Библиографическое описание:

Чекалина Т. В., Албанский В. В. Перспективы языковой ситуации во франкофонных государствах Африки: развитие мультилингвизма и сохранение национальной идентичности (на примере Республики Бурунди) // Молодой ученый. — 2016. — №2. — С. 931-934.



 

Одной из актуальных задач языковой политики в современном мире является гармоническое развитие многоязычных обществ, которые возникли в результате колониальных завоеваний или же формируются миграционными потоками и нарастающими глобализационными процессами.

Глобализация предполагает, как справедливо отмечает Т. П. Смирнова, постоянное использование нескольких языков, т. к. её основным элементом является взаимопроникновение материальных и духовных составляющих различных культур. Важным условием взаимопроникновения культурных ценностей разных этносов является овладение языками [5, с. 84].

В связи с этим в настоящее время активно развиваются научные исследования различных аспектов мультилингвизма [1,4,5,6,7].

В общепринятом понимании мультилингвизм как языковая ситуация — это сосуществование и использование нескольких языков в языковом сознании и речевой деятельности внутри определённой этнической общности или административно-территориального объединения.

Данная работа представляет часть комплексного социолингвистического исследования функционирования территориальных вариантов французского языка в условиях языковой ситуации мультилингвизма. Страны Африки дают в этом отношении богатый материал для наблюдений. Сложность языковой ситуации в каждой отдельно взятой стране и на континенте в целом, своеобразие социально-географических условий функционирования европейских языков и языков межнационального и межгосударственного общения в странах, где они не являются родными языками абсолютного большинства населения — всё это способствует тому, что европейские языки, в том числе французский, развиваются в контакте с автохтонными языками, подвергаясь постоянному воздействию с их стороны [3, с.182].

В настоящей статье анализируется языковая ситуация в Республике Бурунди, систематизируются взгляды различных учёных и общественных деятелей по вопросам языковой политики и роли французского языка в данном государстве.

Следует отметить, что все эти аспекты не часто оказывались в фокусе интереса отечественной романистики и социолингвистики, что позволяет говорить о перспективе подобных исследований.

Известно, что Республика Бурунди — небольшое государство в Восточной Африке, в прошлом часть Руанды-Урунди, территории, находившейся под управлением Бельгии. С 1962 г. это — независимое государство. В Бурунди различают две основные этнические группы. Самая многочисленная (81 % населения) — хуту (или бахуту), тутси (батутси или ватутси) составляют примерно 14 % населения. Название государства переводится как «земля говорящих на языке рунди» [2, с. 382–384].

И действительно, независимо от этнического происхождения рунди (или кирунди) используют в общении все граждане страны, это один из двух государственных языков республики.

М. Мазуниа, директор Центра преподавания языков в Университете Бурунди, в интервью газете “Le Temps” отмечает, что кирунди, является родным для всех бурундийцев. Не считая некоторые региональные варианты, лексические и тональные изменения, которые, однако, не мешают взаимопониманию, Бурунди можно назвать страной однородной в культурном и лингвистическом плане [12].

В начале 70-х гг. прошлого века активно проводилась политика «кирундизации» страны, которая имела целью повышение уровня грамотности населения и владения государственным языком кирунди. Начальное образование в школах ведётся на кирунди. Его изучают на всех этапах обучения и в школах, и в системе высшего образования [10, с.11–12].

Однако вполне очевидно, что языковая ситуация в Бурунди является сложной, многокомпонентной. Это объясняется известными историческими реалиями. Со времён колонизации Бельгией (после Первой мировой войны) французский язык был принят в качестве как административного, так и языка международной связи, т.н. языка-макропосредника. В настоящее время это — второй государственный язык в Республике Бурунди.

Однако французский язык в Бурунди можно охарактеризовать как слабо внедрённый. Оценивая его положение в стране, исследователи показывали коэффициент 56 %, тогда как другие страны Центральной Африки, за исключением Руанды и Чада, представляли более высокие показания. Положение французского языка в Камеруне оценивается в 62 %, в то время как эта страна официально двуязычная (английский и французский). В Демократической республике Конго (ДРК) этот показатель — 70 %, в Центральноафриканской республике (ЦАР) — 81 %, в Конго — 87 %, в Габоне — 92,5 %.

Что касается бурундийцев, говорящих на французском, то наиболее оптимистичные данные редко превышают 10 % населения страны. В сравнении, в Камеруне — 26,19 %, в ЦАР — 18,2 %, в Конго — 53,14 %, в Габоне — 63,12 %, в Чаде — 15,81 % [13, с. 2–4].

Ж. Кадлец в своей статье «Бурунди, франкофонная страна?» также подчёркивает, что положение французского языка в Бурунди менее благоприятно, чем в других франкоязычных африканских странах. Бурунди находится в переходном состоянии в вопросах языковой политики. Страна признала кирунди государственным языком и расширяет его поле использования. Французский язык остаётся доступным ограниченному меньшинству местной элиты [11, с. 189].

Третий, значительный для Бурунди язык — суахили, который в настоящее время укрепляет свои позиции в качестве регионального, транснационального. Он широко распространён в столице Бурунди — Бужумбуре. Суахили, хотя и не имеет официального статуса в стране, всё же внедрён в систему высшего образования, используется в качестве языка торговли и звучит на радио и телевидении, а также используется незначительным количеством городской молодёжи, мусульманами или иностранцами [10, с.11].

Глобальное распространение английского языка, в том числе и на Африканском континенте, а также географическая близость таких стран как Уганда, Кения, Танзания, где английский язык является официальным, объясняют возрастание статуса этого языка в Бурунди. Английский язык активно внедряется в систему образования, сферу международных отношений и СМИ [8, с.13].

Языковую ситуацию в Бурунди точно охарактеризовал президент страны П. Нкурунзиза в своём выступлении на саммите Международной организации Франкофонии (МОФ) в г. Киншаса (ДРК) в 2012 г. Он отметил, что молодёжь очень рано сталкивается с мультилингвизмом. Молодёжь использует кирунди как родной язык, французский — как язык образования, английский и суахили являются неизбежными языками связи на региональном и международном уровне. С мультилингвизмом учащиеся имеют шанс открыться Африке и миру, они располагают культурой диалога между народами и цивилизациями. Так, школа становится местом, где этот мультилингвизм и эта встреча культур берут начало у молодых поколений, внушающие им отношения толерантности, взаимное согласие и понимание между народами [9].

Также в своём выступлении П. Нкурунзиза подчеркнул важную роль французского языка для всех франкофонных африканских государств, поскольку он выступает важным элементом международных, межконфессиональных и межэтнических отношений и может иметь консолидирующее значение в процессе формирования национальной идентичности стран [9].

Следует отметить, что на саммите МОФ в г. Дакар (Сенегал) в 2014 г. было заключено «Языковое соглашение между Франкофонией и республикой Бурунди» (“Pacte linguistique entre la Francophonie et la République du Burundi”). В нём идёт речь о том, что «Бурунди <…> обязуется поддерживать и укреплять положение французского языка в стране и намеревается:

          <…> усилить обучение французскому языку на всех уровнях образовательной системы;

          <…> улучшать доступ населения к культурной продукции (книги, телепередачи и др.) и франкофонным средствам информации;

          уважать и поощрять на региональном уровне использование французского языка в международных организациях;

          осуществлять продвижение французского языка, языкового и культурного разнообразия как в стране, так и в регионе» [14].

В свою очередь МОФ берёт на себя обязательство «реализовать намеченный в рамках данного Соглашения план, используя при этом все необходимые ресурсы» [14].

Итак, надо полагать, что государство идёт именно к тому пути, о котором говорит М. Мазуниа. Бурунди следует рассматривать с точки зрения регионального интегрирования. С одной стороны, восточноафриканское сообщество, представленное главным образом англоязычными странами, таких как Уганда, Кения и Танзания, где английский язык является официальным, а суахили — транснациональным языком; с другой стороны, регион Великих озёр, с ДРК, самой большой франкоговорящей страной Африки. В Бурунди преподаются также суахили и английский язык. Это промежуточное положение, которым стоит воспользоваться. Бурунди может стать перекрёстком франкофонии в регионе [12]. Таким образом, при условии стабильной политической ситуации в стране и правильном проведении языковой политики, возможно, в будущем Бурунди станет связующим звеном между франко- и англоязычными сообществами, а также продолжит сохранять свою самобытную культуру.

 

Литература:

 

  1.      Арынгазиева Б. Б. Мультилингвизм как условие диалога культур [Электронный ресурс] — Режим доступа. — URL: http://group-global.org/ru/publication/15508-multilingvizm-kak-uslovie-dialoga-kultur (дата обращения 15.12.2015)
  2.      Большая Российская энциклопедия: В 30 т./ Председатель Науч.-ред. совета Ю. С. Осипов. Отв. ред. С. Л. Кравец. Т. 4. Большой Кавказ — Великий канал. — М.: Большая Российская энциклопедия, 2006. — 751 с.
  3.      Дебов В. М., Клоков В. Т. О явлении стилистической интерференции в территориальных вариантах французского языка // Древняя и новая Романия. Вып. 4.Романскиеязыки: Семантика, прагматика, социолингвистика. — Л.: Изд-во ЛГУ, 1990. — С. 182–186.
  4.      Русских Л. В. Мультикультурализм: интеграция или раскол? [Электронный ресурс] — Режим доступа. — URL:http://cyberleninka.ru/article/n/multikulturalizm-integratsiya-ili-raskol(дата обращения 15.12.2015)
  5.      Смирнова Т. П. Роль мультилингвизма в современном политическом процессе: дис.....канд. полит. наук: 23.00.02: защищена 15.12.2015 г.; утв. 07.10.2015 г./ Смирнова Татьяна Павловна. — Нижний Новгород, 2015. — 173 с.
  6.      Ушанова И. А. Глобализация и мультикультурализм: пути развития // Вестник Новгородского гос. ун-та. — 2004. — № 27. — С. 65–70.
  7.      Хлыщёва Е. В. Мультикультурализм — глобальный вызов для Европы // Известия ВГПУ. — 2009. — № 3. — С. 63–67.
  8.      Alexander N., 2007. «Linguistic diversity in Africa in a global perspective», in Literacy and linguistic diversity in a global perspective. An intercultural exchange with African countries, pp. 13–22 [Электронныйресурс] — Режимдоступа. — URL: http://archive.ecml.at/mtp2/publications/A3_LDL_E_internet.pdf (датаобращения 15.12.2015)
  9.      Francophonie/ Kinshasa 2012: Exposé de S. E. Pierre Nkurunziza, Président de la République du Burundi[Электронныйресурс] — Режимдоступа. — URL: http://www.oag.bi/spip.php?article1582 (датаобращения 17.12.2015)
  10. Frey C. Le français au Burundi. Lexicographie et culture/ Claude Frey. — Vanves: EDICEF, 1996. — 35 p.
  11. Kadlec J. Burundi, pays francophone? [Электронный ресурс] — Режим доступа. — URL: http://dialnet.unirioja.es/descarga/articulo/4362348.pdf (дата обращения 17.12.2015)
  12. Mazunya M. Le Burundi, fer de lance du français // Le temps. — 2010. [Электронный ресурс] — Режим доступа. — URL: http://www.letemps.ch/opinions/2010/10/22/burundi-fer-lance-francais(дата обращения 17.12.2015)
  13. NtahonkiriyeM. Lefrançaiscommelanguedel’éliteauBurundi: uninconvéniantplutôtqu’unavantage [Электронныйресурс] — Режимдоступа. — URL: http://afelsh.org/wp-content/uploads/2012/04/Ntahonkiriye-Melchior-MEF-Final.pdf(датаобращения 17.12.2015)
  14. Pacte linguistique entre la Francophonie et la république du Burundi [Электронныйресурс] — Режимдоступа. — URL: http://www.axl.cefan.ulaval.ca/afrique/burundi-pacte-fr-2014.htm (датаобращения 17.12.2015)

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle