Библиографическое описание:

Перервин Е. В. Психолингвистические аспекты синхронного перевода // Молодой ученый. — 2016. — №6. — С. 917-920.



The article deals with psycholinguistic problems of simultaneous translation and the mechanisms that enable a translator to cognize and interpret simultaneously. Much attention is given to the psycholinguistic model of translation.

Keywords: psycholinguistics, simultaneous translation, model of translation.

Перевод в своей самой сокровенной части — это психологический процесс, следовательно, выявление психологической основы перевода является необходимой предпосылкой для познания его сущности. Этим объясняется связь теории перевода с психолингвистикой.

Психолингвистика изучает процессы порождения и восприятия речи в их соотнесённости с системой языка. Эта наука стремится интерпретировать язык как динамическую систему речевой деятельности человека [2, с. 32]. Поскольку объектом психолингвистики является речевая деятельность, а объектом теории перевода — особый вид речевой деятельности, то задачи этих дисциплин во многом перекрещиваются.

Данные психолингвистики используются при изучении особенностей синхронного перевода и механизмов, обеспечивающих одновременность процессов восприятия исходного сообщения и порождения текста перевода.

Синхронный перевод — один из сложнейших видов перевода. Это связано с психолингвистическими особенностями данной речевой деятельности, в том числе особенностями восприятия поступающего сигнала, функционирования памяти на различных этапах обработки лингвистической информации, спецификой порождения высказывания на языке перевода, а также особенностями контроля генерируемого переводческого решения [1, с. 16].

Главное отличие синхронного перевода от других видов перевода заключается в параллельности восприятия речи оратора и порождения речи на ПЯ. Это определяет другие особенности данного вида перевода и, в первую очередь, жесткий лимит времени: на перевод синхронному переводчику отводится лишь период произнесения речи оратором. Это время в два раза меньше того, которым располагает переводчик при последовательном переводе. Следовательно, непременным условием успешности работы синхрониста является наличие у него большого запаса эквивалентных пар лексических единиц, связанных между собой знаковой связью, позволяющих переводить не через анализ и синтез (т. е. мышление), а через условные рефлексы, т. е. на уровне «стимул-реакция». Синхронному переводчику также навязывается темп перевода, который должен соответствовать темпу произнесения речи оратором. Кроме того, особенностью синхронного перевода является так называемый посегментный характер: синхронный переводчик переводит текст по сегментам по мере их поступления, тогда как при последовательном переводе переводчик сначала прослушивает весь текст [4, с. 1; 9, с. 6].

Работа переводчика в условиях одновременного слушания и говорения требует постоянной концентрации внимания и непрерывного говорения. Возникает ситуация раздвоения внимания, вызванная необходимостью постоянно сопоставлять два языка и переключаться с одного кода на другой.

А. Ф. Ширяев предложил психолингвистическую модель синхронного перевода, в которой перевод рассматривается как деятельность, состоящая из последовательных взаимосвязанных действий. Каждое действие состоит из трех фаз: фазы ориентирования в условиях очередной переводческой задачи и поиска решения, фазы осуществления и фазы контроля [9, с. 16]. Рассмотрим эти фазы более подробно.

Первая фаза действия подразумевает ориентирование в условиях переводческой задачи. Если в качестве примера рассмотреть ситуацию применительно к деятельности переводчика на международном конгрессе политических деятелей, то на основе знания международной обстановки, истории подготовки и созыва конгресса, целей участников, политики страны, которую представляет оратор, и других факторов переводчик строит в своем сознании вероятностную модель ораторской речи, которую ему предстоит переводить.

С началом речи оратора переводчик воспринимает начальный отрезок исходного текста, составляющий условия первой переводческой задачи, выделяет ориентиры, характеризующие его смысловое содержание и языковую форму. Таким образом, переводчик накапливает информацию для поиска переводческого решения. Если преднастройка переводчика к первому действию была адекватной и достаточно детализированной, то происходит идентификация исходного отрезка, и переводчик приступает к выбору решения из ряда заготовленных. Если же прогноз оказался не полным или не совсем точным, то переводчик на основе выделенных ориентиров, своего прежнего опыта и имеющихся знаний совершает поиск решения. С принятием решения первая фаза действия заканчивается.

Вторая фаза действия (фаза осуществления) заключается в завершении порождения отрезка текста на языке перевода в соответствии с принятым решением. В ходе второй фазы переводчик развертывает во внешней речи фрагмент высказывания на языке перевода, сконструированный или выбранный из ряда заготовленных во время первой фазы действия. Первая и вторая фазы переводческого действия характеризуются скоротечностью. Их продолжительность исчисляется долями секунды или несколькими секундами.

Третья фаза действия (фаза контроля) заключается в оценке переводчиком правильности выполнения перевода. Эта фаза значительно растянута по времени, так как переводчик может удостовериться в правильности принятого решения лишь после восприятия нескольких высказываний оратора.

Параллельно с поиском решения и осуществлением первого действия переводчик вынужден приступить к ориентированию в условиях следующей, второй переводческой задачи. Таким образом, первая фаза второго переводческого действия началась в тот момент, когда первое действие находилось на подступах к своей второй фазе. Поиск переводческого решения во втором действии совершался позднее — параллельно с окончанием второй фазы первого действия. Что же касается фазы осуществления второго действия, то она последовала за фазой осуществления первого действия. Фаза контроля второго действия последовала в свою очередь за фазой осуществления того же действия, развертываясь параллельно с фазой контроля предыдущего действия. Третье и последующие переводческие действия протекают по аналогичной схеме и сочленяются с предшествующим действием таким же образом, каким второе действие сочленяется с первым.

В процессе синхронного перевода слушание и говорение представляют собой две стороны диалектического единства, противоборствующие и «мешающие» друг другу, но составляющие единое целое [1, с. 19]. На основании существования режима одновременного осуществления восприятия и говорения в синхронном переводе возникает вопрос, какими механизмами обеспечивается эта одновременность.

Первый из них — это механизм вероятностного прогнозирования. Суть данного механизма состоит в том, что в процессе слухового восприятия речи переводчик выдвигает гипотезы о том или ином смысловом или вербальном развитии или завершении намерений автора [6, с. 330]. Выдвижение таких гипотез осуществляется на основе подсознательной субъективной оценки вероятностей дальнейшего развития данной смысловой или вербальной ситуации. В ходе перевода переводчик развивает и уточняет эти представления, постоянно выдвигает предположения о синтаксических структурах высказываний и их лексическом наполнении, уточняет свои гипотезы с помощью ориентирования в речи оратора. Непрерывное вероятностное прогнозирование речи оратора сразу на нескольких уровнях облегчает работу переводчика, так как заранее настраивает его на решение непрерывно появляющихся переводческих задач, позволяя опознавать их по отдельным признакам вместо полного восприятия их и анализа [7, с. 128; 9, с. 65].

Б. Штайер в статье «О механизме синхронного перевода» высказывает мнение о том, что смысловая гипотеза не может являться основным рычагом в механизме синхронного перевода. Данное положение он аргументирует тем, что переводчикам часто приходится обслуживать научные конференции, на которых обсуждаются вопросы совершенно непонятные переводчику. Однако автор признаёт, что «проектирование» имеет место в отношении структуры предложения. Спроектировать структуру фразы перевода можно, как правило, в самом начале, иногда даже с первого слова предложения оригинала. На основании одного только слова, произнесённого с нужным выражением (например, «Полагая, …». или «Разве …?»), переводчик уже составляет модель всего предложения, а заполняется она словами и оборотами, получаемыми от докладчика [10, с. 103].

Следующим способом создания механизма синхронизации является речевая компрессия. Речевая компрессия — это способ уменьшения слоговой величины текста без нанесения существенного ущерба выполнению коммуникативной задачи оратора [3].Речевая компрессия становится возможной благодаря информационной избыточности речи. А. Д. Швейцер полагает, что компрессия текста достигается посредством опущения избыточных элементов высказывания, элементов, которые могут быть восполнены из внеязыковой ситуации и контекста коммуникации, а, кроме того, посредством использования более компактных форм выражения [8, с. 152].Явление компрессии в синхронном переводе вытекает из ряда лингвистических и психологических закономерностей передачи речевых сообщений, когда пересказывается ядро исходного высказывания, несущее существенную для понимания информацию, а детали сообщения, выраженные второстепенными членами, теряются при перекодировании.

Речевая компрессия осуществляется с помощью ряда приёмов. Первым, самым распространенным приёмом речевой компрессии является устранение из текста отрезков, несущих информацию, которая восполняется экстралингвистической ситуацией общения. Второй прием заключается в устранении из текста отрезков, которые дублируют по содержанию предшествующие высказывания оратора. Третий прием речевой компрессии состоит в устранении из текста формул вежливости, отступлений от темы, некоторых эпитетов и причастных оборотов. Также числовые данные, даты и имена собственные могут в отдельных случаях не нести существенной смысловой нагрузки (к примеру, выступая иллюстрацией к некоему тезису, выдвинутому оратором), и в таких случаях переводчик может пожертвовать ими в процессе перевода. В условиях дефицита времени опущение подобных элементов высказывания представляется вполне оправданным [5, с. 62; 3].

Следующий механизм, позволяющий переводчику воспринимать и понимать речь оратора в периоды произнесения текста на ПЯ, назван А. Ф. Ширяевым механизмом слухового узнавания речевых образов.В условиях обычной речевой деятельности восприятие и понимание речи происходит на основе узнавания слов и словосочетаний при скрытом артикуляционном воспроизведении речевых сигналов. В синхронном переводе в периоды произнесения текста на языке перевода участие речедвигательного анализатора в узнавании речевых сигналов на исходном языке чрезвычайно ограничено. Ограниченность возможностей использования речедвигательного кода для перевода речи оратора на свой внутренний язык побуждает переводчиков использовать новый субъективный код, который формируется в ходе тренировки, как правило, без осознания этого явления переводчиком. Основу функционирования этого кода составляют узнавание слов и словосочетаний лишь на основе их слуховых образов без встречного артикуляционного воспроизведения про себя, а также удержание в сознании полученной информации в виде зрительных и слуховых ощущений. Поэтому в ходе синхронного перевода многие переводчики отмечают у себя возникновение смутных зрительных ощущений, соответствующих описываемым в речи оратора явлениям [9, с. 66].

Действие механизма слухового узнавания речевых образов без их артикуляционного воспроизведения дополняется у некоторых переводчиков использованием микропауз в собственной речи для восприятия некоторых фрагментов слов на исходном языке. Произнесение речи на ПЯ с регулярными микропаузами внутри речевых звеньев делает возможным восприятие отдельных фрагментов слов при незанятом речедвигательном анализаторе [9, с. 67].

Рассмотренные в статье психолингвистические аспекты раскрывают принципы осуществления синхронного перевода и объясняют, благодаря чему становится возможным одновременное восприятие и говорение в синхронном переводе.

Литература:

  1. Андреева Н. В. Психолингвистические модели функционирования памяти при синхронном переводе // Вестник РГУ им. И. Канта, филологические науки. — 2007. — № 2. — c. 16–21.
  2. Вендина Т. И. Введение в языкознание: Учеб. пособие. — М.: Высш. шк., 2008. — 391 с.
  3. Гурин И. В. Приёмы речевой компрессии при синхронном переводе с русского языка на английский [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://rudocs.exdat.com/docs/index-88396.html (дата обращения: 10.03.2016).
  4. Дударева Н. А. О некоторых трудностях синхронного перевода // «Вестник ИГЭУ». — 2009. — № 1. — c. 68–71.
  5. Кузнецова И. Н., Метковская А. И. Механизм речевой компрессии в процессе синхронного перевода // Экология ЦЧО РФ. — 2012. — № 1 (28). — c. 60–68.
  6. Сдобников В. В. Теория перевода (учебник для студентов лингвистических вузов и факультетов иностранных языков) / Петрова О. В. — М.: АСТ: Восток — Запад, 2006. — 448 с.
  7. Чернов Г. В. Основы синхронного перевода: Учеб. для ин-тов и фак. иностр. яз. — М.: Высш. шк., 1987. — 256 с.
  8. Швейцер А. Д. Теория перевода.Статус, проблемы, аспекты. — М.: Либроком, 2009. — 216 с.
  9. Ширяев А. Ф. Синхронный перевод: Деятельность синхронного переводчика и методика преподавания синхронного перевода. — М.: Воениздат, 1979. — 183с.
  10. Штайер Б. О механизме синхронного перевода // Тетради переводчика. — 1975. — № 12. — c. 101–111.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle