Библиографическое описание:

Сонина Е. В. Особенности композиции художественного сборника Е. Гришковца «Боль» // Молодой ученый. — 2016. — №8. — С. 1170-1174.



Евгений Гришковец отличается разнообразным поиском творческого самовыражения, пробует новые для себя формы общения с читателем и зрителем. Анализируя изданные произведения, можно отметить, что предпочтение писатель отдает небольшим по объему жанрам: два романа — «Рубашка» и «Асфальт» (также не являющиеся большими по размеру текста и охвату художественного времени), две повести — «Реки» и «А…А», сборники пьес — «Зима. Все пьесы», «Сатисфакция» и три сборника рассказов — «Планка», «Следы на мне», «Боль». Книги, имеющие общее заглавие «Год жизни…», созданы на основе публицистических выступлений Гришковца на страницах Живого Журнала и представляют собой одновременно обработанные дневниковые записи и пример сетевой литературы как соединение художественного и документального.

Сборник рассказов «Боль» — одно из последних произведений писателя, в котором получили художественное воплощение размышления автора о «проблемах души нашего времени», о мифах, надеждах, страхах и фобиях современника Гришковца — читателя его книг.

Сборник состоит из трех произведений: одна повесть «Непойманный» и две новеллы (такое жанровое определение дает сам писатель в преамбуле к книге «Боль») «Ангина» и «Палец». Писатель работал над ним довольно долго и соединение этих произведений не является случайным. Все тексты представляют собой довольно целостный по своему эмоциональному и смысловому содержанию цикл. Следует заметить, что уже в первые свои сборники рассказов автор помещает рассказы не по хронологическому принципу, а по замыслу, центральной идее, которая находит отражение уже в заглавии, как самого сборника, так и входящих в него рассказов. Да и рассказы выстраиваются в сборнике в соответствии с этой идеей, тем самым создается в определенном смысле композиция сборника рассказов. Заметим, что речь здесь идет о своеобразии структуры всех сборников Е. Гришковца.

Сборник «Боль» представляет собой пример завершенной художественной композиции с рядом особенностей, характерных для творчества данного писателя.

Наиболее распространенным пониманием композиции в современном литературоведении является следующее: композиция — это построение литературного произведения, «состав и размещение частей в определенной значимой последовательности» [8, с. 127]. В. Е. Хализев в основе композиции видит структуру сюжета и расположение его основных элементов (экспозиция, завязка, развитие действия, кульминация и развязка), подчеркивая при этом, что «построение произведения является многоуровневым феноменом» [9, с. 282]. Верно составленная композиция позволяет удержать все элементы сюжета и уровни произведения в их единстве, представить каждую деталь и эпизод как части общего целого. Все части композиции произведения подчиняются цели наиболее полно раскрыть авторский замысел и содержание текста. При этом «внутренняя эмоционально-смысловая соотнесенность персонажей, событий, деталей и др. нередко оказывается более важной, чем их внешние причинно-временные связи» [5].

С данной точки зрения интерес представляет не столько композиция построения самих произведений, входящих в состав сборника «Боль», но и общее построение всего цикла. Сборник не может являться случайным объединением разнородных произведений, это явление целое, связанное какой-либо идеей, которая развивается от одного текста к другому. При этом каждый отдельный рассказ или повесть не теряют своего собственного значения, но их суть и глубина содержания раскрывается только в контексте всего цикла.

Художественность сборника и внутренняя связь частей обуславливается конструктивным единством текстов, входящих в его состав. Именно понимание целостности и значимости всех частей позволяет определить заложенные автором морально-ценностные установки, проследить не только структуру каждого произведения, но и проанализировать композиционные начало, развитие и конец самого сборника. Расположение повести и рассказов, представленное Е. Гришковцом, неслучайно и помогает читателю найти основные ключи к пониманию замысла цикла как целостного произведения. И. А. Есаулов в исследовании сборника Н. В. Гоголя «Миргород» акцентирует внимание на этой важной установке при изучении циклов произведений: «Нарушение этой упорядоченности приводит к распаду целого, а сама же возможность произвольных комбинаций элементов говорит об отсутствии целостности» [4, с. 4].

В сборнике «Боль» произведения объединяются на основании схожести темы, сюжета и героев. Композиция внутри произведений коррелирует с общим построением всего сборника через общие элементы, представленные на разных уровнях каждом тексте.

Основным соединяющим элементом композиции цикла является тема, заявленная в заглавии сборника. Это подчеркивает и сам автор: «…я ощущаю сборник «Боль» как цельное произведение, как художественный цикл, в котором боль как состояние и душевное, и физическое становится некой призмой, через которую человек смотрит на мир, на жизнь особым образом — так, как он прежде не смотрел» [2, с. 4]. Это становится главным связующим звеном всех трех произведений: герои переосмысливают себя и окружающий мир, переживая болевые ощущения различной глубины и сложности.

Ввиду противоречивой и сложной природы понятия концепт «боль» в лингвистическом аспекте пока изучен недостаточно. Это обусловлено в первую очередь наличием двух уровней понимания боли: как физического ощущения и как нравственного страдания, каждый из которых проявляется у людей в совершенно различных формах. В исследовании «Концептуализация боли в русском языке: типологическая перспектива» авторы подчеркивают, что, с одной стороны, боль «является универсальным объектом человеческой перцепции: любой человек хотя бы раз в жизни испытывал боль. С другой стороны, боль — индивидуальное и интроспективное ощущение, неотделимое от испытывающего его субъекта и исключающее какой-либо доступ к нему других лиц. Единственным способом верификации боли является ее вербальное описание» [1].

Понятийный слой концепта «боль» возможно выявить через обращение к энциклопедическим и толковым словарям. В энциклопедических словарях понятие «боль» трактуется в основном как физиологическое ощущение человека и реакция организма на различные внешние и внутренние воздействия («неприятное (порой нестерпимое) ощущение, возникающее при сильном раздражении (укол, удар, воспаление и т. п.) чувствительных нервных окончаний, заложенных в органах и тканях. Один из наиболее ранних симптомов некоторых заболеваний» [7, с. 156]). Толковые словари представляют два значения слова «боль», в которых отражается и физическая, и духовная природа концепта: «1. Ощущение страдания. Физическая боль. Душевная боль. 2. Приступ физического страдания. Начались боли. Боли в области печени» [6, с. 55].

Е. Гришковец в сборнике раскрывает многогранную и сложно объяснимую природу боли как нравственные и физические переживания человека, позволяющие ему переосмыслить себя, окружающие его обстоятельства и других людей. «Боль как способ восприятия мира — не ужасный, не страшный — просто как один из способов восприятия мира» [2, с. 4].

Сборник открывается повестью «Непойманный», в которой действующий герой Вадим переживает нравственные страдания. Отсутствие необходимой суммы денег вынуждают его отказаться от успешного и привычного образа делового человека, искать сложные пути выхода из кризисной ситуации в бизнесе. Он испытывает болезненные эмоции, понимая необходимость продать любимое дело жизни, смирить свою гордость и чувство самоуважения, прося в долг у более успешного друга или на переговорах с дерзкими покупателями. Создавая рядом контрастный образ Бориса, автор показывает читателю другую сторону нравственных переживаний, зеркально отражающих боль главного героя. Вадим страдает от отсутствия денежных средств, но при этом в семье у него все благополучно: две прекрасные дочери и понимающая жена («Вадим был уверен, что ему невероятно с женой повезло, и многие его друзья часто говорили, что завидуют ему. Вадим не верил, но гордился» [2, с. 118]). Борис представляет полную противоположность: большой успех в делах и весомое богатство принесли ему сложные отношения с женой и единственным сыном («Я все Митины проблемы, конечно, деньгами быстро закрою. Но его взгляд этот, его враньё — это чем закрыть? Как все зыбко и как глупо верить в силу денег…» [2, с. 106]). Большие терзания герой повести испытывает, осознавая, что поступил подло (кража денег у своего друга), поддавшись мимолетной слабости. Автор детально показывает, как эта боль усиливается у Вадима с пониманием, что он сам находится вне подозрений и наказание понес кто-то другой. Но вовремя признаться в совершенном проступке и взять ответственность на себя Вадим так и не смог. В конце повести и Вадим, и Борис остаются каждый со своей болью, которую невозможно искупить никакой денежной суммой. В одном из интервью Е. Гришковец признается, что считает повесть «Непойманный» самым трагическим своим произведением на этот момент, текст является «не характерным для автора, которого критики зачастую обвиняют в позитивизме и лакировке действительности» [3].

Рассказ «Ангина», расположенный вторым в сборнике, рассказывает читателю о переживаниях человека, который заболевает во время возвращения из дальней командировки. Ощущение боли переходит из сферы нравственных мучений первой повести в область физических ощущений, читатель смещается на более «низкий уровень» переживаний. Автор описывает процесс проникновения болезни в организм, при этом герой рассказа Андрей испытывает боль не только от вируса, но и от понимания предстоящих сложностей и вынужденных пропусках на работе. «Он вжался в кресло, скукожился, крепко сжав зубы, и страшно сердился на болезнь, которая отнимет у него много сил и как минимум несколько грядущих дней» [2, с. 199]. Боль заставляет героя смотреть на все вокруг через призму негатива и раздражения: злят нерасторопные стюардессы, «банк, у которого слишком много филиалов, необъятные размеры родной страны», особенно раздражает бодрая и смешливая соседка — все окружающее воспринимается как чужое и враждебное. Однако болезнь вызывает в герое несколько важных воспоминаний и размышлений, позволяющих отвлечься от постоянной игры в успешного столичного работника. Андрей осмысляет собственную потребность в уюте и чувстве безопасности: «Он понял, что у него никогда в жизни не было пледа, который можно было бы назвать настоящим — теплого, клетчатого, уютного»; «Детский плач Андрея раздражал, а тут наоборот… этот плач сообщил всему сонному воздуху в летящем сквозь студеное черное небо самолете что-то безопасное, домашнее и житейское»; «Ему остро захотелось домой, к маме, которая, конечно, лучше всех знает, как надо его лечить» [2, с. 210–212]. Возвращается из командировки не только блестящий сотрудник крупного банка, но уже «смиренный житель столицы» — так герой называет себя, повторяя случайно прочитанную фразу.

Третий и заключительный рассказ «Палец» представляет собой очень простой по сюжету и повествованию текст: дверью машины Виталию прищемили палец на пикнике и на протяжении всего произведения он переживает эти болевые ощущения. Боль, которую испытывает герой, выражается только физически, она не связана с моральными страданиями. Последний рассказ в этом противопоставляется первой повести, где героев терзали исключительно нравственные мучения. Физическая боль описывается автором настолько точно и образно, что читатель словно начинает чувствовать схожие ощущения и покалывания на своих пальцах — невольно возникает желание поскорее дочитать рассказ, чтобы боль отпустила героя. Но именно это болезненное ощущение становится стимулом к первому и самому важному осознанию героя: Виталий, городской житель, привыкший к уровню комфорта и пакетированному молоку, неожиданно понимает сложность окружающего мира, который открывается ему в своем масштабе, гармонии и красоте, и самого себя в этом мире.

Композиция сборника позволяет заглянуть читателю через различную степень боли в самую глубину человека или самого себя. Автор строит описание болевых ощущений и мыслей героев и связывает их между собой в некоем «обратном» представлении: сложные и запутанные нравственные страдания помогают герою лучше понять свои же эмоции и поступки, а физическая боль от ушибленного пальца способствуют философскому осмыслению мира и смене всего мировоззрения героя. Это ярко выражается в развязке последнего рассказа, которая становится развязкой и завершением всей композиции сборника: «Он вдруг впервые жизни мощно понял, как хрупка жизнь… Ему даже имя свое показалось нелепым. Нелепостью открылся сам факт существования имени… Он понял, что жизнь будет труднее, чем он думал и планировал… Однако ему не было страшно» [2, с. 294–296]. Эта мысль становится ключевой и завершающей в развитии авторского осмысления боли как одного из способов воспринимать мир.

Единство композиции сборника также поддерживается некоторыми элементами, которые являются характерными для всего творчества Е. Гришковца и позволяют в определённой мере говорить о формировании целостности не только внутри самого цикла, но и соединении текстов с другими произведениями писателя. В первую очередь единство повести и рассказов подчеркивает образами действующих героев: все они являются типичными представителями современного мира — тип, который действует практически во всех произведениях Е. Гришковца. Ни Вадиму, ни Андрею, ни Виталию не свойственны особенные таланты и способности, они не являются выдающими или особенно чувствующими. Автор не стремится наделить их уникальностью или индивидуальностью, герои очень похожи в своих размышлениях, разговорах и поступках. В связи с этим читатель не чувствует резкой перемены в сборнике между окончанием одного произведения и началом другого, эта схожесть главных героев позволяет сформировать единство всех текстов и сблизить сборник с предыдущими произведениями Е. Гришковца.

Еще одной значимой деталью, позволяющей сделать композиции частей сборника похожими друг на друга и сформировать общее ощущение единой композиции цикла — прием ретардации, который является характерным для всего творчества автора. Е. Гришковец замедляет действие в каждом рассказе отдельными размышлениями и сторонними эпизодами: прогулка Вадима с размышлениями о зависти к прохожим и его воспоминания о молодости, чтение Андрея про путешественника Фукакусу, очень долгое вступление с рассказом о детстве и юности Виталия и многое другое. Это позволяет значительно расширить повествование и дать детальное описание характера и прошлого опыта персонажа. Е. Гришковец часто использует подробные описания героев, их размышлений и воспоминаний, что позволяет ему подчеркнуть и донести до читателя главную мысль: в центре внимания автора сам человек, а не захватывающие сюжеты.

Таким образом, композиция сборника «Боль» является целостной и завершенной, каждый элемент которой направлен на раскрытие глубокого содержания цикла. Композиционная целостность цикла позволяет проследить переживания человека и смену его ощущения мира через нравственные муки и понимание себя в первой повести к осознанию масштабности мира через физическое страдание, описанное в последнем рассказе. Восприятие всех частей сборника именно в такой последовательности помогает читателю понять боль как способ осмысления окружающего, о чем говорил и сам автор в предисловии к тексту. Ряд характерных особенностей, которые прослеживаются во всех частях сборника, позволяют сформировать интересное повествование, которое соответствует общей стилистике писателя (выбор темы, тип героев, внимание к деталям и внутреннему миру персонажей) и отличает его творчество в современном литературном процессе от других авторов. Сборник «Боль» представляет собой продолжение творческого пути Е. Гришковца и новую степень выражения мировоззрения автора, которым он делится с читателями и зрителями во всех своих произведениях.

Литература:

  1. Бонч-Осмоловская А. А. и др. Концептуализация боли в русском языке: типологическая перспектива // Международная конференция по компьютерной лингвистике «Диалог». URL: http://www.dialog-21.ru/digests/dialog2007/materials/html/12.htm (дата обращения: 30.01.2016).
  2. Гришковец Е. В. Боль. Повесть и два рассказа — М.: Махаон, Азбука-Аттикус, 2014. — 304 с.
  3. Гришковец Е. В. Интервью на презентации сборника «Боль», 5.04.2014,электронный ресурс: http://www.km.ru/.
  4. Есаулов И. А. Спектр адекватности в истолковании литературного произведения. Миргород Н. В. Гоголя — М.: Изд-во РГГУ, 1997. — 102 с.
  5. Лингвокультурологический тезаурус «Гуманитарная Россия», филологический факультет МГУ им. М. В. Ломоносова. URL: http://www.philol.msu.ru/~tezaurus/.
  6. Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка: 80000 слов и фразеологических выражений — 4-е изд. — М.: 1999. — 944 с.
  7. Советский энциклопедический словарь. М.: Сов. энциклопедия, 1982. –1600 с.
  8. Федотов О. И. Основы теории литературы: уч. пособие для студентов вузов: в 2ч. / О. И. Федотов — М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 2003. — Ч. 1: Литературное творчество и литературное произведение. — 272 с.
  9. Хализев В. Е. Теория литературы: уч. для студ. вузов. 2-е узд / В. Е. Хализев. — М.: Высшая школа, 2000. — 398 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle