Библиографическое описание:

Хамраев Б. Д., Попова А. А. Вопросы заимствования морфем в русском языке // Молодой ученый. — 2016. — №10. — С. 1503-1504.



Проблема заимствованных единиц — объективная реальность в языке и это явление давно занимает филологов, но все внимание в этой области, как правило, более направлено на изучение лексических заимствований. Это в полной мере относится к любому языку, а также из-за того, что заимствование фонем и морфем происходит с заимствованием слов и словоформ и поэтому лексические заимствования являются непосредственным источником фонетических и морфологических заимствований.

Литература о заимствованных аффиксах довольно обширная, но она изучает или словообразовательные способы заимствованных аффиксов, или же прослеживает историю появления слов с иноязычным аффиксом и значительным преобладанием этимологии слов.

Хотя заимствованные словообразовательные элементы отмечены во многих языках, но не был сделан акцент по обобщению условий и процесса заимствований аффиксальных элементов.

Считается общепринятым, что заимствованные формы подвергаются ассимилятивному воздействию со стороны морфологической системы заимствующего языка и это положение справедливо в подавляющем большинстве случаев. Но при обилии заимствованных слов количество с неизбежностью перерастает в качество и появляется возможность воздействия языка — источника на заимствующий язык в области морфологии, особенно словообразования: «Если какой-то аффикс встречается в достаточно большом числе иноязычных слов, он может быть распространен и на новообразования из исконного материала» [1, с. 498]. Для активизации чуждого аффикса необходимо, чтобы на новую почву заимствующего языка были перенесены не изолированные слова, а производные слова вместе с производящими основами, что составляет основу для появления словообразовательной модели. Например, заимствование славянами германских слов на -арь вместе с производящими словами привело к вычленению суффикса -арь на славянской, впоследствии и в русском языке с дальнейшей его активизацией, так что относительно некоторых образований на –арь (библиотека — библиотек-арь, сиз-арь, лек-арь, аптек-арь, ток-арь, штук-арь, пушк-арь, поном-арь, корч-марь, фон-арь, кес-арь, слес-арь, цес-арь, секрет-арь, алт-арь, бунт-арь, инвент-арь, почт-арь, кух-арь, мыт-арь и другие) возникает неясность, образованы ли они уже на славянской (от лек(а) — лекарь, мыто — мытарь) или же еще иноязычной (германской).

Часть славянской образований на — арь может восходить и к латинскому первоисточнику, отсюда возникает вопрос о двойственности путей, по которым шло освоение латино-германского суффикса –арь славянами и русским соответственно.

Вероятно, и в случае с «заимствованием» аффиксов проявляет себя «принцип неединичности», согласно которому заимствование не ограничивается одним единственным языком, а распространяется на ряд других языков, находящихся в сходных условиях. В связи с этим возможно говорить об интернациональных суффиксах. Ср. токарь (р.), слесарь (р.) [4, с. 198] вошли в лексический запас узбекского, многих других языков и отражены в толковых словарях этих языков.

Проникновение иноязычных словообразовательных аффиксов бывает связано с накоплением в языке большого количества слов, образованных по однотипной модели, вместе со словами, от которых они образованы, с которыми они связаны словообразовательными отношениями.

Именно так обстояло в истории русского языка с возникновением и активацией суффикса -ист. В древнерусском языке «Материалы для словаря древнерусского языка» И. И. Срезневского и дополнения к ним отмечает лишь четыре существительных с суффиксом -ист: евангелистъ, павлианист (последователь Павла Самосатского), василистъ, конархистъ (читающий каноны). В дальнейшем проникновение производных слов с суффиксом -ист вместе с производящими словами вызвало активизацию суффикса -ист в русском языке. Ламаист, алгебраист, китаист, архаист, арабист, штабист, и другие. По данным грамматического словаря русского языка их около пятисот слов [3, с. 563–567]. Судьба отдельных слов и их анализ наглядно показывает протекание процесса вычленения морфем. Арабское слово хазна или хазина попав в тюркские языки перестало выделять консонантный корень хзн и вокалические суффиксы в том числе суффикс женского рода -а. Из тюркских языков уже корневое слово хазна попало в русский язык, в котором оно, приспосабливаясь под русские морфологические типы, конечный -а превратилось в флексию, и последняя чисто случайно совпала с арабским суффиксом. Пришедшее параллельно с ним тюркское слово хазиначи на почве русского закономерно преобразовалось фонетически в казначей с выделением в нем уже нового суффикса -чи, который мог бы измениться в -чей, а уже нового суффикса -ачей. Этот суффикс включил в часть тюркской производящей основы казна. Аналогичному переразложению на древне- и среднерусской почве превратились тюркизмы домрачей (ср. домра) зурначейсурначей (ср. зурна, сурна), накрачей (ср. накра), арбачей (арба). Этот суффикс возникший на русской почве -ачей дал названия музыкантам: трубачей (от труба), скрипачей (скрипка), а также баграчей, багрячей (рыболов, багрящий рыбу) [2, с. 117]. Выделение заимствованных словообразовательных элементов и их активизация в заимствующем языке сопровождается их отчетливым как с формальной, так и с семантической стороны — в качестве самостоятельных единиц. Но в силу того, что наиболее типичной и осознаваемой единицей языка выступает слово, обнаруживается тенденция к лексикализации заимствованных аффиксов, превращении их в самостоятельные слова, как это имело место в истории русского языка с суффиксами -изм, -ист и префиксами ультра-, квази-, архи-, супер-, экстра- которые начинают выступать в качестве самостоятельных слов начиная с 20-х годов XX века, а в наше время многие из них не воспринимаются как аффиксы.

Важное значение, на наш взгляд, для проникновения словообразовательных морфем имеет типологическое сходство контактирующих языков. Так в большом типологическом сходстве языков, при одинаковом характере присоединения и разграничения морфем в составе производного слова возникает больше возможностей для заимствования аффиксов. Выделение суффиксов зависит также от структуры самого языка. В слове фузионного языка, куда относится и русский, с его линейным расположением аффиксов имеет больше возможностей послужить источником для заимствования аффиксов, чем арабский язык с его прерывистыми морфемами, которые взаимно пересекаются, но граница между ними остается четкой, так как корневые морфемы выражаются консонантом, а служебные вокализмом. Русский язык легко, демократично воспринимает не только заимствованные морфемы, но и аббревиатуры (ср. ТВ, Ти Ви) последнее заимствование наиболее распространено в речи. Этот процесс открытый, с развитием техники, технологий, будут появляться все новые слова с морфонологическими процессами типа: айфон, смартфон, айти, айтишник, лайк-шок, инстаграм, фейсбук, смс, спам, вай-фай и другие.

Конечно, накопленный языком, историческим языкознанием материал относительно заимствования морфем нуждается в изучении, анализе и обобщении.

Литература:

  1. Блумфилд Л. Язык. — М., 1989.
  2. Добродомов И. Г. Еще раз о казначее, также о трубаче // Русская речь. 1967, № 5.
  3. Зализняк А. А. Грамматический словарь русского языка. — М. 1987.
  4. Ўзбек тилининг изоҳли луғати. В двух томах — М. 1981.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle