Библиографическое описание:

Андрианова Е. Х. Методология исследования объективных, субъективных признаков разбоя: уголовно-правовые аспекты // Молодой ученый. — 2016. — №11. — С. 1234-1237.



The author analyzes the criminal and legal characteristic of objective and subjective signs of robbery and suggestions for improvement of legislative definition of robbery and its qualifying signs express.

Keywords: Robbery, property, attack, plunder, violence, criminal liability, structure of robbery, crime.

Безусловно, положительно сказываются на социальной стороне жизни общества и в то же время создают предпосылки к возникновению и росту целого ряда негативных последствий изменения, которые происходят на сегодняшний день в нашей стране в плане социального, экономического и политического развития. В первую очередь, к ним относится увеличение роста динамики преступности, наблюдаемое за последние годы в России. Отмечается, что посягательство против собственности является одним из самых распространенных видов преступлений. Резкое увеличение корыстно-насильственных преступлений способствует усугублению, сложившейся в стране обстановке. Среди зарегистрированных преступлений разбой обладает заметным удельным весом и при этом наблюдается тенденция роста абсолютного числа совершаемых разбоев. [1]

Казалось бы, ст. 162 УК РФ, предусматривающая уголовную ответственность за разбой, является должной юридической базой для проведения успешной борьбы с разбоями. На деле же, практика применения положений этой статьи доказывает нам, что ряд законодательных новелл, внесенных в УК РФ 1996 г. (в сравнении с УК РСФСР 1960 г.), обладают недостатками, которые вызывают трудности как при уяснении смысла уголовно-правового запрета, предусмотренного ею, так и его реализацию. Отсутствие в ст. 162 УК РФ полного описания объективных и субъективных признаков основного состава преступления, а также отсутствие полного раскрытия содержания специфических квалифицирующих признаков, вызывает многочисленные проблемы при квалификации насильственного завладения чужим имуществом. Понятия, такие как, предмет, способ преступления, его цель, оружия или предметы используемые в качестве оружия, проникновения в жилище, помещение, иное хранилище и т. д., иногда произвольно истолковываются судами и следствием, вследствие чего возникают ошибочные юридические решения. [1] Разъяснения Верховного Суда РФ, содержащиеся как о правоприменительных, так и интерпретационных актах, восполняют пробелы в законодательной регламентации уголовной ответственности за преступления и помогают при разрешении проблемы квалификации преступления, которые зачастую возникают на практике. Однако, Верховным Судом по отдельным вопросам, высказаны вызывающие споры, а иногда и не вытекающие из положений ст. 162 УК РФ суждения.

Все вопросы уголовно-правовой характеристики разбоя нераскрыты должным образом. В научных публикациях, посвященных уголовно-правовой характеристике разбоя, можно встретить дискуссионные суждения по ряду принципиальных вопросов понимания и квалификации разбоя.

Основным объектом разбоя выступает собственность, а дополнительным объектом — жизнь и здоровье человека. [2]. Распространенное представление, что дополнительным объектом разбоя является только здоровье человека, не согласуется ни с законодательным определением разбоя, ни с общепринятым пониманием категории «насилие, опасное для жизни или здоровья». [3]

Законодательное определение объективной стороны разбоя необходимо совершенствовать. В интересах уголовно — правовой борьбы с разбоем требуются его определить не как нападение, а как хищение посредством применения насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы применения такого насилия. [2] При этом законодателю необходимо определить понятие насилия как конструктивного признака состава разбоя. В настоящее время конкретным содержанием это понятие наполняют судебная практика, уголовно-правовая наука. Такую «бланкетность» в описании состава разбоя, создающую опасность нарушения принципа законности, надо ликвидировать. Дня этого в самом уголовном кодексе нужно раскрыть содержание термина «насилие, опасное для жизни или здоровья». Формулировка может быть следующей: «насилие, опасное для жизни или здоровья, насилие, причинившее смерть, тяжкий, средний или легкий вред здоровью потерпевшего, а равно насилие, не причинившее этих последствий, но в момент применения создавшее реальную опасность их наступления». Признаки перечисленных видов вреда здоровью указаны в ст. 111, 112, 115 УК РФ, поэтому вариативность в их интерпретации будет исключена. Некоторые проблемы могут возникнуть при уяснении второй части определения (относительно опасности наступления последствий). Однако для ее единообразного понимания есть определенная законодательная основа в виде ст. 111 УК. С учетом смысла содержащихся в ней уголовно-правовых предписаний станет понятным, что при решении вопроса, создавало ли насилие в момент применения опасность причинения вреда здоровью (порой и смерти), надо учитывать как конкретный способ применения насилия, так и его интенсивность.

Полагаю, что уточнения требует и законодательная обрисовка психического насилия в составе разбоя. Существование в судебной практике, юридической литературе несовпадающих суждений о критериях опасности угрозы предопределено законодателем, указавшим в самом общем виде на угрозу как способ совершения разбоя. Определяя разбой, он как бы забыл, что определение преступления по своей логической форме должно быть явным и реальным, по содержанию достаточно полным и конкретным, раскрывающим его существенные признаки. При этом он почему-то упустил из виду определение такого преступления, как «Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью» (ст. 119 УК). Между тем в составе этого преступления указаны субъективный и объективный критерии реальности угрозы. Очевидно, что подобная конкретизация в отношении угрозы необходима и в составе разбоя. Определение в нем психического насилия как угрозы, дающей потерпевшему основание опасаться ее осуществления, будет прямо говорить, что она (угроза) по своему характеру должна быть такой, чтобы создавать у потерпевшего убеждение в полной реальности, в решимости преступника немедленно ее осуществить, если он встретит какое-либо противодействие со стороны потерпевшего.

Кроме того, полностью согласны с Вьюновым В. М., который говорит, что: «требуется изменение определения цели разбоя в УК РФ. Из содержания текста ст. 162 УК РФ необходимо убрать некорректный термин «в целях хищения». Для обрисовки цели разбоя (как, впрочем, и любого другого хищения) в определении хищения следует использовать словосочетание «с целью завладения» (вместо неопределенного термина корыстная цель»). Cодержание умысла в составе разбоя можно рассматривать в двух аспектах: в отношении завладения чужим имуществом и в отношении применения насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы применения такого насилия. При этом, хочется подчеркнуть, что волевой элемент умысла виновного при совершении разбоя, состоящий в желании завладеть чужим имуществом, определяет цель его действий. К ней законодатель отнес «цели хищения». Употребление данного термина при описании разбоя представляется неудачным; из диспозиции ч.1 ст. 162 УК РФ как бы следует, что разбой — самостоятельное по сравнению с хищением преступление. Поэтому при описании субъективной стороны разбоя в юридической литературе употребляется термин «корыстная цель». Под корыстной целью понимают, как правило, цель приобрести для себя или других лиц материальную выгоду. Подобная трактовка корыстной цели совсем не отвечает потребностям судебно-следственной практики. Она имеет обыденное содержание и основано на общежитейских интерпретациях слова «корысть», а не строго формально-юридическое содержание. Исходя из проверенной многолетней практики применения УК РСФСР 1926, 1960 г г., считаем, что для определения цели разбоя, (как, впрочем, и любого другого хищения) целесообразно использовать словосочетание «с целью завладения». Таким образом, при использовании словосочетания «с целью завладения» будет видно, что лицо, совершая преступление, желает обратить чужое имущество в сферу своего владения, путем незаконного его присвоения». [2]

Место разбоя в системе Особенной части УК РФ определяется его направленностью против отношений собственности; целью разбоя является хищение имущества, а посягательство на личность выступает средством достижения этой цели. [4] Убирая некорректный термин «в целях хищения» и в определении хищения используя словосочетание «с целью завладения» будет видно, что разбой совершается путем незаконного присвоения чужого имущества.

Кроме того, считаем, что целесообразно вернуть в УК РФ в линейку статей о преступлениях против собственности квалифицирующий признак (группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой), поскольку наличие предварительного сговора сложно доказуемо.

Исходя из логической последовательности законодателя, посчитавшего более общественно опасным тайное хищение с незаконным проникновением в жилище относительно тех же действий с незаконным проникновением в помещение или хранилище, целесообразно разбой с незаконным проникновением в жилище сделать более общественно опасным, как и в грабеже, поскольку факультативным объектом посягательства является конституционное право граждан на неприкосновенность в жилище.

Литература:

  1. Прохорова М. И. Предупреждение грабежей и разбоев: автореф. дис….канд. юрид. наук. М., 2006. С.7–8.
  2. Вьюнов В. М. Разбой: уголовно-правовая характеристика: автореф. дис….канд. юрид. наук. Томск, 2003. С.180–182.
  3. Уголовное право РФ. Общая часть: Учебник/ под ред. Л. В. Иногамовой-Хегай, А. И. Рарога, А. И. Чучаева. –М.: Проспект, 2008.-456с.
  4. Уголовное право РФ. Особенная часть: Учебник / Под ред. Л. В. Иногамовой-Хегай, А. И. Рарога, А. И. Чучаева. –М.: Проспект, 2008.-520с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle