Библиографическое описание:

Обметкина П. А. Проблема нравственности в современном обществе (на примере рассказов В.М. Шукшина) // Молодой ученый. — 2016. — №4.1. — С. 43-46.



Проблема нравственности остро стоит в современном обществе. Проблему чести, справедливости решают герои рассказов В.М. Шукшина, что ярко передано в процессе речевого общения героев. Главные герои рассказов являются людьми морали, верными нравственным традициям русского народа.

Ключевые слова: общечеловеческие ценности, национальная культура, русский язык, родная речь, духовно-нравственное развитие.

В конце XX века, говоря словами Р.М. Фрумкиной, «открылся своего рода тупик: оказалось, что в науке о человеке нет места главному, что создало человека и его интеллект, культуре» [3, с.104], хотя всё языкознание пронизано культурно-историческим содержанием, ибо своим предметом имеет язык, который является условием, основой, продуктом и носителем культуры.

Филолог, исследователь языка, М.М. Бахтин сказал: «Жизнь по своей природе диалогична. Жить - значит участвовать в диалоге: вопрошать, внимать, ответствовать, соглашаться и т.п. В этом диалоге человек участвует весь и всею жизнью: глазами, губами, руками, душой, духом, всем телом, поступками. Он вкладывает всего себя в слово, и это слово входит в диалогическую ткань человеческой жизни…» [1, с. 337]. Диалог не может ограничиваться лишь формой общения между людьми, он является и средством культурно-информационного обмена, через которое строится понимание (или непонимание) нравственных ценностей человека.

В большинстве случаев человек имеет дело не с самим миром, а с его репрезентациями, с картинами и моделями, мир предстаёт сквозь призму языка и культуры народа, который видит этот мир. Выдающийся мыслитель М.Хайдеггер считал именно язык, а не природу и окружающий мир первосущностью, «домом бытия» человека, ибо язык не только отражает, но и создает ту реальность, в которой живёт человек.

Язык отражает духовную сущность народа и отдельного человека. Без сохранения национального языка невозможно сбережение культурного пласта. «Сохраняя родную речь, обращаясь к историческим корням, народ тем самым сохраняет память о себе и своих предках» [2, с. 87], - утверждает Д.С. Лихачёв.

В связи с введением компетентностного подхода к изучению русского языка, формирование культуроведческой компетенции в преподавании русского языка становится одним из важнейших средств духовно-нравственного развития школьника, формирования его национального самосознания и становления системы общечеловеческих ценностей. Культуроведческая функция русского языка позволяет реализовать обучение русскому языку в контексте родной культуры. Это значит изучать русский язык – язык русского народа, говорящего о добре и зле, о долге, о смысле жизни; изучать язык мысли, переданный в русских пословицах и поговорках; язык русских поэтов и писателей, передающих национальную культуру в слове.

На современном этапе развития школьного образования особую значимость приобретает проблема развития культуроориентированной личности. Процесс глобализации, развитие информационных и компьютерных технологий могут привести к отходу от национальных ценностей и традиций. В этих условиях, благодаря своей кумулятивной функции, язык становится средством обогащения духовно-нравственного мира школьника и приобщения его к ценностям русского народа.

Неиссякаемым источником и кладовой души, сущности русского народа является литературное творчество Василия Макаровича Шукшина.

Его произведения замечательны тем, что не замкнуты в границы лишь деревенской темы, в них нашли выражение социальные, духовные, нравственные интересы современного общества.

Характерной особенностью стиля писателя является использование диалога; в процессе общения героев раскрываются нравственные основы человека, глубоко и правдиво раскрывается не только личность, но и атмосфера, среда, повлиявшая на становление того или иного характера, на речевое поведение.

Диалог – это самая распространённая форма общения героев произведений В.М. Шукшина. Именно диалог занимает собой практически всё пространство его рассказов. Помогая читателю понять характерные свойства межличностного общения шукшинских геров, диалог выполняет эстетико-коммуникативную функцию и является своеобразным раскрытием характеров, находящихся во взаимосвязи, чаще всего – в ситуации конфликта.

Так, в рассказах «Обида» и «Мой зять украл машину дров!» диалоги являются основным показателем и источником индивидуальных свойств характеров героев, отражают особенности мировосприятия и ценностные ориентиры.

Рассказ «Обида» начинается с обыденной житейской ситуации, но её серьёзность выражена в первой строке рассказа: «Сашку Ермолаева обидели». Обидела Сашку Ермолаева продавщица, подумав, что это он устроил в магазине пьяный дебош. Эта женщина, грубиянка, злая натура, что становится очевидным из диалога с главным героем рассказа Александром Ермолаевым: «Она спросила строго, зло:

Ну, как — ничего?

—Что «ничего»? — не понял Сашка.

Помнишь вчерашнее-то?

Сашка удивленно смотрел на тётю…

Чего глядишь? Глядит! Ничего не было, да? Глядит, как Исусик…» [5:85].

«Почему-то Сашка особенно оскорбился за этого «Исусика»» и вступил в диалог:

Слушайте, — сказал Сашка, чувствуя, как у него сводит челюсть от обиды. — Вы, наверно, сами с похмелья?.. Что вчера было?

Теперь обиделась тётя. Она засмеялась презрительно:

— Забыл?

Что я забыл? Я вчера на работе был!

— Да? И сколько плотют за такую работу? На работе он был! Да ещё стоит рот разевает: «С похмелья!» Сам не проспался ещё.

Сашку трясло от обиды. Тут же к разговору подключился человек в плаще, он из того же ряда героев, что и продавщица, которые готовы наброситься на человека и «разорвать» своей эмоциональностью и напором:

- Слушайте, – двинулся к нему Сашка, – хочу поговорить с вами…

Плащ остановился, недобро уставился на Сашку.

- О чём нам говорить?

- Почему вы выскочили заступаться за продавцов? Я правда не был вчера в магазине…

- Иди, проспись сперва! Понял? Он будет ещё останавливать… «Поговорить». Я те поговорю! Поговоришь у меня в другом месте!

- Ты что, взбесился?

- Это ты у меня взбесишься! Счас ты у меня взбесишься, счас… Я те поговорю, подворотня чёртова!».

Для правильного восприятия и понимания речи собеседника необходима близость мировосприятия говорящего и слушающего, настроенность на мир друг друга. Л. П. Якубинский определил это как близость апперцепционной базы говорящих [6:34].

Главный герой произведения, с одной стороны, и «стенка из людей», с другой, представлены контрастно. У них совершенно разное понимание жизни, и моральные ценности не имеют ничего общего.

Внутренний монолог главного героя «подхватывает» его внешние размышления: «Ведь — мужик, долго жил… И что осталось от мужика: трусливый подхалим, сразу бежать к телефону — милицию звать. Как же он жил? Что делал в жизни? Может, он даже и не догадывается, что угодничать — никогда, нигде, никак — нехорошо, скверно. Но как же уж так надо прожить, чтобы не знать этого? А правда, как он жил? Что делал?».

Герой Шукшина всегда находится на страже собственного достоинства. Странная всеобщая нравственная глухота, агрессивность постепенно доводят Сашку до того состояния, в котором можно совершить преступление, «вбить» свою правду молотком в голову человеку, который не слышит и не хочет слышать.

Вопрос, который мучает героя больше всего: «Что такое творится с людьми?» Обида заставляет его думать о справедливости жизни, нравственных проблемах людей и возможностях их решения. Внутренний монолог Сашки является нечто большим, чем просто рассуждение и поиск ответа на волнующие вопросы, он содержит философию смысла жизни человека.

В другом произведении В. М. Шукшина «Мой зять украл машину дров!» автор так же поднимает проблему нравственности человека, его порядочности.

В данном рассказе по совести действует только Веня Зяблицкий, «маленький человек, нервный, стремительный», который иногда и «срывается» на словах, но в деле всегда ищет правду и справедливость. А его тёща Лизавета Васильевна, у которой есть навязчивое желание – засадить за решётку всех своих мужей и зятьёв, озлоблена, жестока и не имеет чувства жалости и сострадания, такой вывод можно сделать, основываясь так же на речи героев:

«- Молчать! - строго осадила Лизавета Васильевна.- А то договоришься у меня!.. Молокосос. Сопляк.

Веня взмыл над землей от ярости... И сверху, с высоты, окружил ястребом на тещу.

- А ты чего это голос-то повышаешь?! Ты чего тут голос-то повышаешь?! Курва старая...

- Ох, молодой...- воскликнула она.- Да тебе двадцать восемь, а от тебя уж козлиным потом пахнет.

Теща, напротив, поняла, что за это уже можно сажать.

- Так... Как ты сказал? Курва? Хорошо! Курва?.. Хорошо. При свидетелях.-Она побежала в горницу - писать заявление в милицию.- Ты у меня получишь за курву! - громко, с дрожью в голосе говорила она оттуда.- Ты у меня получишь!..» [3:96].

В ходе диалогического общения героям приходится «проигрывать» широкий репертуар ролей. Диалог является способом раскрытия «речевой маски», традиционно понимаемой в качестве характеристики внешнего своеобразия речи и отражающей индивидуальные особенности речевого поведения персонажей [4:36].

Весь разговор героев сводится к угрозам тёщи засадить Веньку в тюрьму:

«- Поса-адим,- опять с дрожью в голосе пообещала тёща. И ушла писать заявление. Но тотчас опять вернулась и закричала: - Ты машину дров привез?! Ты где ее взял?! Где взял?!

- Тебя же согревать привез…

- Где взял?! - изо всех сил кричала Лизавета Васильевна.

- Купил!

- На какие деньги? Ты всю получку домой отдал! Ты их в государственном лесу бесплатно нарубил! Ты машину дров украл!».

Веня Зяблицкий не понимает поведения своей тёщи, злость и обида на неё только усиливаются: «Вот же ж тварь,- думал он,- посадит и глазом не моргнет. Сколько злости в человеке! Всю жизнь жила и всю жизнь злилась. Курва... На какой черт тогда и родиться такой?».

Веня пытается, но не может понять и судью, человека равнодушного к судьбе Вени: «…спокойный, умный, веселый... И доказывает, доказывает, доказывает - надо сажать. Это непостижимо. Как же он потом... ужинать будет, детишек ласкать, с женой спать?..». Внутреннее рассуждение главного героя произведения перекликается с монологом Сашки Ермолаева из предыдущего рассказа. Переживания Веньки Зяблицкого так же философичны, глубоки и направлены на поиск нравственных основ в человеке.

Страх, унижение и чувство обиды сначала подавляют собственное достоинство героя Шукшина, но врождённая внутренняя сила, истинное чувство правды, справедливости заставляют Веньку преодолеть «барьер» боязни за себя. Его внутренняя речь, размышления приобретают глубоко философский характер

В. М. Шукшина интересовал человек, имеющий крепкую нравственную платформу. Писатель верил в неискоренимость в русской душе совести, доброты, справедливости. Вопреки времени, преодолевая его давление, герои Шукшина остаются людьми, верными самим себе и нравственным традициям своего народа.

Литература:

  1. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества [Текст] // М.М. Бахтин.- М.: Искусство, 1986. – 445 с.
  2. Лихачев Д.С. Раздумья о России.- СПб.: Logos, 1999.-672 с.
  3. Фрумкина Р. М. Лингвистика в поисках эпистемологии // Лингвистика на исходе XX века: Итоги и перспективы: Тезисы Международной конференции. - М., 1995. -Т. II. - С. 104 – 115.
  4. Хисамова Г.Г. Функции диалога в художественном тексте // Российский гуманитарный журнал, № 1, Т. 4. – Социально-гуманитарное знание, 2015.
  5. Шукшин В.М. Полное собрание рассказов в одном томе. – Эксмо, 2012. – 1130 с.
  6. Якубинский Л.П. Избранные работы. Язык и его функционирование. - М., 1986. – 206 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle