Библиографическое описание:

Аллабергенов Б. К. О сопоставительном изучении фонетических особенностей фонемы [и] русского, узбекского литературных языков и хорезмского диалекта // Молодой ученый. — 2016. — №7. — С. 1137-1139.



Чтобы полностью представить сходства и различия между русской, узбекской литературной системами и хорезмской диалектной подсистемой гласных, нужно обратиться к данным акустико-артикуляционных особенностей фонем этих языковых систем.

Гласная фонема [и] функционирует в фонетико-фонологических системах русского литературного языка, узбекского литературного языка и его хорезмского диалекта.

Гласная фонема [и] в русском литературном языке с точки зрения артикуляции характеризуется следующим образом: кончик языка опущен и прижат к нижним зубам; по горизонтали средняя часть спинки языка продвинута; по вертикали средняя часть спинки языка сильно поднята к твердому небу, так что язык весь устремлен к передней части полости рта. Края языка прижаты к боковым зубам и захватывают также боковые края твердого неба. Губы слабо раздвинуты.

Таким образом, фонема [и] русского языка — звук переднего ряда, высокого подъема, недифтонгоидный, нелабиализованный.

В узбекском литературном языке гласная фонема [и], обладая теми же специфическими чертами, характерными для произнесения этого типа вообще, по своим артикуляционным и акустическим свойствам заметно отличается от аналогичной русской фонемы.

В узбекском литературном языке имеются два варианта фонемы: передний [и] и задний [ы].

По своим артикуляционным особенностям узбекское [и] занимает промежуточное положение между типичными представителями передних и задних звуков, то есть артикуляция этого звука в значительной степени колеблется между типом [и] — передним и типом [ы] — задним [6, с. 125].

Передний вариант гласного [и] узбекского литературного языка в независимой позиции произносится сравнительно большим челюстным раствором, чем русский гласный [и], то есть русский гласный [и] более узкий звук, чем [и] узбекского литературного языка. Кончик языка при артикуляции узбекского литературного [и] не касается передних зубов, тогда как при артикуляции русского литературного [и] кончик языка упирается на нижние передние зубы. При произнесении гласного [и] узбекского языка степень продвинутости массы языка вперед (движение языка по горизонтали) сравнительно меньше, чем при русском литературном [и], то есть тело языка при произнесении русского [и] продвигается вперед больше и, следовательно, русский [и] — звук более переднего образования. Степень подъема передней части спинки языка (движение языка по вертикали) при произнесении узбекского литературного [и] относительно ниже, чем при [и] русского литературного языка. Зона высшего подъема языка при артикуляции узбекского литературного [и] занимает сравнительно более заднее положение, чем при русском [и].

Губы при узбекском литературном [и] нейтральны, тогда как при русском [и] слабо раздвинуты.

По своим акустическим свойствам гласный [и] узбекского литературного языка гораздо короче, чем аналогичный звук русского языка.

Таким образом, передний вариант гласного [и] узбекского литературного языка в сравнении с аналогичным звуком русского литературного языка сравнительно заднего образования и менее высокого подъема.

При артикуляции заднего варианта (типа) узбекского литературного [и] раствор рта больше, чем при [и] русского языка; кончик языка, вместе с ним и все тело языка при заднем [и] узбекского литературного языка отходит назад; зона наибольшего подъема также сравнительно отодвинута назад; задняя часть спинки языка несколько больше, чем при переднем варианте [и] узбекского литературного языка и при русском литературном [и] приближается к задней стенке глотки. Корень языка несколько отодвинут назад. Спад спинки языка, в сравнении с сопоставляемыми звуками, начинается несколько дальше от передних вершин резцов.

Таким образом, фонема [и] русского литературного языка, в сравнении с передним и задним вариантами фонемы [и] узбекского литературного языка, более переднего ряда и высокого подъема. Фонема [и] — передний вариант узбекского литературного и является звуком средним между русским [и] и [ы].

Аналогичная гласная фонема хорезмского диалекта имеет существенные различия и от узбекского литературного [и], и от русского литературного [и]. При артикуляции гласного звука [и] хорезмского диалекта челюстной раствор открывается сравнительно меньше, чем при произнесении узбекского литературного [и], но чуть больше, при русском литературном [и], то есть гласный [и] хорезмского диалекта — более узкий звук, чем [и] узбекского литературного языка. Кончик языка при артикуляции узбекского литературного [и] не касается передних нижних зубов, тогда как при произнесении звука хорезмского диалекта чуть касается передних нижних зубов, но не упирается (не прижимается) как при русском литературном [и]; степень продвинутости массы языка вперед (движение языка по горизонтали) несколько больше, чем при узбекском литературном [и], но относительно меньше, чем при русском. Степень подъема передней части спинки языка (движение языка по вертикали) при произнесении звука [и] хорезмского диалекта несколько больше, чем при [и] узбекского литературного языка; зона высшего подъема языка при артикуляции звука [и] хорезмского диалекта находится в более заднем положении, чем при русском [и], несколько впереди в сравнении с узбекским литературным [и].

По своим акустическим свойствам гласный [и] хорезмского диалекта приближается к русскому [и], но чуть короче его, но вместе с тем он более долгий по сравнению с передним [ъ], и с задним [ы] узбекского литературного языка.

Таким образом, гласный [и] хорезмского диалекта по своим артикуляционным и акустическая свойствам — звук средний между русским [и] и узбекские литературным [и].

В хорезмском диалекте употребляется краткий вариант переднего полудолгого [и] — звук [ь], который является более задним и более открытым, чем передний (основной) вариант. Он напоминает передний вариант фонемы [и] узбекского литературного языка, но является звуком более высокого подъема и чуть более передним по ряду, чем сходный узбекский звук [ъ], то есть при артикуляции данного варианта [и] хорезмского диалекта тело языка продвигается вперед больше, чем при произношении аналогичного звука узбекского литературного языка, но гораздо меньше, чем при [и] русского языка; подъем языка (движение языка по вертикали) сравнительно выше, чем при [ъ] узбекского литературного языка, но заметно ниже в сравнении с русским [и].

По своей акустике этот вариант переднего [и] хорезмского диалекта дает слуховой эффект переднего [и] узбекского литературного языка, но чуть длиннее его, а в сравнении с русским [и] это значительно более краткий звук.

Вокалическая система хорезмского диалекта имеет фонему [ъ], которая в транскрипции обозначается различным образом: то как [ъ], то как [ы]. Данный звук — «самостоятельное звукопредставление гласного типа [ы] в составе своей звуковой системы» [5, с. 11]. Это не означает, что в хорезмском диалекте употребляется точно такой же звук, как и русский [ы]. По этому поводу, на наш взгляд, весьма убедительными являются слова академика В. В. Решетова: «Если более задний оттенок фонемы [и] = [ь] охарактеризован нами как акустически близкий к [ы], но русскому [ы] нетождественный.» [6, с. 138]. Данная фонема в хорезмском диалекте выступает как вполне самостоятельная фонема, тогда как в узбекском литературном языке — как задний вариант фонемы [и], а в русском языке аналогичная фонема вообще отсутствует.

Артикуляция этой фонемы совпадает с артикуляцией заднего варианта фонемы [и] узбекского литературного языка. Но задний вариант фонемы [и] узбекского литературного языка в сравнении с фонемой [ъ] хорезмского диалекта — более широкий звук, т. е. раствор рта при его произнесении шире, чем при [ъ] хорезмского диалекта; подъем задней части спинки языка к твердому небу сравнительно высокий, чем при [ъ] узбекского литературного языка и зона высшего подъема спинки языка при [ъ] хорезмского диалекта находится в более передней части в сравнении с аналогичным звуком узбекского литературного языка.

Таким образом, фонема [ъ] хорезмского диалекта в отличие от заднерядного широкого [ы] узбекского литературного языка является заднерядным узким [1, с. 33].

По своей акустике звук [ъ] хорезмского диалекта незначительно длиннее аналогичного звука узбекского литературного языка.

Звук [ы] в современном русском литературном языке имеет два варианта произношения: первый вариант — как гласный смешанного ряда, он отличается как от гласных переднего ряда, так и от гласных заднего ряда. При его произношении спинка (языка) оттягивается назад, вместе с кончиком языка и его корнем; по вертикали весь язык высоко поднимается к задней части твердого неба к передней части мягкого неба, кончик языка также приподнят к границе между верхними и нижними зубами [4, с. 81].

Второй вариант его произношения — это гласный заднего ряда продвинутый вперед, так как язык вместе с кончиком устремляется вперед и кончик не приподнят, а упирается в нижние зубы, но корень языка оттягивается назад к стенке глотки.

Губы в обоих вариантах нейтральны.

Задний вариант фонемы [и] узбекского литературного языка по своему звучанию приближается ко второму варианту русскою [ы], например, «фонема [и] после глубокозаднеязычных [қ] и [ғ] произносится почти так же, как русский гласный [ы], однакогораздо короче, например: қирғиз (киргиз), қизимиз (наша дочь) и т. п. Более похож звук [и] на русский гласный [ы] в словах ғийбат (сплетни), қийшиқ (кривой) и т. п. [3, с. 26].

По этому поводу очень уместно привести мнение Н. Н. Дмитриева «...всякое [ы]... тюркских языков отличается от русского [ы] тем, что оно более заднее и более нижнего подъема, чем русское» [2, с. 6].

В хорезмском диалекте после отдельных заднеязычных согласных буквально в нескольких словах: қи:з (девушка), йақи:н (близко) и в аффиксах отдельных глаголов I лица единственного числа: съгърнъ ман сағи:н (давай-ка я подою корову); ми:хнъ манқақи:н (давай-ка я прибью гвоздь) — слышится звук близкий к русскому [ы], который в отличие и от русского, и от заднего варианта узбекского литературного [и] является более передним». Так как артикуляция [и:] в этих словах начинается с рекурсии предыдущего заднеязычного согласного, то под влиянием этого фактора он начинается с [ы] — образного элемента, но быстро переходит в [и:]. По этому поводу весьма уместна характеристика академика К. К. Юдахина: «гласный в словах қъ:з и къ:н воспринимается моим ухом как скольжение от [ы] к [и], причем, едва заметное [ы] переходило в совершенно отчетливое и длительное [и]» [7, с. 10].

Таким образом, вышеуказанные факторы: позиционная обусловленность — употребление буквально в нескольких словах, и то в основном после заднеязычных [қ], [ғ] и [ҳ], позволяет нам сделать вывод о том, что фонема [ы:] = [и:ы] в хорезмском диалекте является вариантом фонемы [и:].

Литература:

  1. Абдуллаев Ф. А. Фонетика хорезмских говоров. Опыт монографического описания огузского и кипчакского наречий узбекского языка. — Ташкент: Фан, 1967.
  2. Дмитриев Н. Н. Грамматика кумыкского языка. — М., 1970.
  3. Киссен И. А. Курс сопоставительной грамматики узбекского и русского языков. — Ташкент, 1979.
  4. Матусевич М. И. Современный русский язык. Фонетика. Учебное пособие. — М.: Просвещение, 1976.
  5. Поливанов Е. Д. Краткая грамматика узбекского языка. — Ташкент, 1968.
  6. Решетов В. В. Узбекский язык. Часть I. Введение. Фонетика. — Ташкент, 1959.
  7. Юдахин К. К. Некоторые особенности карабулакского говора. — Ташкент, 1957.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle