Библиографическое описание:

Банкурова Р. У. Влияние антропогенных факторов на динамику экосистем Северо-Западного Прикаспия // Молодой ученый. — 2015. — №23. — С. 401-404.



 

В статье рассмотрены основныеантропогенные факторы, влияющие на динамику экосистем Северо-Западного Прикаспия.

Ключевые слова: экосистема, наноструктура,динамика экосистем, антропогенное воздействие.

 

В настоящее время все более актуальными становятся вопросы антропогенного влияния на динамику экосистем Северо-Западного Прикаспия. Следует отметить факторы, которые полностью являются антропогенными, в первую очередь это ирригационные сооружения и буровые скважины. Количество каналов в Северо-Западном Прикаспии исключительно велико. Так следует отметить следующие каналы: Черноземельский к северу от Кумы, Зенгинский, Ялгинский, им.Октябрьской революции, а также многочисленные водохранилища. В целом, ирригационные системы являются важным позитивным фактором, обеспечивающим высокие урожаи сельскохозяйственных культур. Однако в настоящее время, когда исключительно остро стоит проблема охраны окружающей среды, следует обратить особое внимание на негативные последствия орошения, в первую очередь, на засоление. Распространение солончаковых массивов, сопряженных с каналами, наблюдается очень часто. Большие массивы засоленных земель встречаются около канала Тальма, около Таловского канала вблизи Каракольских озер, на оросительных системах к северу от поселка Бабаюрт, в районе Черноземельского канала. Во всех этих районах заметно присутствие, как типичных участков солончаковой пустыни, так и солончаковых лугов. Их, генетические отношения неясны, однако частое пространственное сопряжение позволяет предполагать, что они взаимосвязаны. Поэтому научный и практический интерес представляет обнаружение той последовательности, в которой формируются эти галогенные экосистемы, т. е. когда солончаковые луга предшествуют солончакам, или, наоборот, возникают при относительном расслоении и деградации последних. В тесной связи с этой задачей стоит и обнаружение элементов физиономической наноструктуры, которые могут быть использованы в качестве индикаторов начинающегося засоления. Такими индикаторами могут оказаться нанофрагменты солончаков или солончаковых лугов. Для решения этой задачи требуется анализ эколого-генетических рядов мелиоративных вариантов природно-территориальных комплексов на орошаемых землях, причем особенно важными являются наблюдения за растительным покровом, точнее за агрофитоценозами, то есть за более или менее устойчивыми сочетаниями культурных и сорных растений.

С вопросом о перестройке экосистемной обстановки под влиянием орошения связано и выявление формирования приканальных линз [3, С.112]. Речь идет о своеобразных линзах подземных вод, которые формируются за счет боковой фильтрации из каналов. Оптимальными условиями для их возникновения являются участки, где канал пересекает водопроницаемые грунты. Это может иметь место или при прохождении канала по песчаным массивам (например, на Каракумском канале, им. В. И. Ленина в Туркмении, на том его участке, который проходит по юго-восточным Каракумам), или при пересечении каналом какого-либо старого русла, иногда также захороненного песками. Явления эти требуют обстоятельного изучения, так как практический эффект их неоднозначен: с одной стороны они могут служить причиной непроизводительных потерь воды из канала, а с другой могут содействовать возникновению линз грунтовых вод там, где это имеет положительное значение для водоснабжения. Примером первой ситуации могут служить процессы, описанные многими учеными для юго-восточной Туркмении, когда около канала возникает большое число фильтрационных озер (питаемых линзами, существующими за счет боковой миграции воды из канала), причем в дальнейшем на месте озер создаются солончаки и земли становятся местами непригодными ни для земледелия, ни для пастбищ. Положительный эффект от существования приканальных линз отмечается в низовьях Амударьи и, в особенности на прилегающей к ней древней аллювиально-дельтовой Жанадарьинской равнине. Фоном здесь служат суглинистые толщи, местами, прорезанные древними руслами (большей частью, замаскированные песками). Фильтрация из каналов, возникающая при пересечении таких русел создает вблизи канала площади, обеспеченные водой в тех пределах, где вода фильтруется через пески, заполняющие старые русла. Это расширяет сферу действия канала и создает дополнительные площади орошаемых земель.

Расходование воды на орошение может вызывать нежелательный процесс сокращения площади озер и вторичное заболачивание озерных депрессий. Это порождается зарегулированностью стока рек и заборами воды для мелиоративных целей, процессами заболачивания охвачены очень многие группы озер. При этом у озер лагунного происхождения, заболачиванию и зарастанию содействует потеря воды, вызванная снижением уровня моря. Существуют группы озер, которые или совсем исчезли, превратившись в болота, или были освоены под посевы. Практически исчезли Широкольские озера, в посевные площади превратилось дно правобережных Нижне-Терских озер, заболочены значительные части Каракольских озер, подверглась сильнейшему зарастанию значительная часть озера Мектеб. Ввиду практически полного прекращения поступления воды через протоки, соединяющие их с морем, испытали сильные изменения экосистемы Каракольских озер [9]. Перечень зарастающих и заболачивающихся озерных впадин может быть значительно расширен. Однако указанные процессы пока еще не охватили все озера, и в разных депрессиях, стадии заболачивания весьма различны. Их дифференциация требует очень детальных исследований, с помощью которых можно изучить соответствия между изменением характера данных пунктов зарастающего водоема и его внешним обликом и, в первую очередь, сменой растительного покрова. Практический интерес имеет выявление растительных индикаторов тех почвенных процессов, которые начинают развиваться в уже обсохшем грунте под влиянием накопления органических остатков покрывающей его растительности. Последняя, образована преимущественно макрофитами с тростником южным, различными видами рогозов, камышом озерным, частухой и др. Все эти растения являются источником образования слаборазложившейся массы, погребающей под собою коренной донный грунт. Эта толща подвергается различным почвообразовательным процессам, покрывается новыми своеобразными растительными сообществами. Таким образом, на дне обсохшего озера формируется сложный эколого-генетический эдафогенный ряд, отражающий смену экологической обстановки. Наиболее мелкомасштабные обобщенные характеристики этих изменений хорошо прослеживаются по аэрофотоснимкам и космофотоснимкам [4]. Но подробная картина смен в упомянутом ряде и, в особенности, наиболее ранние стадии его развития в очагах зарастания и заболачивания могут быть прослежены при расчленении внешнего облика сменяющихся экосистем до элементов физиономической наноструктуры.

Сильнейшее воздействие на экосистемы Северо-Западного Прикаспия оказывает поступление в них технических вод, используемых при бурении глинистых растворов, а также нерегулируемый самоизлив артезианских вод, вскрываемых глубокими буровыми скважинами, которые сооружаются при поисках нефти и газа [6; 7]. Влияние всех этих процессов своеобразно. Там, где около буровых скважин в прилежащие понижения спускается отработанный глинистый раствор, формируются микроучастки антропогенных такыров. Толстый слой высохшей глинистой массы погребает под собой поверхность почвы вместе с покрывающей ее растительностью. На последних стадиях обсыхания, он начинает растрескиваться на отдельные полигональные блоки, совокупность которых вполне имитирует собой такырную поверхность. Не исключено, что такие такыры, могут зарастать и превращаться в более или менее продуктивные площади, или могут оставаться крайними неудобьями. Вопрос этот требует дальнейшего изучения. Однако площади указанного типа невелики и поэтому практический выход из рассмотрения этого аспекта проблемы незначителен. Более важны последствия затопления отрицательных элементов рельефа водами, особенно артезианскими. Артезианские воды, отличаются повышенной минерализаций, в них часто преобладают хлориды кальция, соединения йода и брома. Изливаясь на поверхность, эти воды, аккумулируются так же, как и рассмотренные ранее, в депрессиях рельефа расположенных вблизи от буровой скважины. Избыточное засоление вод вызывает гибель существующей растительности. Но еще более серьезной угрозой является формирование кольца солончаков по окраинам образовавшихся искусственных соленых водоемов. Следует отметить, что при нерегулируемом фонтанировании нефтяных вод, на поверхность во взвешенном состоянии, могут выноситься компоненты битумных смесей из нефтяной залежи.Последние, могут оказывать сильнейшее патологическое воздействие на растения, частично имеющее наследственный характер, что приведет к обогащению местной флоры аномальными формами в ранге рас и вариаций [2; 6; 8]. Нет сомнения в том, что нерегулируемый самоизлив глубоких скважин следует считать одной из форм техногенного загрязнения окружающей среды. Это проявляется особенно отчетливо в тех случаях, когда буровые воды поступают в различные депрессии и накапливаются в них. Экосистемы этих депрессий обычно реагируют на загрязнение угнетением, а часто полным исчезновением гликофильной растительности и резкими изменениями в наноструктуре дна депрессий. В данной ситуации в первую очередь, необходима ранняя диагностика загрязнения и выявление его первых малозаметных стадий. Это возможно по растительному покрову, который должен быть изучен не только флористически, но фенологически и экологически.

При этом необходимо изучение различных депрессий, лежащих вне сферы влияния скважин, в качестве исходных эталонов для сравнения.

Подводя итоги, следует отметить, что основными антропогенными факторами, определяющими динамику экосистем Северо-Западного Прикаспия, являются колебания уровня Каспия и совокупность антропогенных и техногенных воздействий, осуществляемых человеком на суше [1]. Вполне очевидно, что динамика приморских экосистем, судьба солончаковой пустыни бессточных впадин, прогресс или торможение солонцового процесса зависят в основном от того, в каком направлении пойдет дальнейшее развитие Каспийского бассейна. Это же будет определять (хотя уже при сильном вмешательстве человека) весь комплекс динамики экосистем песков, их закрепление и дефляцию, формирование подпесчаных линз и вторжение песков в сопредельные им экосистемы. Наконец, полностью под антропогенным контролем находятся позитивные результаты орошения и фитомелиорации и негативные процессы деградации и загрязнения окружающей среды. Большинство же естественных процессов, развивающихся на суше и, в особенности, вдали от моря, настолько изменены человеком и подчинены его влиянию (как целенаправленному, так и непредусмотренному), что их роль в динамике экосистем весьма ограничена. Таким образом, сейчас деятельность человека и деятельность Каспия представляют собою две более или менее независимые силы, взаимодействующие друг с другом.

 

Литература:

 

  1.                Бабкин А. В. Колебания уровня Каспийского моря в условиях современного климата // Всемирная конференция по изменению климата. Тезисы докладов. М., 2003. — С.544.
  2.                Бананова В. А., Лазарева В. Г., Сератирова В. В. Устойчивость растительного покрова семиаридных территорий ЮФО РФ к природным и антропогенным факторам. Материалы всероссийской научной конференции с международным участием. Санкт-Петербург, 2011а, Т.2 6–8 с.
  3.                Викторов С. В., Ремезова Г. Л. Индикационная геоботаника: Учеб. пособие. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1988. — С.112
  4.                Виноградов Б. В. Аэрокосмический мониторинг экосистем. М.: Наука, 1984. — 175, 320 с.
  5.                Виноградов Б. В. Растительные индикаторы и их использование при изучении природных ресурсов. М.: Высшая школа, 1964.-328с.
  6.                Гольчикова Н. Н. Оценка состояния природной среды Северо-Западного Прикаспия: монография/Астраханский гос.технический университет. — Астрахань: Изд-во АГТУ, 2005. — 148 с.
  7.                Гольчикова Н. Н. Негативные геоэкологические изменения на территории освоения месторождений углеводородного сырья на примере Северо-Западного Прикаспия. Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора геолого-минералогических наук. Москва, 2007. 27 с.
  8.                Несветайлова Н. Г., Родман Л. С. О некоторых принципах составления карт засоления с помощью геоботанических данных. // Научные доклады высшей школы. Биологические Науки, 1959. т. С 129–136.
  9.                Эльдаров М. М. Геоморфология Низменного Дагестана. В кн.: Физическая география низменного Дагестана, Махачкала. 1972. 170 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle