Библиографическое описание:

Вирго Р. Э. Сложность понимания восточной философии // Молодой ученый. — 2016. — №12. — С. 1540-1542.



Понятие «восточной философии» включает в себя довольно широкий спектр школ и направлений, и среди них в большинстве современных западных классификаций особо выделяют индийскую, китайскую, корейскую и японскую философии. Также иногда к этому списку относят персидскую, вавилонскую, арабскую и иудейскую ветви философской мысли. Древняя вавилонская философия может рассматриваться как восточная во многих смыслах, однако она совершенно точно оказала огромное влияние на греческие школы, в особенности, эллинизм.

Очевидно, что столь разнокультурный набор идей и концепций являет собой поистине грандиозное философское наследие, однако вобрать в себя его плоды западному уму оказывается совсем непросто. Философия Востока не просто экзотична — в ее основе лежат совсем иные принципы построения мысли и поиска истины. В данной статье мы постарались выделить и описать те особенности восточной философии, которые делают ее сложной для восприятия представителями западной культуры.

Во-первых, следует обратить внимание на литературные источники — на Востоке большая часть авторитетных текстов, представляющих философскую ценность, являются поистине древними, будучи созданными более 1–2 тысяч лет назад.

«В первых священных книгах Индии — Ведах (с санскр. — знание) наряду с религиозными идеями излагались философские представления о едином мировом порядке. Веды создавались племенами ариев, которые пришли в Индию в XVI в. до н. э. из Средней Азии, Ирана и Поволжья» [1, с. 39–40].

Основная книга даосизма «Дао дэ цзин» была написана в VI-V вв до н. э., и другие известные китайские трактаты оказываются не менее древними:

«Ещё одним знаменитым текстом раннего даосизма является «Чжуан-цзы», автором которого является Чжуан Чжоу (369–286 гг. до н. э.), известный под именем Чжуан-цзы, в честь которого и названо его произведение» [5].

И поскольку большая часть восточной философии — такие древние тексты, изложенные на мертвых ныне языках и не употребляющихся больше диалектах, изучать их становится вдвойне сложно.

Далее, данная сложность усугубляется семантической и стилистической специфичностью языка, на котором излагается философская мысль.

«Отличен и язык философствования. Он возникает не вследствие разрыва с предшествующей традицией, а вследствие углубления таких простых понятий, как «небо», «земля» «великий ком» и т. д. до стилистики философского языка» [4].

В то время как в западной философии разрабатывается свой категориальный аппарат, включающий — среди прочих — традиционные для науки понятия времени и пространства, единства и противоположности, объекта и субъекта, движения и покоя, на Востоке в ходу остаются религиозная и мифологическая терминология, и вообще восточная философия «развивается в тесном взаимодействии с религией: зачастую одно и то же философское течение предстает и как собственно философское, и как религиозное» [1, с. 38].

В-третьих, древневосточные философские трактаты отличает многослойность построения. Практически в любом таком тексте можно обнаружить несколько идейных, концептуальных, образных пластов, поскольку создавался он не одним человеком, а несколькими, и происходил этот процесс на протяжении долгого времени.

«Как правило, текст является произведением не одного автора, а целой школы, время же его создания измеряется столетиями» [4].

Дело в том, что для Востока всегда было характерно представление о человеке не как об отдельной личности, но как о составном элементе более значительной системы (например, общества, семьи), поэтому традиционно под школой понималась не просто группа последователей некоего мыслителя, а целая община, своего рода «семья», имеющая общий быт и общую цель. Ученики являлись продолжением учителя и потому были вправе не просто распространять его идеи, но развивать их и исправлять исходные тексты.

В-четвертых, особую трудность восприятия у западного читателя вызывает специфическое построение аргументации древневосточных текстов.

«Логика текста не всегда выстраивается доказательно, иногда рассуждения сменяются фрагментами псевдомифологических сюжетных текстов, призванных не просто подкрепить мысль, а высказать ее» [4].

Другими словами, восточные мыслители зачастую не ставят себе цели как можно тщательнее пояснить, обосновать и логически «переплести» преподносимый материал. Привычные для нас объяснения и последовательные, четкие доказательства в философском тексте порой уступают место образному изложению и иносказательному иллюстрированию.

«Здесь была слабее выражена рационально-логическая компонента и связь с наукой, но зато довольно детально разрабатывались и обосновывались идеи космологической природы сознания, принципы и технология житейской мудрости, нравственного воспитания и духовного самоконтроля» [3, с. 198].

Пятая особенность, делающая философию Востока трудной для восприятия западным читателем — регулярные отсылки кмистическому опыту. Авторитетные мыслители, которых последователи нередко почтительно называют Учителями или Мастерами, описывают различные методики работы с собственным сознанием / духом. Предполагается, что использование этих методик поможет человеку привести свою жизнь к гармонии — как внутренней, так и гармонии с окружающей средой, — при одновременном концептуальном постижении мира.

«Главная особенность восточной философской традиции — в обращении к человеку, в постоянном и пристальном внимании к его внутреннему состоянию. Ведь гармонию постигают постольку, поскольку носят ее в себе» [2].

Более того, зачастую именно результаты мистического опыта, полученного при использовании какой-либо из методик, ложатся в основу аргументации и считаются достаточным обоснованием для приводимых положений.

«Философии классического Востока не надо было «учиться» в западно-европейском смысле (т. е. создавать и зубрить логические системы); чтобы стать философом, или придерживаться определенных философских взглядов, на Востоке надо было в первую очередь вести философский образ жизни, а лишь затем — формулировать и осознавать основные правила образа жизни» [2].

Можно сказать, что восточная философия предлагает иной метод познания, не через слова, логическую аргументацию и умозаключения, а через непосредственное восприятие мира и взаимодействие с ним. Таким образом, сама специфика такого метода познания делает крайне сложными — если не сказать, заведомо безрезультатным и не могущими привести к однозначно верным заключениям — попытки рассуждать о нем. Вероятно, поэтому в западной философии, которая тяготеет к научным методам, едва ли встречаются отсылки к медитативным техникам познания и построенным на них космологических концепциях. Более того, возьму на себя смелость заявить, что западные умы склонны вовсе не воспринимать медитативный метод всерьез, что и не удивительно: он лежит за пределами научной методологии и в рамках последней не может выдерживать критику и не может быть оценен по достоинству.

В-шестых, для западных и восточных философов характерно разное отношение кистине. В общих чертах, западное общество усердно пытается найти и доказать некую «лежащую в основе всего истину», в то время как восточное общество понимает истину как нечто уже данное и направляет основные усилия на то, чтобы обрести и сохранить баланс. Такие взгляды привели к тому, что на Востоке сформировалось гораздо более слабое философское основание для фундаментальных исследований, равно как и гораздо менее развитая культура исследования. На Западе же упорные поиски гипотетической истины привели к тому, что методология фундаментальных исследований активно развивалась уже в рамках философии.

И наконец седьмая и последняя особенность — это всепроникающая идея космизма, которая придает трудам восточных философов совершенно специфический, порой очень настораживающий «привкус».

Лучше всего суть этой идеи можно продемонстрировать на примере даосизма:

«Основной категорией даосизма является дао. Понятие «дао» многозначно. Дао — это субстанциальная закономерность всего сущего, закон спонтанного бытия космоса, общества, человека. Дао — это способ развертывания в первоэлементы цикличности бытия. Дао — это Вселенная, где все уравновешено, где нет жизни и смерти, где не существует границ и разделений. Человеческая жизнь также рассматривается как часть космического пути природы» [4].

То есть именно осознание тотального единства и взаимосвязанности всех существующих во Вселенной вещей задает восточной философии вектор исследований и определяет ее подход к решению поставленных задач — в чем мы и могли убедиться на примере приведенных выше шести других ее особенностей.

В заключение хочется подчеркнуть, что главная сложность заключается в том, что многие восточные учения не поддаются обработке западным логическим инструментарием, т. е. они построены по иным схемам и не предназначены для научного разбора и анализа, вместо этого они должны быть постигнуты каждым отдельным умом, для чего в таком уме должно быть выработано особое умение — путем личного совершенствования.

Литература:

  1. Моисеева Н. А. Философия: Краткий курс. 2-е изд., доп. / Н. А. Моисеева, В. А. Сороковикова. — СПб.: Питер, 2010. — 320 с.
  2. Попова О. В. Об особенностях восточной философии. — УГМА. — [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://dialektika-eniology.narod.ru/oovs.htm
  3. Степин В. С. Новая философская энциклопедия: В 4 томах. Том 4 / В. С. Степин, А. А. Гусейнов, Г. Ю. Семигин, А. П. Огурцов. — М.: Мысль, 2010. — 736 с.
  4. Яскевич Я. С. Основы философии / Я. С. Яскевич. — [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://an-site.ru/dk/of08.htm
  5. Википедия — [Электронный ресурс]. — Режим доступа: https://ru.wikipedia.org/ wiki/ %D0 %94 %D0 %B0 %D0 %BE %D1 %81 %D0 %B8 %D0 %B7 %D0 %BC

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle