Библиографическое описание:

Марков А. О. Сущность и значение мировых трендов для экономического развития стран // Молодой ученый. — 2016. — №9. — С. 649-654.



Тренд — это изменение, определяющее основную тенденцию временного ряда, т. е. определение основной закономерности движения во времени, свободной от случайных величин (эволюция, старение организма и т. д.). Тренд — длительная тенденция изменения экономических показателей. При разработке моделей прогнозирования тренд оказывается основной составляющей прогнозируемого временного ряда, на которую накладываются другие составляющие.

Современные тенденции мирохозяйственного развития ведут к изменению структуры мировой экономики как по линии субъектов, так и объектов и механизма их взаимодействия и оказывают коррелирующее воздействие на эффективность функционирования национальных экономик, проявляющуюся в интегральном показателе их глобальной конкурентоспособности. Мировой опыт свидетельствует о том, что наиболее высокие позиции в рейтингах международной конкурентоспособности занимают именно те страны, приоритеты развития экономики которых в национальном и глобальном экономическом пространстве соответствуют мирохозяйственным тенденциям.

Анализ исследований в области включения национальных и региональных экономик в мирохозяйственные процессы, выработки адекватных последним стратегий эффективного взаимодействия с субъектами мировой экономики показал, что на современном этапе сложилась достаточно емкая научно-методологическая база для настоящего исследования, представленная трудами зарубежных и отечественных ученых и практиков.

В частности, проблеме идентификации и содержательной характеристики доминирующих трендов («мегатрендов») современного мирохозяйственного развития посвящены труды Валлерштайна И., Гидденса Э., Глазьева С., Гольдблата Д., Иноземцева А., Нейсбита Дж., Перратона Дж., Робертсона Р., Розенау Дж., Хелда Д., Шепард Б. и др.

Таблица 1

Классификация трендов мирового экономического развития врамках пространственно-временного иорганизационно-институционального подходов [7]

Пространственно-временные параметры

Тренды

Организационно-институ­цио­нальные параметры

Тренды

1) охват (протяженность)

Глобализация, глокализация, регионализация

1) доминирующие факторы развития

Смена технологических укладов на базе обновления технологии, усиления роли человеческого капитала и знаний (интеллектуализация)

2) интенсивность взаимосвязей

Интернационализация, либерализация

2) структура экономики и системы взаимосвязей

Смена хозяйственных механизмов (постиндустриализация, инновационная экономика)

3) скорость изменений (развития)

Цикличность развития

3) модель развития

Модернизация, диверсификация форм мирохозяйственного взаимодействия, «догоняющее» развитие

4) преимущественные воздействия

Усиление неравномерности развития

4) институционализация глобальных структур

Транснационализация, консолидация усилий мирового сообщества, в том числе в рамках новых и традиционных международных институтов

В процессе исследования сущности выявленных мегатрендов и их взаимосвязей, было установлено, что в современном мировом хозяйстве под их воздействием происходят трансформационные сдвиги в координатах «глобализация (как императивный тренд, формируемый импульсами развития других трендов в процессах их пересечения и влияния) — позиционирование различных субъектов в глобальной экономике (через индекс глобальной/международной конкурентоспособности) — модернизация как условие адаптивности к глобальным трансформационным изменениям и прогрессивного развития субъектов глобальной экономики».

Конечной целью адаптации любого субъекта мировой экономики к требованиям мирохозяйственной среды является повышение показателя его глобальной/международной конкурентоспособности. Оценка данного показателя у 144 стран мира, включая Россию, по методикам Всемирного экономического форума, Международного института развития управления и др. позволила установить, что за период 2008–2013 гг. Российская Федерация опустилась в рейтинге ВЭФ с 51-го на 67-е место, при этом уровень ее конкурентоспособности оценивается в 4,2 балла. Достаточно высокие позиции (53-е место в рейтинге ВЭФ 2012–2013 гг., 4,8 балла) наша страна занимает по базовым факторам развития (здравоохранение и начальное образование, макроэкономическая политика, инфраструктура), 54-е место (4,3 балла) — по факторам, повышающим эффективность (размер внутреннего рынка, высшее образование, эффективность рынка труда) и наихудшие (108-е место, 3,2 балла) — по группе инновационных факторов развития (инновации, институциональное обеспечение и др.) [14].

Сложившаяся в нашей стране ситуация требует эффективного воздействия на различные группы факторов формирования глобальной конкурентоспособности страны путем модернизации, представляющей собой периодический и систематический процесс институционального обновления по вектору уменьшения локальной и возрастания универсальной составляющей экономического развития.

Изучение зарубежного опыта показало наличие общих черт модернизационных преобразований в различных странах (США, Япония, КНР, ФРГ и др.), среди которых: введение среднесрочного индикативного планирования; избирательный характер государственных инвестиций и регулирования отраслей экономики; высокая степень развития государственно-частного партнерства, главным образом, с крупным бизнесом; изыскание внутренних резервов для аккумуляции сбережений, привлечение иностранных инвестиций; импортозамещение с дальнейшей ориентацией на экспортную экспансию; последовательная смена в процессе модернизации приоритетов в выборе инструментов государственного регулирования экономики (от прямого регулирования — в начале, до косвенного рыночного — в конце).

Было установлено, что для реализации поставленных в Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 г. стратегических целей и задач (превращение России в ведущую мировую державу в ХХI веке; достижение страной передовых позиций в глобальной экономической конкуренции; надежное обеспечение национальной безопасности; обеспечение высоких стандартов благосостояния; создание экономики лидерства и инноваций, конкурентоспособной на мировом уровне) важное значение имеют такие тренды-ориентиры, как смена технологических укладов, переход от постиндустриальной к инновационной экономике, глобализация, интернационализация, либерализация, транснационализация, диверсификация форм мирохозяйственного взаимодействия. В современных условиях российская стратегия модернизации должна строиться на основе гибкого сочетания двух направлений мирового экономического развития — догоняющей модели и модели экономического прорыва, что обусловливает необходимость использования экзогенных (диверсификация экспорта товаров и услуг, импорт технологий, международные кредиты, иностранные инвестиции, привлечение иностранных специалистов, укрепление лидерства в интеграционных процессах на евразийском пространстве и БРИКС, создание «модернизационных альянсов» с главными международными партнерами, импортозамещение) и эндогенных (инновации, инфраструктура, институты, инвестиции, интеллект) факторов социальной, производственно-технологической, институциональной и структурной модернизации в отраслевом и региональном аспектах.

Для России важно учитывать реальные тренды мирового развития и их возможные последствия.

В начале XXI в. Российская Федерация занимала промежуточное положение между среднеразвитыми индустриальными обществами и переходными социальными системами крупных стран «третьего мира». Это ставило Россию перед альтернативами:

1) сползание к общественной структуре «третьего мира» — аграрно-индустриально-сырьевые мегаанклавы, ориентированные на глобальный рынок;

2) укрепление и расширение постиндустриального, инновационного научно-технического (технологического) комплекса, формирование социального государства и соответствующей научно-технической базы как подготовки к полноценному участию в переходе к постиндустриальному, информационному развитию.

Особенностью для России является то, что она должна одновременно решать задачи как реиндустриализации, так и постиндустриального развития. Среди них: построение инновационного общества и формирование мотивации к инновационному поведению; развитие рыночных институтов и конкурентноспособной среды; радикальное повышение эффективности экономики; создание ориентированной на потребителя системы государственного и муниципального управления на базе современных ИКТ («электронное управление») и др. В создании новой экономики актуален учет долговременных ориентиров: институты, инфраструктура, инвестиции, инновации, интеллект.

Существенным в этой связи является осознание (понимание/признание) России в качестве уникальной мировой цивилизации (державы), реализация ее современной геополитической стратегии, евразийские ориентиры.

Предпочтительность постиндустриального, социального ориентированного развития не вызывает сомнений, но возможность его реализации в условиях современного этапа глобализации, последствий мирового финансового кризиса и острой политической борьбы за ресурсы и власть, представляется сложной и требует выверенной политики.

В 2000 г. перед Россией стояла задача — в процессе удвоения ВВП приблизиться к уровню показателей Португалии на душу населения — 600 дол. в месяц (самый низкий экономический индекс среди западноевропейских стран). В 2007 г. Россия практически вышла на этот уровень. В том же году ВВП России впервые превысил знаковое значение в 1 трлн дол. К 2009 г. Россия, опередив ряд стран (Бразилию, Италию, Испанию и др.), вошла по стоимостному объему ВВП в десятку ведущих экономик мира (США, КНР, Япония, Индия, ФРГ, Франция, Великобритания, Бразилия, Испания), а в 2011 г. заняла среди них (после ФРГ) шестое место [5].

В период 2001 — первая половина 2008 г. Россия демонстрировала хорошие темпы экономического развития (до 7 % в год), превышавшие как общемировые (4 %), так и темпы развития постиндустриальных стран (2–3 %).

Глобальный финансовый кризис 2008–2010 гг. применительно к России снизил ее традиционные конкурентные преимущества (резкое падение цен на экспортно-сырьевую продукцию), высветил и обострил проблемы национальной банковской системы (для ее поддержания пришлось израсходовать около 200 млрд дол. золотовалютных запасов страны). Были остро поставлены вопросы выживания индустриального сектора, его финансового обеспечения, получения кредитов по разумным процентам, поддержки малого и среднего бизнеса, восстановления рыночного спроса, противодействия растущей безработице, возможностей инновационного курса развития. В целом управление страной на первом этапе кризиса явно оказалось не на должном уровне.

Спад промышленного производства в России оказался больше, чем в постиндустриальных странах. Однако и темпы выхода ее из кризиса (прирост ВВП в 3,8 % в 2010 г., 4 % в 2011 г., 3,8 % в 2012 г.) оказались выше, чем в большинстве стран мира. Однако они недостаточны, чтобы уверенно «догонять» постиндустриальные страны по уровню развития экономики и «человеческого капитала». В целом докризисного уровня развития Россия достигла к середине 2012 г. и заняла 6-е место в мире (после США, КНР, Японии, Индии, ФРГ) и 2-е — в Европе по уровню ВВП [5].

Следует учитывать, что значительная часть российского ВВП «накачана» нефтедолларами (при его расчетах учитывается стоимость экспорта), а содержательно и структурно он не является постиндустриальным. Наличие определенного золотовалютного запаса еще не означает создания постиндустриальной экономики, а является лишь стартовой макроэкономической предпосылкой различных вариантов экономического развития. В этом смысле также вряд ли корректно называть Россию «шестой экономикой мира».

Основные цели антикризисных саммитов G20: обсуждение необходимых действий по предотвращению глобальной рецессии, дефляции, укреплению финансового сектора и недопущению протекционизма, принятие мер для перехода мировой экономики к устойчивому росту, реформирование международных институтов, выработка общих требований в сфере макроэкономической, в том числе бюджетной и денежно-кредитной, политики, укрепление резервных валют, оптимизация регулирования деятельности рейтинговых агентств и аудиторских компаний, биржевой торговли и офшорных зон. Предыдущий опыт создания мегатрендов показал как их реалистические аспекты, так и ограничения. Их проблемной стороной оказался прогностический политико-экономический потенциал, представленный в американо-европоцентристской неолиберальной парадигме [3].

Известный норвежский математик и социолог Йохан Гальтунг предложил свое видение десяти трендов, меняющих мир в XXI в. [2]

Таблица 2

Десять трендов на XXI век

Глобальные тенденции

Социальные тенденции

Закат и падение империи США

Закат Запада

Ослабление государств и усиление регионов

Подъем ряда развивающихся стран

Рост КНР

Укрепление наций

Укрепление гражданского общества

Рост активности молодежи

Повышение роли женщин

Усугубление неравенства и мятежи

Российские исследователи предложили и спроектировали ряд стратегических глобальных прогнозов на периоды до 2020-х и даже 2030-х годов. В них о рассмотрены основные мегатренды с учетом роли Российской Федерации. Речь идет об официальной программе «Россия 2020» [11], проекте ИНСОР [7], комплексных исследованиях под руководством С. А. Караганова, А. А. Дынкина и др. [7] Интересны издания специализированных зарубежных исследовательских центров [14], известных прогнозистов: Зб. Бжезинского [1], Дж. Фридмана [2] и других.

Учитывая опыт создания предыдущих трендов глобального общественного развития, можно предложить прогнозный вариант 25 мегатенденций на период до 2024 г. [5] Его целесообразно рассматривать как ориентирующую часть прогнозного проекта «XXI век — глобальное утро цивилизаций».

Следующую фазу развития человечества можно определить по аналогии с периодом, названным А. и Б. Стругацкими в своих романах как «XXI век — полдень» [5]. В нашем подходе эта фаза будет определяться как «глобально-космический полдень XXI века».

Таблица 3

Мегатенденции глобального развития 2012–2024 (проект)

п/п

Мегатенденции

Перенос богатства и влияния с Запада на Восток (и Россию), возрастание роли восточных политик, культур, религий, экономик, цивилизаций, народов

Перестройка мирового управления в цивилизационно-сопряженной картине мира

Всемирное «электронное правительство» и новая глобальная реинтеграция

Отставание международных институтов от быстрых перемен

Возможные глобальные финансовые кризисы в связи с новыми этапами НТР, увеличением людей пенсионного возраста, снижением производительности труда, покупательной способности и неэффективным управлением

Увеличение многочисленности явных и латентных субъектов и кластеров противоречивого глобального развития

Формирование транснациональных информационно-сетевых миров при доминантной роли мировых элит

Всемирная тенденция к формальным демократическим структурам, управляемая демократия в крупных странах, повышение роли государства

Замедляющаяся демократизация и усиление корпоративных структур

Повышение роли низовых самоуправляющихся организаций

Средний класс — рост в Азии и «стабилизация» на Западе при увеличении бедности

Взлет пропаганды, новых глобальных информационных средств и «конец идеологии»

Фабрики мысли как факторы мировой политики

Увеличение присутствия женщин и молодежи в ключевых сферах

Рост миграции и небелого населения

Растущий конфликтный потенциал, повышение роли иррегулярных сил в региональных и локальных конфликтах, вспышки сепаратизма и терроризма

Новые движения и войны за ресурсы, включая космос

Борьба за лидерство в освоении возможностей VI технологического уклада

Новые возможности человека в связи с использованием нано- и биотехнологий

Социокультурный национализм на фоне глобализации и деглобализационые тренды

Технологии, знания и управления как факторы, меняющие правила глобальной игры

Рост продолжительности жизни

Широкое освоение ближнего космоса

Восстановление Россией статуса в ареале евроазийской цивилизации, ЕАС

Стремление этносов к повышению государственного и международного статуса

Анализ, прогнозирование и учет мегатенденций помогают яснее представить работу национальных и всемирных механизмов развития, обосновать ряд соответствующих прогнозов, воплощать их, ориентируясь на проектируемое будущее.

Литература:

  1. Бжезинский Зб. Выбор: Мировое господство или глобальное лидерство. М.,2010.
  2. Гальтунг Й. Неотвратимые потрясения и революционное обновление //Россия в глобальной и мировой политике. — 2011. — № 4. — С. 28.
  3. Ирхин Ю. В. Глобальные тренды развития: новые проблемы и вызовы для России // Социально-гуманитарные знания. 2011. № 3. С. 10.
  4. Мир после кризиса: глобальные тенденции — 2025: меняющийся мир. — М., 2009.
  5. По данным Всемирного банка, Международного валютного фонда. TheWorldFactbook 2008–2012.
  6. «Полдень. XXI век» — российский журнал (альманах) фантастики (с 2002 г.). Главный редактор журнала Б. Н. Стругацкий говорил, что в концепции журнала «фантастика понимается предельно широко: научная, фантастиче-ский реализм, альтернативная история и др»..
  7. Понкратова Е. С. Модернизация внешнеэкономических комплексов российских регионов под воздействием современных трендов развития мирового хозяйства. — Автореф. диссер......к.э.н.. — Ростов-на-Дону, 2013
  8. Предвыборная программа Всероссийской политической партии «Единая Россия» — пять статей В. В. Путина о долговременных задачах развития России — http//www.putin2012.ru.
  9. Россия XXI века: образ желаемого завтра: Доклад Института современного развития. — М., 2010.
  10. Россия и мир: Новая эпоха…; Стратегический глобальный прогноз 2030 /Ред. А. А. Дынкин. — М., 2011.
  11. Стратегия развития: Россия 2020: Выступление Президента РФ на расширенном заседании Государственного совета. — М., 2008;
  12. Фридман Дж. Следующие 100 лет: прогноз событий XXI века. — М., 2010.
  13. Irkhin Y. V. Global Development, Waves and Periods in 2000, 2020 and 2040 /Problems of Contemporary World Futurology / Ed. by V. I. Yakunin // Cambridge Scholars Publishing, United Kingdom. The book first publishing 2011. P. 324.
  14. The Global Competitiveness Report 2012–2013 // World Economic Forum. — Geneva, Switzerland, 2012.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle