Библиографическое описание:

Макарова Е. Ю. Традиции готической литературы в произведении Э. Т. А.Гофмана «Эликсир сатаны» // Молодой ученый. — 2015. — №24. — С. 1131-1133.



 

Данная работа посвящена готическому роману, его предпосылкам и особенностям. В ходе работы была предпринята попытка ответить на вопросы: в чём заключается притягательность готического романа, чем объясняется интерес людей ко всему фантастическому и вызывающему страх, актуален ли готический роман в наше время. Объектом исследования является роман Э. Т. А. Гофмана «Эликсир сатаны», в котором, наиболее четко можно проследить развитие готической традиции.

Ключевые слова: готическая литература, готика, немецкая литература, Гофман.

 

Немецкая литература эпохи романтизма (XVIII–XIX вв) исключительно разнообразна. Дело в том, что Германия богата разного рода легендами и сказками, а немецким писателям свойственна необыкновенная изобретательность и буйство воображения. Немецкий романтизм довольно часто впадает в бесплодный мистицизм [1, c.159], черты же готической литературы ярче всего прослеживаются в творчестве Эрнеста Теодора Амадея Гофмана.

Интересен следующий вопрос: чем объясняется популярность готической литературы по всему миру, ведь готическая эстетика напрямую связана с образом смерти. Ответ на него достаточно прост. Привлекательность «литературы ужасов» объясняется приятным чувством страха, которое, как это ни странно, является таким притягательным для многих людей, и заставляет их возвращаться к этой теме вновь и вновь.

Именно чувство страха толкает человека к глубоким размышлениям, открывает путь к философии и религии.

Советский психолог Михаил Хасьминский определяет чувство страха как производную неизвестности [2], то есть когда что-то скрыто и непонятно для человека, когда невозможно что-то предугадать. Незнание и неопределённость часто пугают, но вместе тем и завлекают человека. Пройдя же сквозь призму его воображения, это «неизвестное» может приобрести фантастическую окраску.

Уже в самом раннем фольклоре разных стран и народов можно встретить то таинственное и ужасное, что притягивает людей на протяжении многих столетий. В большинстве случаев это фантастическое обретает форму мифов, баллад, сказок и легенд. Именно они и явились поэтическим аналогом готической литературы.

В формировании готической литературы велика также роль преданий и суеверий. Бернар Ле Бовье де Фонтенель сказал: «Не обольщайся тем, что человеческий ум постоянно стремится к истине. Человеческий ум и предрассудки — близкие соседи. Истине следует предавать обличье легенды, тогда она становится привлекательнее. Сказки нравятся даже тогда, когда в них нет ни слова правды. В обманчивом обличье правда легче доходит до ума человека и предрассудки воспринимаются им беспрепятственно, в нем они зарождаются и там обычно гнездятся, тогда как правда ему чужда [3].

Таким образом, мы рассмотрели предпосылки возникновения готического романа и подробно разобрали, что заставляло людей тянуться к «литературе ужасов», а теперь предлагаем проследить наличие традиций готической литературы в романе Э. Т. А.Гофмана «Эликсир сатаны».

Замысел романа «Эликсир сатаны» пришел к Гофману во время пребывания в Бамберге, именно готический облик и дух данного католического города подарили писателю материал для работы [1, c.150]. В этом городе писатель посетил капуцинский монастырь, и некий брат Кирилл рассказал ему о своём прошлом, которое, возможно, и легло в основу образа главного героя произведения. Также в Бамберге Гофман лично встретился с докторами, которые познакомили его со своими самыми «интересными» пациентами с психологическими и умственными расстройствами.

Главной темой произведения является проблема духовного помрачнения личности. Новаторство Гофмана заключается в том, что данную тему он использует в качестве предлога для описания интересных и неординарных ситуаций, и раскрывает её в рамках фантастического сюжета [1, c.153].

Читателя невольно пронзает дрожь ужаса при описании многих созданных Гофманом персонажей. Например, признак, который видится Медарду во сне, описывается как человек, лицо которого покрывала «чёрная запущенная борода, а в глазах пылало безумие» (4, c.56). Постоянно встречающийся образ «грозного Незнакомца», при виде которого цепенел Медард, не может оставить равнодушным не только главного героя, но и, ни одного читателя.

Медарду постоянно мерещится, что у него на глазах совершаются невероятные происшествия, он готов верить всему, что посылает ему его буйное воображение. Рассказы матери так глубоко запали в душу героя, что ему кажется, что он и сам видел, описываемые ей картины.

Он тоскует по своей родине, ему видится огромная пропасть, навеки разделяющая его с ней. Томление, наполняющее душу, сменяется «неисцелимыми муками». Медард испытывал неописуемую горечь, чувствую себя «одиноким среди оживленной толпы» (4, c.48). Никто не знал его на новом месте, и он самому себе представлялся призраком, который бродит по земле, когда всего родственники погибли. Тема смерти встречается в данном произведении ещё не один раз.

Среда, в которой довелось жить герою, угнетала его. Медард ставил себя выше общества, по его убеждению, он не принадлежал ни миру, ни людям. Он считал себя ангелом, которому «свыше предначертано скитаться по земле» (4, c.13)

Частотен для «Эликсира сатаны» мотив рока: «Жизнь вставала передо мной словно мрачный, непроницаемый рок, и мне, изгнаннику, не оставалось ничего другого, как отдаться на волю неотвратимо уносящего меня течения. Оборвались все нити, некогда привязывающие меня к определённым условиям жизни, и мне не за что было ухватиться, негде было найти опору!» (4, c.44).

Герой полагал, что Рок правит всеми людьми и от него не удастся уйти абсолютно никому. По мнению Медарда именно «неисповедимый рок» тесно связал судьбу Аврелии с его судьбой. В ходе своих размышлений о роли рока, герой приходит к мысли о том, что он и сам есть этот «необратимый Рок». Именно поэтому Аврелия должна была стать его, ибо этого хочет Рок, а от него, как говорилось ранее, не уйти.

Но вскоре герой понимает, что он всего лишь стал «жалкой игрушкой злой таинственной силы», которая опутала его нерасторжимыми узами. Считая себя свободным, он только бегал по клетке, в которую его навеки заперли (4, c.63).

По мнению главного героя, лишь после смерти обретается блаженство любви, и открываются её сокровенные тайны: «смерть для нас — это посвящение в таинство любви!» (4, c.83). Тем не менее, в жизни герою тяжело совладать со своим безумным порывом страсти к Аврелии, при виде которой молнии прорезали ему душу.

Что касается других героев произведения, то они также созданы в контексте готической традиции. Охотник, встреченный Медардом совершенно случайно, описал ему встречу с человеком, который походил «на самого Сатану». Несколько лет подряд лесники слышали «ужасный вой» из леса, в котором было мало человеческого. И, тем не менее, это был живой человек, которого прозвали «лесным призраком», так как он более был похож на зверя или какого-то чудовища (4, c.59).

«Леденящий, смертельный холод» пронзает из раза в раз не только главного героя, но также Аврелия признаётся, что её уже давно преследует «страшное видение» и разнообразные «ужасные образы» то и дело встают между ней и Медардом (4, c.109).

«Пылающие недобрым огнём глаза», «смертельно-бледное, искаженное тревогой лицо», «угрюмый, замкнутый», снедаемый тайной тоской Франческо, «мертвенно-бледные, скелетообразные» люди в лазарете, дико хохочущий монах, то и дело раздающий ужасные вопли, от которых «струхнул бы и храбрец»: такие описания персонажей, встреченные на страницах «Эликсира сатаны» позволяют отнести данное произведение к жанру «ужасной» готической литературы.

Традиции готической литературы проявляются также и в образах природы романа.

В романе мы встречаем описание «сумрачного леса» в ночной тиши (4, c.2), а также описание «наводящего ужас» дикого ущелья, которое открывается путнику, когда тот выходит из густого леса к «мрачному обрыву» [4, c.51]. Выбор прилагательных показывает, какую атмосферу хотел создать Гофман в своём произведении: мрачную и пугающую. «Эликсир Сатаны» это роман готического жанра и тон повествования полностью соответствует ему.

На читателя также наводит ужас сцена описания природы, когда Медард ехал «тёмной ночью» в полном одиночестве по густому лесу. Небо заволокло тучами, которые всё темнели и темнели и, «сгрудившись под напором бурного ветра, стремительно мчались над ними; грозно, тысячекратным эхом перекатывался гром, красные молнии загорались по всему горизонту, насколько хватало глаз; потрясаемые до самих корней, скрипели высокие ели, потоками лил дождь» (4, c.54). В эту ночь герою ежеминутно грозила опасность быть раздавленным упавшим деревом или же затеряться в дремучем лесу. Гофман мастерски описывает чувства Медарда в эти страшные моменты. Писатель делает это настолько виртуозно, что у читателя то и дело захватывает дыхание и усомниться в страхе героя становится невозможно.

В одной из сцен монах, встреченный Медардом в лесу, рассказывает о том, что его спасло из пожизненного заточения в тюремной темнице. Неожиданно поднялся ураган, задрожали сцены, и прахом рассыпалась тюремная решётка. Также «набежали черные тучи и снова зашумел вихрь». После потери сознания, герой проснулся уже в лесу (4, c.62).

Тема мрачного леса звучит в «Эликсире сатаны» довольно часто. Так, например, однажды, в «сгущающихся сумерках», на фоне «мрачного леса» перед героем стали ясно выступать образы из его прошлого. Он увидел «смертельно бледную мать», не сводившую с него своих «горящих чёрных глаз». Более того, с ее рук капали капли крови (4, c.63). Более мрачной и пугающей сцены и придумать было нельзя.

Таким образом, можно сделать вывод, что автор, описывая те ужасные сцены, что видит герой, пытается воздействовать на читателя. Он хочет, чтобы тот испытывал чувство страха вместе с героем, ведь это и есть основная задача готического романа. Описание природы является одним из самых интересных в романе, так как именно природа передаёт чувства главного героя, его тревогу и душевные переживания.

Роман Э. Т. А.Гофмана основан на чувстве страха, нам представлен мрачный, загадочный, фантастический мир, в котором то и дело встречаются сверхъестественные элементы. Сюжет сводится к таинственным преступлениям брата Медарда и его двойника. Главный герой отмечен печатью рока и демонизма. Свыше им руководит тёмная, непреодолимая для человеческой воли, магическая сила. Всё это позволяет судить о принадлежности «Эликсира сатаны» к жанру готической литературы.

Места, в которых происходит действе в романе, также характеризуют произведение как готическое. Это: сумрачный лес, тёмный монастырь, средневековое поместье, готический замок, мрачная темница или же парк в ночной тиши.

Интересна система образов в романе и описание их внешности. Род главного героя проклят небом. Медард послан на землю, чтобы искупить грехи его предшественников. По жизни главного героя ведет таинственный, «необратимый Рок».

Героями произведения являются монахи, леди и графы, часто встречается образ «грозного Незнакомца», герою постоянно мерещатся мрачные фигуры, глаза которых «горят огнём», а с рук на землю стекают капли крови. Таким образом, система образов и описание персонажей произведения также построены в готической традиции.

Подводя итог, заметим, что обилие теоретических работ на данную тему, множество кинематографических картин с таинственным сюжетом, разворачивающимся в средневековых готических замках, а также тот факт, что в последнее время многие писатели возвращаются к жанру готической литературы, позволяют судить об актуальности данной темы в настоящий момент.

 

Литература:

 

1                    Виткоп-Менардо Г. Э. Т. А.Гофман. — Челябинск: Урал, 1999. — 320 с

2                    Хасьминский, М. И. Анатомия страха [Электронный ресурс] // URL http://www.pobedish.ru/main/strah?id=189 (дата обращения 10.11.2015)

3                    Фонтенель, Б. Б. Разговоры о царстве мертвых и новейших лиц. — СПб.. 1821

4                    Гофман, Э. Т. А. — Эликсир сатаны: Ижевск: Квест, 1992. —165 с

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle