Библиографическое описание:

Степанов Б. С. Разработка уголовного законодательства по борьбе с преступлениями против половой неприкосновенности несовершеннолетних в РФ // Молодой ученый. — 2016. — №7. — С. 528-531.



Преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних в современном обществе, как в Российской Федерации, так и в зарубежных странах имеют огромный общественный резонанс. РФ ратифицировала Конвенцию ООН о правах ребенка от 16 августа 1990 г., в том числе и факультативный протокол к ней, касающийся торговли детьми, детской проституции и детской порнографии (24 сентября 2013 г.), и, в соответствии со ст. 34 Конвенции, обязуется «защищать ребенка от всех форм сексуальной эксплуатации и сексуального совращения» [1].

Несмотря на большое внимание общества к данной проблеме, в области уголовного права ещё не до конца оформилось правовое регулирование некоторых аспектов преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних, и разработка законодательства в данной сфере продолжается. В работе законодательной власти по данному вопросу прослеживается несколько тенденций.

Наиболее характерная из них в связи с повышенным общественным вниманием к педофильным преступлениям — это выделение данных деяний среди других составов преступлений, предусмотренных нормами Особенной части УК РФ, а также соответствующая перестройка некоторых норм Общей части применительно к данным деяниям. Подобная практика у российского законодателя применяется и к некоторым другим преступлениям, например, террористической направленности (здесь показателен пример введения 05 мая 2014 г. ч. 5 ст. 56 УК РФ, предусматривающей назначение наказания в виде лишения свободы за преступления террористической направленности по совокупности преступлений до 30 лет, вместо 25 по общему правилу, и по совокупности приговоров до 35 лет, вместо 30 лет, соответственно) [6].

Для преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних подобным образом 27 июля 2009 г. Федеральным законом № 231-ФЗ был изменён максимальный срок наказания в виде лишения права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью (ч. 2 ст. 47 УК РФ): общее правило предусматривает срок от одного года до пяти лет в качестве основного вида наказания и срок от шести месяцев до трех лет в качестве дополнительного вида наказания. Для педофильных преступлений он может быть поднят до 20 лет в соответствующей норме Особенной части УК РФ [6].

Однако некоторые современные законопроекты заходят ещё дальше в выделении преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних среди остальных составов преступлений. Здесь наиболее показателен — проект Федерального закона «О внесении изменений в часть пятую статьи 78 и часть четвертую статьи 83 Уголовного кодекса Российской Федерации в целях усиления защиты детей от преступлений сексуального характера» от 03 апреля 2015 года, внесённый в Государственную Думу депутатами Е. Б. Мизулиной и О. Ю. Баталиной, предусматривающий отмену сроков давности за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних наравне с некоторыми преступлениями против мира и безопасности человечества, а также террористической направленности [3].

Такое предложение, по меньшей мере, странно. Данная законодательная инициатива предлагает отменить сроки давности даже за преступления небольшой и средней тяжести, например, ч. 1 ст. 134, ч. 1 ст. 135, что в корне противоречит принципу справедливости уголовного закона. С точки зрения уголовно-процессуального права, сомнительна сама возможность привлечения к уголовной ответственности за подобные преступления через длительный промежуток времени. Данный законопроект носит откровенно популистский характер.

Федеральным законом от 28.12.2013 № 380-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» были внесены изменения в ст. 134 и ст. 135 УК РФ, поднявшие возраст согласия в российском праве с 14 до 16 лет. Кроме того, ещё 31 мая 2001 г. в Государственную Думу депутатом Герасименко Н. Ф. вносился проект федерального закона № 97744–3 «О внесении изменений в ст. 134 УК РФ», предлагавший поднять возраст согласия до 18 лет, который так и не был принят и был снят с рассмотрения Советом Государственной Думы 30 ноября 2004 года [5].

Данные законы, первый из которых был принят, кроме повышения возраста согласия убрали критерий половой зрелости для потерпевших, что являлось некорректным. Непонятно, почему законодатель в своих построениях использовал возраст именно в 16, 14 и 12 лет, так как половая зрелость наступает у каждого человека индивидуально. Медицина уже довольно давно способна дать исчерпывающий ответ о наступлении половой зрелости тех или иных лиц, что использовалось в УК РСФСР в ст. 119 [7] и предыдущих редакциях УК РФ.

Критерии, которыми должны были руководствоваться эксперты при решении данного вопроса, определялись в ведомственных нормативных актах — Правилах судебно-медицинской акушерско-гинекологической экспертизы, утверждённых Минздравом СССР от 07.01.1966 г., и Правилах судебно-медицинской экспертизы половых состояний мужчины, утверждённых Минздравом СССР от 18.10.1968 г. В случае возвращения в российское уголовное право критерия половой зрелости, необходимо вновь будет руководствоваться упомянутыми Правилами [9, с. 263].

Кроме того, на наш взгляд, законодательство РФ о преступлениях против половой неприкосновенности несовершеннолетних нуждается не во введении новых составов преступлений или изменении каких-либо норм Общей части УК РФ применительно к подобным преступлениям, а в совершенствовании сопутствующих законодательных актов.

Особенно необходима такая работа в отношении составов преступлений, предусмотренных ст. 241.1 УК РФ. Данное преступление российской юридической наукой также причисляется к числу преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних [2, с. 56–57].

Здесь правоприменительная практика сталкивается с довольно размытым и неопределённым понятием «порнография». П. 8 ст. 2 Федерального закона № 436-ФЗ от 29.12.2010 «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» дает следующее определение: «информация порнографического характера — информация, представляемая в виде натуралистических изображения или описания половых органов человека и (или) полового сношения либо сопоставимого с половым сношением действия сексуального характера, в том числе такого действия, совершаемого в отношении животного» [8]. Установлением порнографического характера материала обычно занимается комиссия экспертов с участием искусствоведов, специалистов в области кино- и видеоискусства либо телевидения, в той области, к которой относится соответствующий материал. Они должны принимать соответствующее аргументированное решение на основе, в первую очередь, своего опыта и познаний, нормы закона не способны им оказать существенную помощь в их работе.

Что касается детской порнографии, то здесь задача усложняется: возраст «моделей» не всегда возможно определить даже при видео- или фотосьемке. Ещё сложнее — на рисунках или мультипликации. Здесь приходится рассчитывать исключительно на компетентность экспертных комиссий, которые не имеют каких-либо чётких и исчерпывающих установок в своей деятельности.

Ещё одним важным аспектом борьбы с преступлениями против половой неприкосновенности несовершеннолетних является вопрос о химической кастрации виновных в совершении преступлений, предусмотренных советующими частями ст. ст. 131, 132, 134, 135 УК РФ, так как склонность к рецидиву у совершивших данные деяния очень велика. 10 февраля 2011 г. депутатом Беляковым А. В. вносился проект федерального закона № 500043–5 «О внесении изменений в УК РФ», предусматривавший применение процедуры химической кастрации к лицам, совершившим преступления, предусмотренные ч. 5 ст. 131, ч. 5 ст. 132, ч. 3 ст. 134, ч. 3 ст. 135 УК РФ (данный законопроект былснят с рассмотрения Советом ГД ФС РФ из-за несоблюдения правил его подачи, впоследствии к данному законопроекту не возвращались) [4]. Нынешняя же редакция уголовного закона в п. «д» ч. 1 ст. 97 УК РФ предусматривает применение принудительных мер медицинского характера только к лицам, которым был поставлен диагноз расстройства сексуального предпочтения в виде педофилии [6].

На сегодняшний день подобное медицинское заключение выносится относительно далеко не всех лиц, посягнувших на половую неприкосновенность несовершеннолетних, что существенно снижает эффективность применения принудительных мер медицинского характера.

Таким образом, разработка уголовного законодательства по борьбе с преступлениями против половой неприкосновенности несовершеннолетних в Российской Федерации, несмотря на своё развитие, сталкивается сразу с несколькими проблемами:

1) На волне повышенного общественного интереса к данной проблеме появляются откровенно популистские проекты законов, нарушающие основополагающие принципы уголовного закона и не облегчающие борьбу с педофильными преступлениями;

2) Кроме того, борьба с детской порнографией, в соответствии с факультативным протоколом Конвенции ООН о правах ребёнка, налажена недостаточно эффективно из-за отсутствия чёткого и однозначного определения детской порнографии, которое необходимо ввести в сопутствующем законодательстве;

3) Применение принудительных мер медицинского характера к виновным в совершении педофильных преступлений, предусмотренных соответствующими частями ст. ст. 131, 132, 134, 135 УК РФ, осложнено в связи с необходимостью постановки диагноза «педофилия», что должно быть исключено из п. «д» ч. 1 ст. 97 УК РФ;

4) И, наконец, необходимо возвращение критерия половой зрелости в ст. ст. 134, 135 УК РФ для максимально полного учета личности потерпевшего от посягательства на свою половую свободу или неприкосновенность.

Литература:

  1. Конвенция ООН о правах ребенка. Доступ из справочно-правовой системы «Консультант Плюс».
  2. Новое в Уголовном кодексе / под ред. А. И. Чучаева. — М.: КОНТРАКТ, 2012. — Вып. 2. — 94 с.
  3. Проект Федерального закона «О внесении изменений в часть пятую статьи 78 и часть четвертую статьи 83 Уголовного кодекса Российской Федерации в целях усиления защиты детей от преступлений сексуального характера» от 03 апреля 2015 года. Доступ из справочно-правовой системы «Консультант Плюс».
  4. Проект Федерального закона № 500043–5 «О внесении изменений в УК РФ». Доступ из справочно-правовой системы «Консультант Плюс».
  5. Проект Федерального закона № 97744–3 «О внесении изменений в ст. 134 УК РФ». Доступ из справочно-правовой системы «Консультант Плюс».
  6. Уголовный кодекс Российской Федерации: по сост. на 30 декабря 2015 г. Доступ из справочно-правовой системы «Консультант Плюс».
  7. Уголовный кодекс РСФСР 1960 г.: по сост. на 15 февраля 1961 г. Доступ из справочно-правовой системы «Консультант Плюс».
  8. Федеральный закон № 436-ФЗ от 29.12.2010 «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Доступ из справочно-правовой системы «Консультант Плюс».
  9. Хабаров А. В., Новопашин А. Р. Новая интерпретация преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних. // Преступность в Западной Сибири: актуальные проблемы профилактики и расследования преступлений: Сборник статей по итогам всероссийской научно-практической конференции (28 февраля — 1 марта 2013 г.). — Тюмень: Тюменский государственный университет, 2013–502 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle