Библиографическое описание:

Коротец И. Д., Хижняк А. С. Гендерная проблема: позиция феминизма // Молодой ученый. — 2015. — №24. — С. 662-665.



 

Гендерное разделение и закрепление социальных функций в пространстве социальности создается на основе реализации потребностей обеспечения системного воспроизводства общества. В зависимости от социального содержания, которое имеет соответствующую временную определенность, складываются и гендерные отношения. В традиционном обществе, в котором технологии воспроизводства системы достаточно устойчивы, гендерная организация стабильна. Индустриальная социальность развивалась гораздо быстрей. Постиндустриальная форма общества создает совершенно новые технологии воспроизводства социальной системы, приводя к возникновению самых неожиданных гендерных проблем.

Карл Юнг в начале прошлого века показал, что психологическая природа человека обладает могучими ресурсами: Каждый индивидуум обладает, за счет наличия у него анимы (женского аспекта психики) и анимуса (мужского аспекта), возможностью достаточно универсально ориентировать себя в гендерном пространстве. Можно предположить в этом отношении как минимум две вещи: культура за счет преобразования у человека стереотипов программирует конфигурацию гендерного пространства; кроме того, возможно сознательное формирование данных пропорций, как в границах культурного образа, так и в пространстве персоны. Если предположить индивидуальную предрасположенность каждого человека к возникновению определенной целостности анимуса и анимы, то можно утверждать, что объединение ее с культурными образцами воспроизводит и определенный гендерный образ индивидуума, совпадающий с культурными нормами, и его антипод в виде девиантности.

Обозримая история человечества складывалась как тотальная форма мужского доминирования. Материнские функции и хлопоты по дому сделали женщин зависимыми от мужчин, ограничили их социальные роли. Это послужило причиной многочисленных претензий, обид и споров, ставших основой самого яркого проявления гендерного конфликта — феминизма. Проблема взаимоотношений мужчины и женщины с каждым днем становится все более актуальной, поскольку изменение технологий создает множество гендерных проблем, настоятельно требующих своего разрешения.

В статье рассматриваются последовательные этапы феминизма, в пространстве которого осмысливались гендерные проблемы с позиции женщин, стремящихся преобразовать патриархальную систему отношений мужчин и женщин.

Интерес к исследованию гендерной соразмерности возник совсем недавно. Поэтому на протяжении всего существования культуры данные процессы формировались на уровне бессознательного. Гендерная природа человека, объединяясь с различными социо-культурными факторами, принимала те или иные формы, отношение к которым со стороны общества и «человекоразмерности» было различным. Библия и языческие традиции, нормы права и обыденные ценности, культурные стереотипы «незападных» цивилизаций полны информации об этих процессах.

Первоначальные феминистские организации называют «первой волной» феминизма — борьбой за достижение юридического равноправия полов. Первым документом феминизма принято считать «Декларацию прав женщин и гражданки», написанную Олимпией де Гуж во Франции в 1791 году. В дальнейшем протест, основной идеей которого становится суфражизм — движение за предоставление женщинам избирательного права, проявляет себя в Великобритании и США. Были приняты декларации о правах женщин и позднее сформированы различные организации, отстаивающие их. В 1920 году в США была закреплена поправка Конституции, согласно которой пол не является помехой для участия в политической жизни и, в частности, в выборах.

В это время намечаются еще два направления феминизма: гуманистический, видящий освобождение женщины в повышении уровня ее образованности, и марксистский, считающий, что свобода женщины неразрывно связана со свободой пролетариата. Таким образом, в первую волну женщины добились социального расширения сфер своего применения в жизни, не противопоставляя себя мужчинам. Но, как и в любом другом ярком социальном явлении, в феминизме не мог не возникнуть своего рода экстремизм.

После успеха суфражизма, а также из-за наличия объективных факторов, таких как война и послевоенное возрождение, феминизм фактически не проявлял себя почти до 60-х годов XX века. Знаменем его возрождения стала книга француженки Симоны де Бовуар «Второй пол» (1949 г.), в которой отстаивался тезис, что в женщинах заложены такие же потенции, как и в мужчинах. Этот труд положил начало «второй волны» феминизма — борьбы за фактическое равенство женщин с мужчинами.

Феминистки второй волны верили, что современные женщины находятся в рабстве патриархата, и считали, что феминистская задача дня состоит не в достижении равенства для всех, а в перераспределение власти от "доминирующего класса" к "подчиненному классу» через ликвидацию законов, ограничивающих их права, специальными государственными реформами. Параллельно появляются группы молодых феминисток, утверждающих, что одними лишь вежливыми требованиями поправок законодательства победить могущественную силу патриархата не удастся. Они предлагали разрушить всю систему ценностей, вековые традиции, и все, что принадлежит мужчинам, в том числе, и государство. Итогом второй волны явилось признание феминизма как плюралистического явления. Окончательно формируются два противостоящих друг другу направления — либеральный и радикальный феминизм, общим достижением которых стало признание проблемы насилия женщин и их массовый выход на рынок труда.

Анализ гендерной проблемы в России показывает, что в имперском формате в нашей стране были выработаны свои стереотипы данных отношений, основанные на принципах православия (Домострой). На традиционном уровне, к которому добавились модификации советского периода, эти нормы нам всем отлично известны. Официальная гендерная нормативность России базируется на сверхморальной религиозно-светской основе. Реальное состояние данного процесса, включая элементы девиантности, исследовано очень слабо. Эмпирическое содержание, фиксирующее эти отношения в России, в основном, является собственностью компетентных органов.

К концу 20 века современный феминизм перешел в стадию «радикального самокритицизма», названного так авторами книги «Дестабилизировать теорию: Современные феминистские дискуссии» Мишель Барретт и Энн Филлипс. Главным отличием феминизма «третьей волны» как реакции против существующих феминистских инициатив явилось признание половых и сексуальных, расовых, и этнических различий. «Феминизм равенства» стал «Феминизмом различия», критикующим тенденцию рассматривать женскую субъективность как единую.

На российской почве реализация этой теоретической основы проявилось в пренебрежительном отношении современной молодежи к статусу представителей противоположного пола в качестве партнеров по возможным совместным, в том числе сексуально-брачным, отношениям. В молодежной ментальности укрепилось мнение о том, что «не стало партнеров, заслуживающих внимания и доверия». Причем женская половина утверждает, что «не стало нормальных парней», а мужская обвиняет девушек в «испорченности и неверности». В отношении семейно-брачных отношений в нашей стране этот факт очень тревожный, а при учете демографической ситуации — катастрофический, поскольку вместо необходимого партнерства молодежи мы имеем гендерный конфликт, который вызван глубинными бессознательными процессами, на которые власть, отвечающая за формирование этих явлений, не хочет обращать достаточного внимания.

Данный гендерный конфликт имеет несколько составляющих. Посмотрим на экономический аспект, который воспроизводит подобные отношения. Как известно (к сожалению, в России известно не совсем и не всем): в обществе есть два основных экономических процесса — процесс производства товаров и услуг и процесс потребления тех же самых товаров и услуг. В процессе производства предметов потребления расходуются материальные и людские ресурсы, а в процессе потребления, наоборот, создаются человеческие ресурсы общества. Потребление продуктов и создание человеческих ресурсов в России традиционно осуществлялось в патриархальной семье. Мужчина и глава семьи обеспечивал семью ресурсами и, в основном, управлял ею. А женщина рожала и воспитывала детей и выполняла бытовые хозяйственные функции. В более развитых и дифференцированных слоях населения существовало разделение труда более сложного характера: для воспроизводства семейного хозяйства использовалась дополнительная рабочая сила в разных формах.

Главным моментом в этом процессе является то обстоятельство, что потребление в семье представляет в широком смысле процесс создания населения, рабочей силы, человеческих ресурсов и т.д. Дефицит потребления приводит к деградации человеческих ресурсов, которые не могут справляться с выполнением человеческих обязанностей. Положение современной молодежи таково, что ценности потребления и возможности/ценности человеческого воспроизводства не совпадают. Данное несовпадение воспроизводит социальное дистанцирование молодежи в гендерном пространстве.

На Западе на рубеже тысячелетий формируется постмодернистский феминизм или постфеминизм, отношение которого с самим постмодернизмом до сих пор является предметом многочисленных дискуссий. Сторонники данного течения обвиняют научную рациональность в представлении знаний лишь с мужской точки зрения и стремятся учитывать особенности субъекта познания женского пола. Кроме того, они стремятся осмыслить проблему подавления женщин посредством языковых практик. Теория оказалась невостребованной в феминистских кругах, ее назвали нестабильной, незавершенной. Американский философ, представительница постструктурализма Джудит Баттлер, предложившая термин «постфеминизм», впоследствии отказалась от него как слишком расплывчатого, чтобы быть значимым.

С началом третей волны и по сегодняшний день феминистками активно пропагандируется боди-позитив — учения о положительном отношении к «естественной» красоте. Благодаря современным феминисткам в речи появилось и такое понятие, как объективация. Речь идет о явлении, когда человек (как правило, женщина) начинает восприниматься исключительно как сексуальный объект, а его личностные характеристики обесцениваются. Также в третьей волне особенно выделяются движения, выстроенные вокруг свободных, властных женщин, способных быть самодостаточными, талантливыми, лидирующими в социальном мире — и в этом смысле, по их мнению, превосходящих мужчин.

Подобные идеи современного феминизма, впадающего в крайности, делают его сегодня объектом многочисленных насмешек. Из женщин, справедливо отстаивающих свою правовую и экономическую свободу, желающих быть образованными, заниматься культурной, общественной и научной жизнью, феминистки превратились в обиженных бунтарок, обвиняющих каждого второго в сексизме и ущемлении своих прав. Разрыв между поставленными задачами феминизма и реальным опытом их реализации послужил причиной борьбы между самими же феминистками, в связи с чем будущее их проекта стало все сложнее предугадать.

Таким образом, попытка женщин создать модель гармоничных гендерных отношений до сих пор не увенчалась успехом. Очевидно, что совместить процессы продолжения рода и участия в социальном воспроизводстве на основе современного понимания свободы и равенства не удается в пространстве наличного феминизма. Гендерная проблема в информационном обществе обостряется, приобретая перманентный характер, создающий новые проблемы. По мере возникновения инновационных технологий потребуется соответствующее осмысление и изменение гендерного статуса всех членов общества. Основой формирования гендерной статусности можно считать ценности системной соразмерности и плюралистичной конкуренции в социально-политическом и правовом пространствах.

 

Литература:

 

  1.                Бовуар С. де. Второй пол. Т. 1,2. — М.: Прогресс, 1997. — 832с.
  2.                Жеребкина И. Прочти мое желание. — М.: Идея-пресс, 2000. — 251с.
  3.                Капра Ф. Поворотный пункт. Перевод В. И. Постников, 2005. — 411с.
  4.                Никонов А. Конец феминизма. Чем женщина отличается от человека. — СпБ: Питер, 2008. — 272 с.

 

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle