Библиографическое описание:

Арсеньева О. Ю. Возможности интерпретации вербализации понятийного компонента концептов // Молодой ученый. — 2016. — №12. — С. 996-998.



This article covers problems as the boundaries of levels in the structure of linguistically concept and shows some examples of distinction these levels by examples from «Beowulf».

Key words: concept, structure of a linguistic concept, definitional structure, nature elements

Исследовательский интерес к интерпретации языковых знаков, углубление знаний о языке и сопоставление их с другими областями знания в современной науке привели исследователей к объединению лингвистического, психологического, когнитивного и культурологического планов существования языка в понятии “концепт”. Вероятно, именно эта многомерность оказалась предпосылкой к появлению столь большого количества его интерпретаций и подходов к исследованию. В рамках данной статьи хотелось бы остановиться на когнитивном и лингвокультурологическом подходах.

Когнитивный подход, представителями которого являются Н. Д. Арутюнова, Е. С. Кубрякова, Д. С. Лихачев, И. А. Стернин и др. Посредством когнитивного подхода исследуются лексемы, значения которых составляют содержание национального языкового сознания и в которых просматривается какой-либо способ семантического представления [См.: 5, с. 111–116].

Лингвистическая сторона концепта часто исследуется в совокупности с культурологической. Такой подход к исследованию концепта называют лингвокультурологическим (С. Г. Воркачев, В. И. Карасик, Н. А. Красовский, Ю. С. Степанов и др.). Исследования, проводимые в соответствии с этим подходом чаще всего посвящены культурно-значимым концептам («мужество», «свобода», «родина» и др.), отражающим менталитет народа. При обобщении последних исследований в этих областях, можно представить языковое пространство как систему (или сеть) концептов, некоторые из которых составляют «узлы», а иные связывают их. При этом в «концептуальной сети» каждого народа (и при глобализации) все концепты могут оказывать обоюдное влияние, расширяться, сужаться и исчезать. Утверждают, что «Узловые концепты» определяются, прежде всего грамматической структурой языка, при этом менее значительные находятся в «свернутом» состоянии и в диахронии могут развиться до значимых и разделиться [7]. Подобная структура сохраняется и в строении отдельного концепта. Так, Ю. С. Степанов выделял и внутри каждого концепта основной и дополнительные компоненты [6]. Кроме этих двух значимых компонентов Ю. С. Степанов выделял и третий компонент, часто неосознаваемый носителем языка — внутреннюю (этимологическую) форму. За основу в нашем исследовании была взята концепция концепта Ю. С. Степанова.

При анализе структуры и содержания отдельного концепта предлагается исследовать образную, ассоциативную, понятийную, ценностную, этимологическую и историческую составляющие. Понятийная составляющая: ассоциации, смыслы, выводимые из доминантных ассоциативных связей концепта, однако базовыми в ее содержании являются дистинктивные, родовые признаки.

Существуют и другие дефиниции концепта, принадлежащие Н. Д. Арутюновой, С. А. Аскольдову-Алексееву, А. Вежбицкой, Д. С. Лихачеву, Ю. С. Степанову, В. П. Нерознак, С. X. Ляпину, В. В. Воробьеву, М. Лехтеэнмяки, В. Н. Базылеву, Е. М. Верещагину, В. Г. Костомарову, Н. Д. Бурвиковой и др. Еще одной значительной для нашей работы является интерпретация концепта В. И. Карасиком, также выделившего 3 основных компонента в его структуре. На первый план выступает понятийная часть — «совокупность существенных признаков объекта или ситуации и итог их познания» [3, с. 39], образный компонент как след чувственного представления в памяти в единстве с метафорическими переносами [Там же] и третий, лингвокультурологически ценный оценочный компонент (к которому С. Г. Воркачев прибавляет еще значимый, определяющий, какое место имя концепта занимает в языковой системе [2, с. 7].

Так как предметом данной статьи определена понятийная часть концепта «вода как природное явление», обратимся к примерам, собранным методом сплошной выборки из героических эпических произведений англо-саксов, в первую очередь, «Беовульфа».

Анализ выборки показал, что в английском языке на материале героического эпоса «Беовульф» понятийная часть исследуемого концепта представлена значениями лексических единиц, номинирующих воду как «море»: sea (holm), sea-street (lagustraéte), sea-streams (lagustréamas), seasurf (brimes faroðe):

Then Scyld departed at the destined time,

still in his full-strength, to fare in the protection of the Lord Frea; (28) — (вскобкахздесьи вдальнейшемуказываетсяномерстрокив подлиннике) he they carried to the sea surf,

his dear comrades, as he himself had bid…[8]

Языковая личность обобщенного повествователя английского героического эпоса воспринимает море как средство передвижения (sea-voyage,lagustraéte).

þá wæs sund liden

then was the sea traversed,

éoletes æt ende.

their sea-voyage at an end.

[Тамже]

'Hwæt syndon gé searohæbbendra

'What are you armour-wearers

byrnum werede þe þus brontne céol

bound in byrnies, who thus yourtall keel

ofer lagustraéte laédan cwómon

[Тамже]

over thesea-streetleading came,

hider ofer holmas?' (240)

hither over the waters?'

Gewát þá ofer waégholm winde gefýsed

Then they went over the water-waves urged by the wind,

flota fámíheals

thefoamy-necked floater,

[Там же]

В английских текстах героического эпоса понятийная часть исследуемого концепта репрезентируется значением «вода», «воды» в обобщенном плане, которое номинируют лексемы holm, wæter.

Hæfdon swurd nacod þá wit on sund réön

We had naked swords when we rowed on the ocean-sound,

heard on handa: wit unc wið hronfixas

hard in our hands: we ourselves against whales

werian þóhton·nó hé wiht fram mé

(541) planned to defend; not a whit from me was he

flódýþum feor fléotan meahte

on the sea-waves far able to float,

hraþor on holme nó ic fram him wolde

swifter on water, nor did I wish to part from him.

Языковая личность обобщенного повествователя английского текста героического эпоса связывает понимание воды с проявлением природы стихии.

Человек вступает в борьбу с этой стихией, воспевается при этом сила человека побороть водную стихию.

'Eart þú sé Béowulf sé þe wið Brecan wunne

'Are you the Beowulf, who contested against Breca [506]

on sídne saé ymb sund flite?

on the broad sea, contended around the ocean-sound?

Ðaér git for wlence wada cunnedon

Where you for bravado tempted the waters

ond for dolgilpe on déop wæter

and for a foolish boast in deep sea

aldrum néþdon né inc aénig mon

risked your lives, [Тамже]

В английских текстах героического эпоса понятийный компонент концепта представлен значением «волна», которое номинируют лексемы: flod, y

(40)...him on bearme læg

...there lay on his breast

mádma mænigo þá him mid scoldon

many treasures, which with him must,

on flódes aéht feor gewítan

in the power of the waves.

Языковая личность обобщенного повествователя в данном тексте воспринимает волны как часть водного пространства, как часть моря

Понятийная часть концепта «вода» в исследуемых текстах может репрезентировать воду как «океан», представляя лексемами gársecg, ymb:

wit þæt gecwaédon cnihtwesende

we had it agreed, being lads,

ond gebéotedon – waéron bégen þá git

and vowed – being both then still

(537) on geogoðféore – þæt wit on gársecg út

in the years of youth-- that we out on the ocean

aldrum néðdon ond þæt geæfndon swá.

our lives would risk, and thus that we did.

[Там же]

Следовательно, понятийный компонент концепта «вода» представляется в тексте «Беовульфа» лексемами, которые своими значениями указывают на следующую репрезентацию воды как природного явления. Вода — это:

− море,

− океан,

− волна,

− потоки,

− обобщенное представление о воде (вода, воды).

Литература:

  1. Ангелова М. М. «Концепт» в современной лингвокультурологии / М. М. Ангелова // Актуальные проблемы английской лингвистики и лингводидактики. Сборник научных трудов. Выпуск 3. — М., 2004. — С. 3–10.
  2. Воркачёв С. Г. Счастье как лингвокультурный концепт. — М.: Гнозис, 2004. — 236 c.
  3. Карасик В. И. Языковая личность: аспекты лингвистики и лингводидактики: сб. науч. тр. — Волгоград: Перемена, 1999. — 195 с, с.
  4. Караулов, Ю. Н. Русский язык и языковая личность. — М.: Издательство ЛКИ, 2010. — 264 с.
  5. Путилина, Л. В. Подходы и методы исследования концепта «Богатство» в отечественной лингвистике / Путилина Л. В., Нестерова Т. Г. // Вестник ОГУ. 2014. № 11 (172) С.111–116.
  6. Степанов, Ю. С. Словарь русской культуры. — М.: Языки русской культуры,1997. — 824 с.
  7. Язык, сознание, коммуникация: Сб. статей / Отв. ред. В. В. Красных, А. И. Изотов. — М.: МАКС Пресс, 2002. — Вып. 21. — 184 с
  8. Beowulf (dual-language ed.). New York: Doubleday. 1977. Beowulf // Точка доступа: http://www.heorot.dk/beowulf-rede-text.html, — 2012.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle