Библиографическое описание:

Каманджаев Н. А. Социально-экономическое развитие постсоветской Калмыкии в 1990-е годы // Молодой ученый. — 2016. — №11. — С. 1108-1114.



Период с конца 1991 по 1999 гг. — время коренных преобразований в Калмыкии: ее экономика переходила на рыночные принципы функционирования, появились новые институты исполнительной власти — Президент РК и Правительство РК, новый институт законодательной власти — Народный Хурал (Парламент) РК, одновременно с этим были ликвидированы Советы как на региональном, так и на муниципальном уровне, была принята новая Конституция РК — Степное Уложение. Все эти изменения имели основополагающее значение для дальнейшего развития Калмыкии: во многом сегодняшнее положение дел в экономике, правящей элите и обществе есть плоды тех преобразований. Поэтому нам представляется чрезвычайно важным изучение постсоветского развития Калмыкии в этом временном отрезке. А так как, по нашему мнению, рассмотреть общее развитие постсоветской Калмыкии в 90-е г. в рамках одной статьи представляется достаточно трудной задачей, здесь оно будет рассмотрено через призму социально-экономических преобразований.

Перед тем, как начать рассмотрение истории социально-экономического развития постсоветской Калмыкии, необходимо проанализировать состояние ее экономики и уровень жизни ее населения перед самым началом реформ.

К. Н. Максимов пишет по этому поводу следующее: «В начале 1990-х г. Республике Калмыкия досталось непростое наследство: до предела монополизированная государством экономика, специализированная на овцеводстве и ориентированная на вывоз сырья, отсутствие перерабатывающей промышленности, слабая база инфраструктуры сельскохозяйственного производства…» [1, с. 716]

Данная позиция подтверждается рядом статистических данных: в 1990 г. в отраслевой структуре валовой продукции Калмыцкой АССР преобладало сельское хозяйство — 94,9 %, на долю промышленности приходилось всего 4,9 %, на долю иных отраслей еще меньше — порядка 0,2 % [2, с. 97]; в 1990 г. поголовье овец и коз насчитывало порядка 3150,6 тыс. голов, в свою очередь, численность поголовья крупного рогатого скота равнялась 357,9 тыс. голов, поголовья свиней — 96,5 тыс. голов [3, с. 545, 547, 549]; в то же время в 1990 г. производство мяса, включая субпродукты, (20 тыс. т.) и производство цельномолочных продуктов (7 тыс. т.) превышали внутриреспубликанскую потребность [4, с. 16]; республика была одним из лидеров по валовому производству шерсти (17386 тонн в 1991 г.) [5, с. 361, 387], однако не имела на своей территории достаточных мощностей для ее переработки; показатель капитальных вложений в сельское хозяйство Калмыцкой АССР по всему комплексу работ на 100 га сельхозугодий за счет всех источников финансирования в 1990 г. был в 5 раз ниже среднероссийского (4.7 против 21.2 тыс. руб.), что обуславливалось тем, что ведущая сельскохозяйственная отрасль, животноводство (овцеводство и крупный рогатый скот), основывалось на пастбищном содержании скота и неглубокой переработке продукции [4, с. 29]; государственный монополизм в экономике подтверждается господством предприятий государственной и муниципальной форм собственности: так в 1991 г. они составляли 88,1 %, в то время как частнособственнические предприятия — только 11,9 % [4, с. 21].

При этом основные душевые макроэкономические показатели Калмыкии в 1991 г. были незначительно ниже среднероссийских: так величина республиканского валового общественного продукта на душу населения была ниже среднероссийского показателя на 2,6 тыс. руб. (11,4 против 13,7), а показатель стоимости основных производственных фондов на душу населения отклонялся от среднероссийского уровня всего на 5 % (13,2 и 13,9) [2, с. 97].

В структуре промышленного производства на 1990 г. вследствие неразвитости остальных отраслей преобладала пищевая промышленность (54,5 %). Предприятия машиностроения и металлообработки занимали 15,4 %, на легкую промышленность приходилось 9,3 %, предприятия электроэнергетики давали 7,2 %, промышленность стройматериалов занимала 5,1 %, мукомольно-крупяная промышленность — 4,4 %, минимальное место в структуре производства промышленной продукции занимали деревообрабатывающая и топливная промышленность — 1,4 % и 0,1 % соответственно [4, с. 17].

Также одной из черт калмыцкой экономики того периода была нехватка республиканского национального дохода для пополнения республиканского фонда потребления: отношение фонда накопления и фонда потребления к произведенному национальному доходу в КАССР в 1988 г. равнялось 193.1 % [2, с. 94]. Это указывает на то, что хозяйственное и социально-культурное развитие Калмыкии осуществлялось большей частью не на собственной экономической основе, следовательно, экономика Калмыкии была дотационной.

Численность населения Калмыцкой АССР в 1991 г. составляла 328,6 тыс. человек. Доля лиц в трудоспособном возрасте составляла 58,5 %, доля лиц ниже трудоспособного возраста — 32,3 %, выше трудоспособного возраста — 11,8 % (средние показатели по РСФСР — 56,7 %, 24,3 % и 19,0 % соответственно) [6, с. 387]. Сельское население преобладало над городским (177,3 тыс. человек против 151,3 тыс. человек) [7, с. 10].

Коэффициент естественного прироста населения в 1991 г. был равен 11 на 1000 чел. (по РСФСР — 0,7), показатель младенческой смертности — 16,8 на 1000 родившихся (по РСФСР — 17,8). Показатель ожидаемой продолжительность жизни для мужчин в 1989–1990 гг. составлял 62,46 лет, для женщин — 73,15, общий — 67,82 (при аналогичных показателях по РСФСР — 63, 99, 74,37 и 69,38 соответственно) [6, с. 399, 400, 402, 403, 405, 406].

Из вышеупомянутого следует, что демографические показатели КАССР либо превышали аналогичные среднероссийские показатели, либо были эквивалентным им.

Денежные доходы и расходы на душу населения в 1991 г. равнялись 562 и 390 руб. соответственно (при аналогичных среднероссийских показателях в 466 и 420 рублей) [8, с. 110, 132]. Душевые показатели потребления продуктов питания в 1991 г. были следующими: потребления мяса и мясопродуктов (включая субпродукты II категории и жир-сырец) — 92 кг. (по РСФСР — 69 кг.), молока и молочных продуктов — 316 кг. (по РСФСР — 347 кг.), рыбы и рыбопродуктов — 4 кг. (по РСФСР — 16), яиц — 198 шт. (по РСФСР — 288 шт.), сахара — 38 кг. (по РСФСР — 38), растительного масла — 7 кг. (по РСФСР — 7,8 кг.), картофеля — 45 кг. (по РСФСР — 112), овощей и продовольственных бахчевых культур — 83 кг. (по РСФСР — 86), хлебных продуктов — 130 кг. (по РСФСР — 120) [8, с. 454, 455 457, 458, 484, 485, 487, 488, 490, 491, 493, 494, 496, 497, 499, 500, 502, 503, 505, 506, 508, 509].

Из вышеперечисленного следует, что душевое потребление в КАССР в 1991 г. превосходило среднероссийское по показателю потребления мяса и мясопродуктов и по показателю потребления хлебных продуктов, по пяти показателям они были примерно равны, по 3 показателям наблюдается существенное превышение среднероссийского уровня над республиканским. При этом нельзя забывать, что к концу 1991 г. в целом по стране товарный дефицит достиг таких масштабов, что в большинстве регионов к концу 1991 г. нормы отпуска некоторых продуктов по карточкам составляли: сахар — 1кг. на человека в месяц, мясопродукты (в т.ч. и кости) — 0,5 кг, масло животное — 0,2 кг [9, с. 195].

Республиканский показатель наличия собственных легковых автомобилей на 1000 населения в 1991 г. был выше среднероссийского (71,5 против 63,5). [10, с. 427]

В жилищной сфере дела шли куда хуже, однако здешние показатели были не особо ниже среднероссийских: обеспеченность жильем в Калмыкии в 1991 г. составляла 14,7 м2 на человека (РСФСР — 16,5), а удельный вес семей, получивших жилье в числе семей, состоявших на учете, был равен 5 %, когда как аналогичный среднероссийский показатель — 8 % [6, с. 580, 581, 586, 597].

В целом, подводя итог описания стартовых социально-экономических условий Калмыкии перед началом рыночных реформ, необходимо сделать несколько дополнений к оценке К. Н. Максимова. К концу существования СССР в экономике Калмыкии сложилась своеобразная ситуация, когда сугубо аграрная животноводческая республика, содержа рекордно большое поголовье мелкого рогатого скота при сравнительно невысокой численности населения (примерно 9,6 единиц на одного жителя), с одной стороны занималась широчайшим экспортом своей сельскохозяйственной продукции, с другой в купе с вливаниями союзных средств обеспечивала вполне себе достойный (для аграрного региона) уровень жизни населения. Самое главное, что такой механизм с высоты современности иллюстрирует картину «производство ради производства», наблюдаемую в общем характере советской экономики [9, с. 49]. Как после покажет опыт постсоветского развития Калмыкии, такой объем поголовья мелкого рогатого скота отнюдь не был равновесным. Советское государство, излишне заботившееся об экономическом выравнивании дотационных регионов, по сути не ожидая никакой соразмерной отдачи (так как в советской экономической системе отсутствовали внутренние стимулы), увеличивая количество выпускаемой в них продукции и отчасти способствуя интенсификации их производств, усугубляло и без того врожденные пороки планово-распределительной системы, приближая дни своего краха.

Для постсоветского развития Калмыкии характерен почти непрерывный спад как промышленного, так и сельскохозяйственного производства [11, с. 133, 147; 12, с. 152]:

Таблица 1

Индексы физического объема промышленной продукции за период с 1992 по 1999 гг. (в сопоставимых ценах; в процентах к предыдущему году)

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

89,9

89,1

80,9

72,4

70,2

96,8

100,1

82,3

Таблица 2

Индексы физического объема продукции сельского хозяйства за период с 1992 по 1999 гг. (в сопоставимых ценах; в процентах к предыдущему году)

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

89

95

65

87

86,8

107,7

53,9

87,8

Объем промышленной продукции в 1999 г. составлял 26,3 % от уровня 1991 г., а объем сельскохозяйственной продукции в 1999 г. — 21,2 % от уровня 1991 г. Эти показатели были меньше общероссийских примерно в 2 и 2,7 раза соответственно. [13, с. 11] При этом весьма показательны данные таблицы 3 [11, с. 137]:

Таблица 3

Коэффициент износа основных фондов промышленности с 1992 по 1999 гг. (на конец года, в процентах)

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

37,0

39,3

44,8

44,4

48,6

47,4

48,3

51,2

Как мы можем наблюдать, в этот период коэффициент износа основных фондов промышленности вырос с 37,0 % (1992 г.) до 51,3 % (1999 г.), что во многом было следствием недостатка инвестиций.

Определенные надежды с их появлением связывали с привлечением внутренних инвестиций в основной капитал через процедуру приватизации. Однако по оценке Л. Ц. Бадмахалгаева оплата за приватизированное имущество на начало 1994 г. (то есть уже после окончания этапа массовой чековой приватизации) составила лишь 5,4 % его полной стоимости [14, с. 303].

Из всех отраслей республиканской промышленности увеличение объемов производства в период с 1992 по 1999 гг. имела лишь одна топливная: в 1999 г. суммарный индекс производства продукции топливного комплекса к 1991 г. составил 382 %. Аналогичные показатели по остальным отраслям более удручающие: в лесной и деревообрабатывающей промышленности — 39,6 %, в промышленности строительных материалов — 13,6 %, в пищевой промышленности (основной отрасли на 1991 г.) — 13,6 % в легкой промышленности — 4,1 %, в машиностроении и металлообработке — 2,5 %. [11, с. 111; 12, с. 107]

В период с 1992 по 1999 г. происходит снижение поголовья сельскохозяйственных животных: овец и коз — в 4,6 р. (с 2963 тыс. голов до 646,3 тыс. голов), крупного рогатого скота в 2,9 р. (с 353,5 тыс. голов до 121,1 тыс. голов), свиней в 1,8 р. (с 100,2 тыс. голов до 55,1 тыс. голов) [8, с. 508, 510, 512]. А также наблюдается самое большое на юге России уменьшение площади пашни — в 2,3 р. (с 683,5 тыс. га до 291,3 тыс. га) [11, с. 145; 14, с. 110].

Уменьшение сельскохозяйственного и промышленного производства коренным образом повлияло на динамику показателя внутреннего регионального продукта [11, с. 111; 12 с. 107]:

Рис. 1. Динамика показателя внутреннего регионального продукта за период с 1992 по 1999 гг. (в сопоставимых ценах)

Как мы можем видеть, даже в 1999 г., после 7 лет постсоветского развития, внутренний региональный продукт Калмыкии не смог достичь величины 1992 г. Следовательно, в этот период развитие третичного сектора экономики не смогло восполнить негативные последствия производственного спада: доля сектора услуг в структуре ВРП в начале и в конце данного периода практически не изменилась: 59,2 % в 1992 г. и 54,8 % в 1999 г.

Поэтому неудивительно, что темпы наблюдаемого роста ВРП Калмыкии в период с 1995 по 1999 г. были ниже, чем в среднем по регионам России [8, с. 293]:

Рис. 2. Динамика внутреннего регионального продукта в сопоставимых ценах в Калмыкии и в среднем по регионам России за период с 1995 по 1999 г.

Экономический спад имел определяющее значение в снижении уровня доходов населения: если в 1991 г. среднедушевые доходы населения Калмыкии были выше среднероссийских, то в период с 1992 по 1999 гг. они стали существенно ниже[8, с. 110]:

Таблица 4

Среднедушевые денежные доходы населения в России и Калмыкии за период с 1992 по 1999 гг. (в месяц; рублей; до 1998 г. — тыс. руб.)

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

Российская Федерация

4

45

206

515

769

941

1008

1630

Республика Калмыкия

2,6

27

99

232

338

476

470

741

Как можно заметить, к концу периода, в 1999 г., показатель среднедушевых доходов населения России превосходил аналогичный показатель по Республике Калмыкия в 2,2 р.

Так же на протяжении почти всего рассматриваемого периода (за исключением 1997 г.) увеличивалась доля людей с доходами ниже прожиточного минимума, к концу 1999 г. составившая 78,1 % [12, с. 59].

Таблица 5

Потребление продуктов питания на душу населения в Калмыкии и России в 1999г.

Как следует из таблицы 5, республиканский уровень потребления продуктов питания в 1999 г. превосходил среднероссийский по мясу и яйцам; по двум другим категориям продуктов он был ниже, но незначительно (сахар и хлебные продукты) и только по трем категориям существенно уступал последнему (картофель, молоко и молочные продукты, овощи и бахчевые культуры) [8, с. 142, 144, 146, 148, 152, 154, 156].

Таблица 6

Площадь жилых помещений, приходящаяся в среднем на одного человека в Калмыкии и России за период с 1992 по 1999 гг.

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

РФ

16,8

17,3

17,7

18,0

18,3

18,6

18,8

19,1

РК

14,5

15,2

14,8

14,6

15,5

17,2

17,7

17,6

Из таблицы 6 следует, что величина жилищной площади на одного человека в Калмыкии в целом была ниже, чем в России, однако не так сильно, как показатель душевых доходов населения [8, с. 158].

И это при том, что государственная поддержка в этом направлении со временем становилась менее заметной: если в 1992 г. семей, получивших квартиры от государства, было 886, то в 1999 г. — лишь 105) [11, с. 68].

Таблица 7

Число собственных легковых автомобилей на 1000 человек в Калмыкии и России (на конец года; штук)

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

РФ

68,5

75,7

84,4

93,3

102,8

113,7

122,0

128,1

РК

75,9

77,2

88,9

95,4

95,4

97,1

102,9

103,6

Как можно заметить, уровень автомобилизации населения Калмыкии в рассматриваемый период в целом был ниже, чем в России, однако опять-таки не так сильно, как показатель среднедушевых доходов. [8, с. 140]

Приведенные выше данные указывают на существование в постсоветской Калмыкии несоразмерности среднемесячных доходов населения с обеспечением его некоторыми категориями благ, которая во многом объясняется существованием большого числа хозяйственных агентов, деятельность которых не учитывается официальной статистикой. Вследствие экономической специфики региона, основной вес произведенной продукции в неучитываемом секторе экономики приходится на животноводство.

С 1990 г. происходит увеличение экономической роли ЛПХ и КФХ, концентрировавших основную массу неучтенного скота, который по приблизительным оценкам составляет до 40 % поголовья овец и до 30 % поголовья крупного рогатого скота [16]. Для многих людей деятельность в сфере неучитываемой экономики становится чуть ли не единственным источником доходов [17].

Подводя итог описанию постсоветской истории социально-экономического развития республики в 90-е гг., необходимо выделить некоторые тенденций данного процесса: во-первых, в период с 1992 по 1999 гг. экономика Калмыкии имеет худшую по сравнению со среднероссийской динамику развития, что подтверждается анализом соответствующих макроэкономических показателей; во-вторых, в это время наблюдается спад почти всех основных показателей по промышленности, фактически перестают существовать такие ее отрасли, как машиностроение и легкая промышленность; в-третьих, в данный период также наблюдается несколько меньший, чем в промышленности, но все-таки заметный спад основных показателей по сельскому хозяйству, однако если присмотреться внимательней, можно заметить, что эта отрасль народного хозяйства своей весомой частью не исчезла, а перешла в тень, перестав учитываться как статистическими, так и фискальными органами; в-третьих, вследствие этого некоторые показатели, оценивающие уровень жизни населения, слабо коррелируются друг с другом, однако большая их часть все равно указывает на худшее состояние удовлетворения материальных и духовных потребностей людей в республике по сравнению со среднероссийским, в особенности к концу рассматриваемого периода.

В целом, мы приходим к выводу, что республика, перед крушением СССР, хоть и имела аграрную, ориентированную на животноводство экономику, все же вследствие своей дотационности располагала достаточно большими объемами производства (в особенности сельскохозяйственного) и обеспечивала весьма достойный уровень жизни населения, однако с крушением СССР в условиях рыночной экономики, в ситуации отсутствия необходимого количества как частных, так и государственных инвестиций не смогла поддерживать ни прежних производственных объемов, ни прежнего уровня жизни населения.

Вопрос о причинности недостаточного внешнего инвестирования в экономику постсоветской Калмыкии до сих пор остается открытым. Однако, на наш взгляд, влияние на этот процесс так называемых объективных факторов бесспорно: в случае Калмыкии это сочетание неблагоприятных природно-климатических условий (опустынивание, засоленность почв, нехватка пресной воды [18]) и бедной ресурсной базы (низкое качество нефтегазовых ресурсов [19]), которое исторически стало первопричиной слабого развития системы расселения (низкая плотность населения, преобладание сельского населения над городским) и инфраструктуры (отсутствие генерации электроэнергии и низкая плотность как автомобильных, так и железных дорог), что в свою очередь предопределило характерную структуру экономики. [20]

Литература:

  1. История Калмыкии с древнейших времен до наших дней: в 3 т. Том 2. — Элиста: ГУ «Издательский дом «Герел», 2009. — 840 с.
  2. Бадмаев С. Б., Немгирова С. Н. Асимметрия индустриального развития республик юга России в 1960–80-е гг. — Элиста: Издательство КГУ, 2008. — 112 с.
  3. Регионы России. Социально-экономические показатели. — М.: Госкомстат России, 2003. — 810 с.
  4. Бадмаев С. С. Экономика республик РФ: кризис и трансформационные процессы в 80–90-е гг. XX века. — Элиста: Джангар, 2001. — 240 с.
  5. Регионы России: Информ-стат. сб. в 2 т., Т. 2. — М.: Госкомстат России, 1997. — 648 с.
  6. Регионы России: Информ-стат. сб. в 2 т., Т. 1. — М.: Госкомстат России, 1997. — 666 с.
  7. Калмыкия в цифрах. Статистический сборник. — Элиста: Госкомстат Калмыкии, 1998. — 316 с.
  8. Регионы России: Стат. сб. В 2 т. Т.2. — М.: Госкомстат России, 2001. — 827 с.
  9. Ясин Е. Г. Российская экономика. Истоки и панорама рыночных реформ: Курс лекций. — 2-е изд. — М.: ГУ ВШЭ, 2003. — 437 с.
  10. Российский статистический ежегодник: Стат.сб. — М.: Госкомстат России, 2000. — 642 с.
  11. Калмыкия в цифрах. Статистический сборник. — Элиста: Госкомстат Республики Калмыкия, 2000. — 256 с.
  12. Калмыкия в цифрах. Статистический сборник. — Элиста: Госкомстат Республики Калмыкия, 2002. — 293 с.
  13. Россия в цифрах. Краткий статистический сборник. — М.: Госкомстат России, 1998. — 427 с.
  14. Бадмахалгаев Л. Ц. Хозяйство Калмыкии: эволюция и потенциал устойчивого развития. — Элиста: АПП «Джангар», 2003. — 496 с.
  15. Пространство современной России: возможности и барьеры развития (размышления географов-обществоведов) / отв. ред. Дружинин А. Г., Колосов В. А., Шувалов В. Е. — М.: Вузовская книга, 2012. — 336 с.
  16. Дорджиева В. Б. Аграрная архаика неучитываемой экономики Республики Калмыкия // Фундаментальные исследования. — 2014. — № 3–3. — С. 547–549.
  17. Дружинин А. Г., Бойко Л. И., Евченко Н. Н. Неучитываемая экономика аграрной периферии: некоторые итоги локализованного исследования Черноземельского района Республики Калмыкия // Известия ЮФУ: технические науки. — 2006. — № 4. — С. 132–137.
  18. Магомедов А. К. Корпорация «Калмыкия» — выражение идеологии калмыцкой правящей элиты // Мировая экономика и международные отношения. — 1995. — № 12. — С. 106–113.
  19. Мау В. А. Очерки политической экономии российских регионов // Вопросы экономики. — 1995. — № 10. — С. 29–46.
  20. Кузнецова О. В. Пирамида факторов социально-экономического развития регионов //Вопросы экономики. — 2013. — № 2. — С. 121–131.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle