, в том числе в выстраивании социальных связей. Мужчина энергичнее проявляет инициативу в общении и принимает ответственность за близкие отношения, тем самым активно способствуя приобретению друзей, романтических партнеров [6; 7]. Поэтому проявление маскулинности у девушек взаимосвязано с их социальным продвижением, самостоятельным выбором партнеров по общению и, соответственно, большим контролем за сферой своих социальных связей.

Согласно полученным результатам, суверенность территории способствует формированию фемининности у девушек и, наоборот, депривированность данного измерения ведет к увеличению маскулинности. По нейроандрогенетической теории Ли Эллиса, одной из типично мужских поведенческих программ является территориальное поведение [2]. Эволюционно мужчинам больше свойственно «помечать», проверять свою территорию, а также охранять ее. Вероятно, условия депривации территории создают необходимость подключения более агрессивного, типично маскулинного инструментария для зашиты собственных границ.

Было выявлено, что фемининность отрицательно коррелирует с суверенностью социальных связей (r=-0,402, p=0,015), что согласуется с другими результатами исследования. Чем сильнее выражена фемининная установка, тем ниже суверенность социальных связей.

Помимо этого, обнаружена отрицательная корреляция фемининности с показателем локуса ролевого конфликта (r=-0,368, p=0,027). Чем большей фемининностью обладает девушка, тем ближе к экстернальному полюсу будет стремиться локус ролевого конфликта.

Также выявлена положительная корреляционная связь локуса ролевого конфликта с суверенностью социальных связей (r=0,521, p=0,001) и суверенностью ценностей (r=0,381, p=0,022). Чем ближе к интернальному полюсу располагается локус ролевого конфликта, тем большей суверенностью ценностей и социальных связей обладает девушка.

Для уточнения данных был проведен регрессионный анализ, показавший влияние параметра локуса ролевого конфликта (β=-0,504, p=0,000) на гендерную идентичность. Чем ближе локус ролевого конфликта к экстернальному полюсу, тем сильнее будет выражена фемининность у девушки (таблица 5).

Таблица 5

Коэффициенты регрессионной модели для показателя гендерная идентичность удевушек

B

Стд. Ошибка

Бета

t

Знч.

(Константа)

1,403

0,180

7,792

0,000

Локус ролевого конфликта

-0,078

0,014

-0,504

-5,595

0,000

Таким образом, результаты корреляционного и регрессионного анализов свидетельствуют о том, что девушки с преобладанием фемининных черт выстраивают свое ролевое поведение преимущественно в соответствии с социальными ожиданиями, ориентируясь на внешнюю систему ценностей и выбирая экстернальные стратегии поведения в условиях ролевого конфликта. При этом экстернальный локус ролевого конфликта является предиктором фемининной гендерной идентичности девушек. Ряд авторов указывают на существующее в настоящее время нормативное и информационное давление относительно гендерных норм со стороны различных институтов социализации, особенно СМИ. [1; 54] Уже к подростковому периоду давление на девушек настолько велико, что большая часть из них предпочитает скорректировать свои личностные особенности и любые «отклоняющиеся признаки» в сторону традиционных представлений о женской роли [7]. В отличие от них, у девушек с преобладанием маскулинных черт доминирует противоположная тенденция — отстаивание собственной ролевой идентичности, выстраивание ролевого поведения в соответствии с Я-концепцией, даже если она противоречит общественно нормативной роли и вызывает межличностные конфликты. Таким образом, можно заключить, что проявления суверенности психологического пространства девушек на уровнях социальных связей, тела и территории в значительной степени определяют доминирование у них маскулинных или фемининных черт.

Литература:

  1. Алешина Ю. Е., Волович А. С. Проблемы усвоения ролей мужчины и женщины // Вопросы психологии. — 1991. — № 4. — С. 74–82.
  2. Васюра С. А. Гендерная психология: учеб. пособие — Ижевск: Удмуртский университет, 2011.
  3. Ипполитова Е. А. Образ семьи в представлениях молодых и зрелых мужчин и женщин в условиях интенсивных социальных изменений // Молодой ученый. — 2011. — № 11 (34). — С. 70–74.
  4. Клецина И. С. Гендерная психология. 2-е изд., испр. и доп. — СПб.: Питер, 2009.
  5. Лопухова О. Г. Внутриличностный гендерный ролевой конфликт: системный подход к проблеме // Современные исследования социальных проблем. — 2010. — № 4(04). — С.113–119.
  6. Малкина-Пых И. Г. Гендерная терапия (Справочник практического психолога). — М.: Эксмо, 2006.
  7. Нартова-Бочавер С. К. Психологическое пространство личности: Монография. — М.: Прометей, 2005.
  8. Нартова-Бочавер С. К. Человек суверенный: психологическое исследование субъекта в его бытии. — Спб.: Питер, 2008.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle