Библиографическое описание:

Васильева Э. А. Языковая игра в сказке А. А. Милна «Winnie-the-Pooh»: сопоставление оригинала с пересказом на русский язык Бориса Заходера // Молодой ученый. — 2016. — №9. — С. 1256-1259.



В научных исследованиях последних лет изучению феномена игры уделяется самое пристальное внимание. Игра рассматривается как один из и компонентов культуры (М. М. Бахтин, И. Хёйзинга, М. М. Эпштейн), как инструмент социального (Э. Берн, Л. С. Выготский, Ж. Пиаже) и психологического (К. Бюлер, Д. Морено, З. Фрейд) развития личности, а также как определенного рода стратегия в математике и математической логике. Особое место в общей теории игры занимает так называемая языковая игра. В основном, исследования в данной области (Б. Ю. Норман, Т. А. Гридина, В. З. Санников) рассматривают языковую игру как часть лингвистического эксперимента, а также как основу для креативного словообразования. Проведенные исследования основываются, как правило, на разных источниках — от богатого речевого материала до зафиксированных в различных художественных текстах примеров языковой игры.

Настоящее исследование посвящено изучению феномена языковой игры в литературной сказке А. А. Милна «Винни Пух и все-все-все», а также способам её передачи средствами другого языка (русского). Исследование проводится на материале таких художественных текстов, как литературная сказка А. А. Милна и её перевод (пересказ) на русский язык Б. Заходера. Рассмотренный текст оригинала функционирует в рамках национальной культуры Англии 30-х гг. XX века. Единицами анализа являются факты языковой игры, которые включают в себя лингвистические (фонетика, словообразование, лексика, синтаксис) и культурно-языковые факты (имена, реалии, интертекст и пр.).

Феномен языковой игры всесторонне изучается как в отечественной, так и в зарубежной лингвистике. Однако единства в понимании данного явления учёными нет. Так, авторы монографии «Русская разговорная речь» Е. А. Земская, М. В. Китайгородская, Н. Н. Розанова считают, что языковую игру «можно рассматривать как реализацию поэтической функции языка», когда говорящий «играет формой речи» для усиления её выразительности или с установкой на комический эффект, то есть «свободное отношение к форме речи получает эстетическое задание, пусть даже самое скромное» [4]. Однако В. З. Санников отмечает неоправданную широту этого определения: под такую формулировку подпадает вся художественная литература, «поскольку нет автора, который не стремился бы к большей языковой выразительности».

Точку зрения В. З. Санникова можно назвать самой распространенной: «Языковая игра — это некоторая языковая неправильность (или необычность) и, что очень важно, неправильность, осознаваемая говорящим (пишущим) и намеренно допускаемая. При этом слушающий (читающий) также должен понимать, что это «нарочно так сказано», иначе он оценит соответствующее выражение просто как неправильность или неточность. Только намеренная неправильность вызовет не досаду и недоумение, а желание поддержать игру и попытаться вскрыть глубинное намерение автора, эту игру предложившего» [5]. Таким образом, вслед за В. З. Санниковым в настоящей статье под языковой игрой предлагается понимать намеренное нарушение языковых норм, направленное на достижение конкретной цели.

Алан Александр Милн (1882–1956) — математик по образованию, но писатель по призванию. Его сказки и стихи для детей можно причислить к «золотому фонду» литературы. Главным героем историй является сын писателя Кристофер Робин, родившийся в 1920 году. А. А. Милн посвятил книгу игрушечному медвежонку, названному в честь медведицы Винни из Лондонского зоопарка и лебедя по имени Пух. Сказка «Винни-Пух» представляет собой две самостоятельные книги: «Винни-Пух» (1926) и «Дом на Медвежьем Углу» (или другой перевод — «Дом на Пуховой опушке», 1929) [2]. В настоящей работе рассматривается только первая книга. Анализ текста проводится на языке оригинала произведения — английском. Следует отметить, что особую сложность при анализе примеров из текста порой представляет разграничение языковой игры и юмора, основанного на коммуникативных неудачах.

HERE is Edward Bear, coming downstairs now, bump, bump, bump... If only he could stop bumping for a moment and think of it[1] — морфологическая языковая игра, образование потенциального слова по существующей в языке словообразовательной модели. Дословно можно перевести как бумкать, глагол, образованный от звукоподражательного слова бум.

“What about a story?” said Christopher Robin.

“What about a story?” I said. — играслов. Дословно: «– Как насчет истории? — А что там с историей?» Это можно назвать коммуникативной неудачей, но вместе с тем мы осознаем, что отец намеренно отвечает сыну его же вопросом, играя со значением выражения «what about…»

Onceupona time, a verylongtimeagonow, aboutlastFriday… — лексическая языковая игра, семантическое рассогласование внутри фразы. Дословно: «Давным-давно, примерно в прошлую пятницу…» Игра основана на детском мировоззрении и восприятии времени.

“What does 'under the name' mean?” asked Christopher Robin. “It means he had the name over the door in gold letters, and lived under it.” — фразеологическаяязыковаяигра, буквальноевосприятиефразеологическойединицы «подименем». Дословно: «–Что значит «жил под именем»?» — Это значит, что на его двери была табличка с именем, и он под ней жил».

“Of course I have,” you said. “But if I do that, it will spoil the balloon,” you said. But if you don't” said Pooh, “I shall have to let go, and that would spoil me.” — лексическаяигра, основаннаянасочетаемостислови лексическомповторе. Дословно: «–…это испортит воздушный шар. — Но иначе это испортит меня».

“But this is Me!” said Bear, very much surprised.

“What sort of Me?” — лексическаяязыковаяигра. Дословно: «– Это Я! — Какой именно Я?»

Robin read that sort of book at the North end of Pooh, and Rabbit hung his washing on the South end... — лексическаяязыковаяигра, основаннаянаметафоре (переносупосходствуявлений). Верхняя и нижняя части туловища называются северным и южным концом тела.

“Well,” said Owl, “the customary procedure in such cases is as follows.”

“What does Crustimoney Proseedcake mean?” said Pooh. — фонетическаяязыковаяигра, основаннаянасозвучии. Поводом для игры является коммуникативная неудача, возникшая вследствие непонимания одним собеседником другого. Пух не знает слов customaryprocedure и заменяет их на нечто близкое по звучанию.

“The thing to do is as follows. First, Issue a Reward. Then–”

“Just a moment,” said Pooh, holding up his paw. “What do we do to this–what you were saying? You sneezed just as you were going to tell me.”

“I didn't sneeze.”

“Yes, you did, Owl.” — фонетическаяязыковаяигра. Медвежонку кажется, что вместо issue (англ. ‘проблема’) он слышит achoo (англ. ‘звук, издаваемый при чихании’).

“Eeyore. My dear friend Eeyore. He was — he was fond of it.”

“Fond of it?”

“Attached to it,” said Winnie-the-Pooh sadly. — лексическаяязыковаяигра. Выражение to be fond of smth означает ‘любить что-л., испытывать привязанность к чему-л.’. To attach — ‘прикреплять’. Дословно: «Мой друг Иа был очень привязан к этому хвосту», где сохраняется элемент языковой игры за счет омоничности формы 3 лица единственного числа «привязан» глагола «привязывать» и его возвратной формы «привязываться».

“I saw a Heffalump to-day, Piglet.”

“What was it doing?” asked Piglet.

“Just lumping along,” — два случая языковой игры. В первой реплике — фонетическая игра, основанная на детском произношении слова elephantheffalump. Во второй — уже лексическая. Удачным переводом можно назвать русский вариант Б. Заходера: «–…Я сегодня видел Слонопотама. — А чего он делал? — Ну, просто слонялся…» [3]

He tried Counting Sheep, which is sometimes a good way of getting to sleep, and, as that was no good, he tried counting Heffalumps. — фразеологическаяязыковаяигра. Идиома «считать овец» понимается буквально, одна её часть заменяется. Дословно: «считать Слонопотамов».

“Help, help!” cried Piglet, “a Heffalump, a Horrible Heffalump!” and he scampered off as hard as he could, still crying out, “Help, help, a Herrible Hoffalump! Hoff, Hoff, a Hellible Horralump! Holl, Holl, a Hoffable Hellerump!” — фонетическаяи лексическаяязыковаяигра, смешениечастейслови образованиеокказионализмоввследствиеволненияи испугаговорящего.

“A fly can't bird, but a bird can fly” — лексическая языковая игра, основанная на омонимии, fly — существительное «муха» и глагол «летать». Дословно: «Муха не может птичить, но птица может летать / мушить».

“How did they come here?” Christopher Robin said, “In the Usual Way” — языковаяигра, возникшаявследствиекоммуникативнойнеудачи. Дословно: «– Как они сюда добрались / попали? (на чем, с помощью чего) — Как обычно (каким образом)».

“It's — I wondered — It's only — Rabbit, I suppose you don't know, What does the North Pole look like?”…“I suppose it's just a pole stuck in the ground?” — лексическаяязыковаяигра, основаннаянаомонимии: apoleкак ‘полюс’ и как ‘палка, жердь’.

В одной из историй Пятачок размышляет о том, как поступили бы его друзья. Он может сказать обо всех, кроме Кристофера Робина: “But I wonder what Christopher Robin would do?” — это можно воспринять, как языковую игру, связанную с прецедентным текстом. Фраза напоминает христианскую формулировку “What would Jesus do?” — «Как бы поступил Иисус?». Примечательно, что Пятачок задается этим вопросом именно по отношению к Кристоферу Робину, ведь в сказке мальчик пользуется безграничным доверием и уважением со стороны других персонажей.

There were pencils in it marked “B” for Bear, and pencils marked “HB” for Helping Bear, and pencils marked “BB” for Brave Bear. — лексическая языковая игра, основанная на аббревиации и раскрытии аббревиатур, обозначающих степень твёрдости-мягкости карандашного грифеля. Отражает детское мировосприятие и стремление по-своему объяснить непонятные явления.

Итак, было проанализировано 18 примеров языковой игры из текста сказки «Винни Пух и все-все-все» на языке оригинала. Можно сделать вывод о том, что в данном тексте использованы разнообразные приёмы языковой игры: фонетические, лексические, фразеологические и даже связанные с прецедентикой. Это существенно обогащает текст и делает его более интересным для прочтения и / или лингвистического анализа. Далее на том же материале будет рассмотрено, как это интерпретируется в самом известном переводе сказки на русский язык Б. Заходера [3]. Следует учитывать, что вариант Заходера является, скорее, пересказом, чем переводом, а потому некоторые примеры могут вовсе отсутствовать в тексте на русском языке.

HERE is Edward Bear, coming downstairs now, bump, bump, bump... If only he could stop bumping for a moment and think of it — «Онспускаетсяполестнице …: бум-бум-бум. …Если бы он только мог на минутку перестать бумкать и как следует сосредоточиться». Дословный перевод с полным сохранением особенностей оригинала.

“Whatabouta story?” saidChristopherRobin.

“What about a story?” I said. — «– Папа, как насчёт сказки? — спросил Кристофер Робин. — Что насчёт сказки? — спросил папа». Не совсем удачный, но близкий по смыслу и форме перевод.

Once upon a time, a very long time ago now, about last Friday… — «Давным-давно — кажется, в прошлуюпятницу…» Дословныйперевод, смыслостаетсяпрежним.

“What does 'under the name' mean?” asked Christopher Robin. “It means he had the name over the door in gold letters, and lived under it.” — «– Что значит «жил под именем»? — немедленно спросил Кристофер Робин. — Это значит, что на дощечке над дверью было золотыми буквами написано «Мистер Сандерс», а он под ней жил». Почти дословный перевод, суть языковой игры сохраняется.

“OfcourseI have,” yousaid. “But if I do that, it will spoil the balloon,” you said. But if you don't” said Pooh, “I shall have to let go, and that would spoil me.” — «– Понятно, с собой, — сказал Кристофер Робин. — Но если я выстрелю в шарик, он же испортится! — А если ты не выстрелишь, тогда испорчусь я, — сказал Пух». Дословный перевод, языковая игра сохраняется и в русском языке.

“ButthisisMe!” saidBear, verymuchsurprised.

“What sort of Me?” — «– Так ведь это же я! — сказал он. — Что значит «я»? «Я» бывают разные!» Удачная адаптация выражения «разные варианты Я / какой именно Я».

Robin read that sort of book at the North end of Pooh, and Rabbit hung his washing on the South end... — «ЦелуюнеделюКристофер Робин читал вслух … книжку возле Северного Края Пуха, а Кролик вешал выстиранное бельё на его Южный Край.».. Дословныйперевод.

“Well,” said Owl, “the customary procedure in such cases is as follows.”

“What does Crustimoney Proseedcake mean?” said Pooh. — «– Ну, — сказала Сова, — обычная процедура в таких случаях нижеследующая... — Что значит Бычья Цедура? — сказал Пух». Удачная адаптация, как и в оригинале, основанная на созвучии.

“The thing to do is as follows. First, Issue a Reward. Then–”

“Just a moment,” said Pooh, holding up his paw. “What do we do to this–what you were saying? You sneezed just as you were going to tell me.”

“I didn't sneeze.”

“Yes, you did, Owl.” — «– А сделать нужно следующее: во-первых, сообщи в прессу. Потом... — Будь здорова, — сказал Пух, подняв лапу. — Так что мы должны сделать с этой... как ты сказала? Ты чихнула, когда собиралась сказать. — Я не чихала. — Нет, Сова, ты чихнула». Удачная адаптация и выбор слова, созвучного с русским звукоподражанием чиханию (ср. issueachoo; сообщи — апчхи).

“Eeyore. My dear friend Eeyore. He was — he was fond of it.”

“Fond of it?”

“Attached to it,” said Winnie-the-Pooh sadly. — «– Иа. Моему дорогому другу Иа-Иа. Он... он очень любил его. — Любил его? — Был привязан к нему, — грустно сказал Винни-Пух». Почти дословный перевод. Языковая игра сохраняется, благодаря омоформам глаголов «привязать» и «привязаться».

“I saw a Heffalump to-day, Piglet.”

“What was it doing?” asked Piglet.

“Just lumping along,” — «– …Я сегодня видел Слонопотама. — А чего он делал? — Ну, просто слонялся…» Очень удачная адаптация средствами русского языка вплоть до сохранения семы ‘слон’.

He tried Counting Sheep, which is sometimes a good way of getting to sleep, and, as that was no good, he tried counting Heffalumps. — «Онпопробовалсчитатьовец — иногдаэтооченьнеплохойспособ, — ноэтонепомогало. Он попробовал считать Слонопотамов». Дословный перевод, языковая игра сохраняется благодаря наличию в русском языке фразеологизма «считать овец».

“Help, help!” cried Piglet, “a Heffalump, a Horrible Heffalump!” and he scampered off as hard as he could, still crying out, “Help, help, a Herrible Hoffalump! Hoff, Hoff, a Hellible Horralump! Holl, Holl, a Hoffable Hellerump!” — «– Караул! Караул! — закричал Пятачок. — Слонопотам, ужасный Слонопотам!!! — И он помчался прочь, так что только пятки засверкали, продолжая вопить: — Караул! Слонасный ужопотам! Караул! Потасный Слоноужам! Слоноул! Слоноул! Карасный Потослонам!».. Хорошие варианты адаптации на русский язык с сохранением основы языковой игры — созвучия и образования окказионализмов.

“A fly can't bird, but a bird can fly” — точногопереводанет. Вся песенка заменена на полностью новую, «Про сорок пяток», так же основанную на языковой игре.

“How did they come here?” Christopher Robin said, “In the Usual Way” — «Пух спросил у Кристофера Робина: «Как они сюда попали?» А Кристофер Робин ответил: «Обычным путём». Дословный перевод, суть сохраняется.

“It's–I wondered–It's only–Rabbit, I suppose you don't know, What does the North Pole look like?”…“I suppose it's just a pole stuck in the ground?” — «– Делов том... яхотел... данет, наверно, и ты, Кролик, незнаешь... Интересно, какой из себя Северный Полюс? — По-моему, там проходит земная ось. Наверно, она воткнута в землю. Правда?» Относительно удачный перевод и выход из ситуации с игрой слов-омонимов: полюс — ось.

There were pencils in it marked “B” for Bear, and pencils marked “HB” for Helping Bear, and pencils marked “BB” for Brave Bear. — «Там были карандаши, помеченные «В» — в честь Винни-Пуха, и карандаши, помеченные «НВ» — в честь Неустрашимого Винни, и ещё карандаши, помеченные «ВВ» — в честь... в честь Выручательного Винни». С одной стороны, удачная адаптация раскрытия аббревиатур; с другой — при раскрытии аббревиатуры средствами кириллической азбуки теряется связь с обозначениями на латинице.

Таким образом, можно сказать, что перевод (пересказ) Б. В. Заходера представляет собой высококачественную работу. Все случаи языковой игры были максимально близко, а иногда и дословно переведены на русский язык. В случаях непереводимой игры слов переводчик, пользуясь ресурсами русского языка, создавал идентичные английским выражения с сохранением сути и присущего английскому тексту юмора.

Литература:

  1. Milne A. A. Winnie-the-Pooh. London, 2005.
  2. Егорова Т. Ю. Детская литература англоязычных стран. Вологда, 2005.
  3. Заходер Б. В. Винни Пух и все-все-все. М., 1965.
  4. Земская Е. А., Китайгородская М. В., Розанова Н. Н. Русская разговорная речь. М., 1983.
  5. Санников В. З. Русский язык в зеркале языковой игры. М., 2002.

[1] Здесь и далее оригинальный текст приводится по изданию 2005 года [1].

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle