Библиографическое описание:

Исахожаева Н. А. Творчество и педагогическая деятельность народного художника Узбекистана Чингиза Ахмарова // Молодой ученый. — 2016. — №5. — С. 786-791.



В статье рассматривается материал об Чингизе Ахмарове, который до сих пор чрезвычайно разрознен, малодоступен и не систематизирован. Изучается художественное наследие и его жизнь, а так же педагогическая деятельность художника,талантливого живописца, педагога, который в своем творчестве использовал синтез традиций европейского искусства, восточной эстетики и национального народного искусства.

Ключевые слова:Восточное искусство, миниатюра, монументальная живопись,художественный стиль, декоративность, настенные фрески.

In article the material about Chingiz Ahmarov which is extremely separated, inaccessible till now is considered and not systematised. The art heritage and his life, and as pedagogical activity of the artist, the talented painter, the teacher who in the creativity used synthesis of traditions of the European art, east aesthetics and national folk art is studied.

Keywords: East art, miniature, monumental painting, art style, decorative effect, wall frescos.

В искусствознании интерес к искусству XX века, в частности, к проблемам, связанным с различными художественными традициями: символизмом, академизмом, философскими традициями, импрессионизмом, фовизмом и многими другими возрастает к творчеству малоизученных художников этого времени. Важно отметить, что их вклад в художественный процесс так же важен. Среди художников внесших огромный вклад в развитие изобразительного искусства Узбекистана является талантливый живописец, педагог Чингиз Ахмаров (1912–1995), который в своем творчестве использовал синтез традиций европейского искусства, восточной эстетики и национального народного искусства. Наследие художника, обогативших своим искусством не только национальную школу, но и художественную культуру в целом. В связи с этим актуальным представляется изучение не только художественного наследия, но и жизни, а так же педагогической деятельности художника. Эволюция творчества Чингиза Ахмарова привела мастера от полотен, ставших воплощением художественных принципов монументального искусства, к уникальным по своей структуре картинам, наполненным одухотворенной сосредоточенностью. Осмысление мастером наследия восточной эстетики, сочеталось с глубоким интересом к мировой и национальной культуре. Так же одновременно, художник стремился передать свое понимание драматизма современности. Начиная с 60-х годов ХХ века, мастер вел поиски динамичной и универсальной пластической структуры, позволившей воплотить тему «связи времен, выразить целостный взгляд на мир, глубокое понимание восточной поэзии как источника жизни, исторического культурного пространства, одухотворенной и одухотворяющей среды, связанного с ней мира человека. Творчеству этого художника свойственно тяготение к монументализации, масштабности звучания, лаконизму исполнения и максимальному обобщению формы. Это вызвано его интересом к сути бытийных вопросов. Особенности изобразительного языка картин Чингиза Ахмарова близки принципам традиционного орнаментального искусства. Это проявляется в плоскостности полотна, в ритмически построенных и максимально обобщенных композиционных мотивов, в изысканности цветовых пятен, соотношении масс по принципу позитива-негатива, динамики в статике. Как бы ни были индивидуальны особенности каждой картины Чингиза Ахмарова, их всегда объединяет общее: декоративность, изысканная цветовая наполненность и жизнерадостность, колористическая согласованность деталей, орнаментальная узорчатость, гармония с окружающим пространством. Художественный стиль Чингиза Ахмарова характеризуется также своим пониманием композиции: она всегда строится иконографически, на сдержанных локальных фонах, во взаимодействии с окружающими атрибутами, а иногда и человеком.

Его творческие работы были хорошо известны и при жизни, также являлись яркой страницей в искусстве Узбекистана и стали неотъемлемой частью художественной жизни нашей страны.

Об этом своеобразном мастере писали известные художественные критики, искусствоведы: Р. Такташ [6], Л. Шостко, Л. Жадова, Л. Лаковская [2], А. Хакимов, Р. Еремян, Н. Абдуллаев, Н. Ахмедова [3], А. Эгамбердыев [7]. В ряде случаев, по силе декоративного таланта, его ставили в один ряд с выдающимися мастерами — Рафаэлем Санти, Микеланджело Буонаротти.

В настоящее время имя Ч.Ахмарова очень популярно, и прежде всего, за рубежом. В отечественном искусствознании о творчестве Чингиза Ахмарова найти информацию в настоящий момент довольно трудно. И даже в таких фундаментальных трудах по изобразительному искусству как книги «Искусство Советского Узбекистана (1917–1972) (1976), “Жанровая живопись Узбекистана” А. Эгамбердыева” [7] очень мало упоминается имя этого художника. Существующий материал об Ч. Ахмарове до сих пор чрезвычайно разрознен, малодоступен и не систематизирован, можно сказать, что даже отсутствует.

Необходимость подробного рассмотрения искусства этого самобытного художника назрела давно. Художник оставил обширное наследие в виде станковой живописи, это уникальные настенные росписи выполненные в разные годы на стенах государственных учреждений — Институт востоковедения имени Бируни, музей литературы и искусства имени А. Навои, научно-исследовательский институт искусствознания и многие другие).

Ахмаров Чингиз Габдурахманович родился 18 августа 1912 года в Троицке, ныне Челябинская область, в интеллигентной, образованной татарской семье.

В семье Ахмаровых было 11 детей, отец его, Габдурахман-ходжи, служил поверенным в делах у богатого купца Гали Уразаева. По долгу службы он постоянно посещал Казань, Петербург, Москву, Оренбург, Нижний Новгород, Прибалтику и путешествовал по странам Ближнего Востока и Саудовской Аравии, Турции, Египту, Туркестану. В этой семье знали и любили историю, народное художественное творчество, литературу и искусство Востока, и прививали это чувство будущему художнику. В доме была большая богатая библиотека рукописных и литографированных книг.

Маленький Чингиз рано овладел грамотой. Он легко читал и писал как на арабском языке, так и на фарси. Все свободное время мальчик рисовал. Ничего не упускал его зоркий глаз. Когда с братьями они бегали купаться на речку, маленький художник, сидя на песчаном берегу, тонкой тростинкой рисовал сказочные дворцы, райские сады, лица и фигуры друзей семьи, отца, матери и братьев. Он старался передать особенности лиц людей и пластику их фигуры. Набегающая волна смывала рисунок, а Чингиз снова принимался за свое любимое занятие.

Наблюдая за тем, как старательно рисует Чингиз, отец привез ему однажды из очередной поездки самый дорогой подарок. — Вот сынок тебе бумага, краски и кисточки. Думаю, из тебя получится хороший художник, потому что ты во всем подмечаешь красоту. Дай бог, чтобы это умение видеть и ценить прекрасное, осталось с тобой на всю жизнь!.. — он обнял сына.

— Спасибо… Я… буду художником, как… — сердце мальчика часто стучало. — Как… Боттичелли! — тихо произнес он.

Когда Чингиз учился в пятом классе, в Троицк с инспекцией приезжает из Москвы заведующий отделом школ восточных народов Комиссариата просвещения — Хабиб Зайни-ага Халилов, до революции окончивший Стамбульский университет. Чингиз, к тому времени не выпускавший карандаш из рук, нарисует портрет инспектора, и рисунок настолько понравится гостю, что он решит забрать мальчика с собой в Москву немедленно. Но родители не решились отпустить сына одного в далекую Москву.

Волна октябрьской революции, а вслед за ней коллективизации докатилась и до Троицка. Настали тревожные времена… Новая власть, требует добровольно отдать государству все то, что нажили за долгие годы. Отец принял решение…уехать отсюда… В далекий Туркестан. Вскоре продали дом, библиотеку и глубокой осенью 1927 года Ахмаровы, покинув родные места, перебрались в Карши, а затем в Самарканд. Перед Чингизом словно распахнулись врата сказочного города, о котором он мечтал с детства. Этот город древней культуры своей кипучей жизнью, многоцветием красок, красотой архитектуры, богатством орнаментов поразил воображение будущего художника. Желание рисовать, передать всю прелесть увиденного, не оставляло его ни на минуту. Наслаждаясь красотой города, загорелыми лицами мужчин, одетые в национальные халаты с чалмой на голове, и женщин в ярких платках он рисовал, писал, делал зарисовки.

Впоследствии художник вспоминал о замечательных годах учебы: «Художественное училище научило меня основам искусства, дало путевку в жизнь. Но подлинным и основополагающим началом моего формирования как художника стал Самарканд!»

В 1927 году Чингиз Ахмаров поступает в Пермский художественный техникум и учится там до 1931 года. В 1931 году Чингиз Ахмаров успешно оканчивает Пермский художественный техникум. Учась в Пермском художественном техникуме, все каникулы Чингиз проводит в Самарканде. В мае 1934 года двадцатидвухлетний Чингиз Ахмаров приезжает в Ташкент, и устроится художником в редакцию газеты «Колхозный путь».

Приехав в Ташкент, Ч. Ахмаров сближается с А. Волковым, Н. Караханом, А. Подковыровым и У.Тансыкбевым, — каждый из этих художников был яркой, неповторимой индивидуальностью. Особенно близкими ему творческие устремления У. Тансыкбаева — «главы узбекистанских колористов». «На меня произвели большое впечатление произведения Урала Тансыкбаева, — вспоминает Ахмаров, — яркое воплощение его темперамента и профессионального мастерства. Они воспринимались как симфония».

В шестьдесят восьмом году, художник создал в Самарканде серию монументально-декоративных панно для интерьера здания музея Улугбека вблизи обсерватории великого ученного. За основу сюжета росписи Ч. Ахмаров взял сцену обсуждения Улугбека с зодчими проекта обсерватории и состязания поэтов, где он изобразил ученного не только как правителя, а также покровителя науки и почитателя искусств. По окончании работ в Самарканд приехала комиссия из Москвы. Они прошлись по залам, посмотрели фрески. Их внимание привлекла надпись на арабском языке, что по тем временам было не допустимым, так как это приравнивалось религиозному истолкованию. Комиссия категорически в приказном тоне посоветовала избавиться от надписей. И рабочие с большим усердием тут же принялись соскабливать краску. Чингиз Ахмаров, наблюдавший за этим бесчинством, сжал ладони в кулаки, но промолчал. Через несколько дней, он заново все восстановил. Позже мастер расписал банкетный зал ресторана-чайханы «Юлдуз», где в историческом полотне воспел древний, вечно прекрасный город — Самарканд. Вернувшись в Ташкент, Ч. Ахмаров завершил стенную роспись вестибюля здания Института востоковедения им. Беруни, где хранятся крупнейшие коллекции рукописей, вобравших в себя бесценные сокровища культуры народов Востока, дошедшие до наших дней. Это и определило тематику фрески, главным содержанием которой, стала ода созидательной, вечной, как природа, силе человека-творца.

В 1935 году Ч. Ахмаров твердо решает поступить в Художественный институт в Ленинграде и посылает туда документы и конкурсные работы, но его не приняли — слишком велик был конкурс. Тогда он поехал в Москву со своими отвергнутыми работами и направился к художникам Льву Бруни и Владимиру Фаворскому, о котором был много наслышан в Самарканде и в Ташкенте. Познакомившись с известным графиком В.Фаворским, показал ему свои работы. Тот внимательно с интересом изучил материал, а затем сказал: — Молодой человек, думаю, что вам придется поступать на второй курс художественного института. Ахмаров попал на монументальный факультет, которым руководил И.Грабарь — блестящий знаток истории зарубежного искусства. Так он становится студентом Московского художественного института, а затем там же учится в аспирантуре. Война с фашистской Германией полностью нарушила планы людей. Когда немецкая армия окружила Москву студенты, педагоги, как и все жители вышли на оборону Москвы: они рыли траншеи, тушили фугаски, на крышах. И среди них был Чингиз со своими друзьями-однокурсниками. Чингиз рвался на фронт, но врачебная комиссия не допустила его из-за слабого слуха, — результат осложнения после перенесенной в детстве простуды.

В то время Суриковский художественный институт временно обосновался в Самарканде. Чингиз Ахмаров в бригаде с другими художниками ездил по городам и кишлакам. Он рисовал множество портретов женщин, которые отправляли их своим мужьям на фронт.

В 1942 году дипломной работой Чингиза Ахмарова стала композиция — триптих «Меч Узбекистана». В центре на переднем плане художник изобразил молодого воина, принимающего из рук отца меч. Рядом стоящая мать, благословляет сына на борьбу с врагом. Чуть поодаль молодая женщина с ребенком на руках ждет прощания с мужем. А дальше стоят новобранцы с тревогой наблюдающие эту сцену. И конь, нетерпеливо бьющий копытом, вот-вот готовый ринуться со своим хозяином в бой. Чингиз Ахмаров не раз был свидетелем таких драматических эпизодов происходивших во многих семьях тех военных лет. Триптих «Меч Узбекистана» стал основополагающим в творчестве Ахмарова в создании образов легендарных героев, воспевающих силу и душевную красоту народа. В 1942 году Чингиз Ахмаров оканчивает институт, уже переименованный в институт имени В.Сурикова. В институте его педагогами были такие выдающиеся мастера как В.Фаворский, Н. Чернышев, Л. Бруни, ученик И.Репина — Ф.Шемякин. Являясь собой живое воплощение органической связи прогрессивного русского искусства с новым искусством, они стали для Ахмарова примером беззаветной преданности искусству, его высоким идеалам, примером подлинного художника-гражданина.

Первой яркой страницей творчества Ч. Ахмарова как монументалиста, новым в подлинном смысле этого слова монументальным произведением художника стали фрески, украсившие стены фойе театра оперы и балета им. А. Навои в Ташкенте. Автор этого уникального сооружения академик архитектуры А. Щусев, стремившийся использовать в декоративном убранстве театра, особенно в интерьерах, все лучшее из национального наследия узбекского народа, искал для исполнения фресок художника глубоко знающего культуру и искусство узбекского народа, творчество народных мастеров, зодчих, разбирающегося в тонкостях национального своеобразия. Кроме того художник должен бил хорошо знать творчество А.Навои, ибо, по замыслу зодчего, тематическая канва фресок должна быть соткана из сюжетов поэм великого Навои. Работая над росписями, Ахмаров столкнулся с проблемой поиска нового пластического языка, основанного на традициях Востока. Началось углубленное исследование истории, миниатюры, фольклора и поэзии А.Навои. В течение 4-х лет работы (1944–1948) художник создал восемь композиций. Четыре однофигурных фрески украсили фойе первого этажа, каждая из них решена как образ прекрасной юной девушки, олицетворяющих музыку, живопись, поэзию, танец. Фрески в фойе второго этажа посвящены кульминационных эпизодам поэм Навои «Фархад и Ширин», «Лейли и Меджнун», «Стена Искандера», и «Семь красавиц» из прославленной «Пятерицы». Сохранив дух поэзии, глубоко проникнув в существо образов, художник дает свое прочтение, свою интерпретацию его произведений. Декоративность композиций, изысканность, изящество, музыкальность рисунка, преобладание плоскостной трактовки объемов изображаемого и многие другие изобразительные средства, идущие от классических образцов, среднеазиатской миниатюры, обогащены, приемами опытом европейской живописи, осмыслены художником с позиции современного искусства. Все эти особенности фресок помогли органически ввести их в интерьер театра, и если резной декор служит их великолепным обрамлением, то сами фрески выглядят словно драгоценные камни, оправленные изысканным узором. Одну из последних росписей «Согдийская свадьба» Ч. Ахмаров сделал в кафе-баре завода «Ташкенткабель», расположенного в горной местности зоны отдыха недалеко от Ангрена в 1976 году. По преданию глубокой древности, здесь останавливались войска легендарного Александра Македонского. Ч. Ахмаров использовал эту легенду и взял для сюжета один из эпизодов жизни людей древней Согдианы. Эта фреска стала результатом кропотливой, долгой и вдумчивой работы художника. Он нарисовал десятки эскизов, в которых разработал композицию, сюжет, цветовой образ. Изучил и собрал материалы по костюмам, аксессуарам, обстановке, типажам персонажей. Это произведение было пронизано идеей счастливой жизни, гостеприимства, мира и дружбы между народами.

Имя Чингиза Ахмарова (1912–1995) ассоциируется с непревзойденным мастерством, своеобразным стилем и богатым наследием национального искусства. Его творчество занимает одно из ведущих мест среди других блистательных мастеров культуры Узбекистана, оно и по сей день радует взоры жителей и гостей страны, которые любуются его работами на станции метро «Алишер Навои», в институтах востоковедения и искусствознания в Ташкенте. Монументальные росписи Чингиза Ахмарова украшают такие известные сооружения, как санаторий «Узбекистан» в Сочи, мозаика «Дружба народов» на станции метро «Киевская» в Москве, и многие другие.

Кандидат искусствоведения Чингиз Ахмаров долгие годы преподавал в Республиканском художественном колледже (бывшее училище имени П. Бенькова) и в Государственном институте искусств Узбекистана, воспитав много талантливых художников страны. В 1964 году он удостоился звания народного художника Узбекистана, а в 1997 году был посмертно удостоен ордена «Буюк хизматлари учун» («За великие заслуги»).

Литература:

  1. И. А. Каримов.На пути духовного совершенства. — Т: Узбекистан. 1998.
  2. И. А. Каримов.Узбекистан на пороге достижения независимости.-Т.:Узбекистан,2011 г.
  3. Н.Ахмедова “Живопись Центральной Азии ХХ века: традиции, самобытность, диалог”. Т. 2004.
  4. В. Л. Лаковская. Послевоенная станковая живопись Узбекистана. Т. Изд. «Фан». 1991г.
  5. О. Юшкова. Плодотворность национальных традиций. «Искусство» № 6–1988. с.11
  6. Р.Такташ. Художественно-критические этюды. Т.: Санъат, 1992.
  7. Эгамбердыев А. Жанровая живопись Узбекистана. Т.: Изд.-во. Гафура Гуляма, 1988. 148 стр.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle