Библиографическое описание:

Ходжалиев С. А. Становление и развитие института смягчения наказания в отечественном уголовном законодательстве с конца XVI до начала XX века // Молодой ученый. — 2015. — №23. — С. 789-791.

 

Институт обстоятельств, смягчающих наказание окончательно сформировался только к началу XVII века. Так, в документе Разбойного приказа «Об убивственных делах» 1629 года, подготовленном за подписью дьяка Никиты Постникова встречается описание следующего случая. 24 июня в Белевском уезде убили Павла Лодыженского его люди — Оношка да Безсонка, да крестьянин Исачка, и с пыток они говорили, что «убили его за то, что он имал жен их детей на постелю сильно». И государь тех убийц «пожаловал, велев им смерти в живот не дать, сослав в Сибирь на пашню с женами» [1].

Утверждение идеи виновной ответственности было сопряжено и с появлением в законодательстве определенных суждений о возрасте и вменяемости как условиях ответственности и оснований для смягчения наказания (освобождения от него). Еще в Кормчей книге устанавливалось правило о ненаказуемости убийства, совершенного «седми лет отроком или бесным» [2]. В XVII веке это правило сохранялось, однако, скорее всего, применялось по принципу ad hoc. Свидетельством чему могут выступать приведенные в литературе примеры, с одной стороны, о наказуемости малолетних («Ивашко Жучков лет восьми или девяти сидит в тюрьме и, в тюрьме сидя, кляплет напрасно»), с другой стороны, о ненаказуемости преступлений, совершенных «по простоте ума» («а что поп Клементий величание пел не так, и мы того ему Клементию, для простоты его, в вину ставити не велели»).

Таким образом, Уложение 1649 года, восприняв и последовательно воплощая идею ответственности в зависимости от наличия, характера и степени вины, пожалуй, впервые в истории русского уголовного права дает более или менее совершенную, отвечавшую уровню развития юриспруденции, систему оснований для смягчения ответственности и уголовного наказания, в основе которой лежали представления о субъективных причинах совершения преступления, степени реализации преступного намерения и личности виновного. Именно личность и субъективные факторы преступления стали той основой, которая служила становлению и развитию начал смягчения наказания в уголовном праве.

Дальнейшая эволюция законодательных правил смягчения наказания связана с Артикулами Воинскими Петра I, изданными в 1715 году [3]. Действуя параллельно с Соборным Уложением и будучи предназначенным изначально для регулирования военно-правовых и военно-уголовных отношений, этот акт имел гораздо большее значение, нежели ведомственная инструкция. Дальнейшему развитию института смягчения наказания во многом способствовало общее смягчение нравов русского общества, проникновение на его почву идей просвещения и гуманизма, зарождение научных представлений о природе преступления и наказания. Большое влияние на законодательную и правоприменительную практику при этом оказал идейный документ Екатерины II, ее Наказ, данный Комиссии о составлении проекта нового Уложения [4]. Составленный на основе произведений Монтескье и Беккариа, он в концентрированном виде представлял важнейшие научные и идеологические установки относительно содержания уголовного права в целом, и конструирования института назначения наказания, в особенности.

Наказ в известной мере опережал условия российской действительности и был лишь декларативным документом. Но он заложил определенную идейную основу, сформулировал идеалы, к которым можно и необходимо было стремиться. Дальнейшее развитие российского уголовного права, как свидетельствует история, было во многом предопределено содержанием этого документа. Вольно или невольно, прямо или косвенно, последовательно или с отступлениями, но идеи гуманизации уголовного права и особенно уголовного наказания утверждались на российской почве, проникали в законодательство и в практику его применения.

Уложение 1845 года стремилось к тому, чтобы максимально регламентировать, формализовать деятельность суда по смягчению наказания. В рамках настоящей работы нет возможности детально излагать содержание соответствующих предписаний. Достаточным будет понять некоторые основные, принципиальные положения.

Во-первых, смягчение наказания судом было возможно только и исключительно в пределах санкции, установленной законом. Статья 147 гласила: «Суд не может определить иного наказания, кроме того, которое в законе за судимое им преступление именно предназначено. Но в некоторых случаях самим законом ему предоставляется право, по соображении сопровождавших преступление, более или менее увеличивающих или уменьшающих вину подсудимого обстоятельств, увеличивать или уменьшать меру следующего ему наказания, только не выходя из пределов, также законами для сего постановляемых» [5].

Во-вторых, в основу деятельности суда по смягчению наказания была положена весьма обширная, детализированная лестница наказаний, подразделяющая их на разряды (уголовные и исправительные), роды и степени. При этом общее правило, зафиксированное в ст. 135 Уложения, определяло, что «в случаях, уменьшающих вину подсудимого обстоятельств, суду предоставляется уменьшить меру следующего виновному наказания в пределах назначенной законом степени или понижать оное одною или двумя степенями». Иными словами, общий принцип заключался в снижении размера, но не в изменении вида наказания. Только в том случае, когда понижение степени наказания было невозможным в силу конструкции санкции, суд наделялся правом перейти к более мягкому виду наказания, определенному санкцией соответствующей статьи Уложения.

В-третьих, законодатель использовал два подхода к формулированию правил смягчения наказания судом. Для некоторых специальных случаев (покушение, соучастие) закон строго предписывал степень снижения наказания, в то время как для иных ситуаций (при наличии в деле смягчающих обстоятельств, указанных в ст. 134) объем снижения наказания определен не был, а необходимость смягчения формулировалась лишь в общем виде. [6]

В-четвертых, смягчение наказания судом было возможно как на основании материально-правовых предписаний, так и в силу положений процессуального закона. Согласно ст. 828 Устава уголовного судопроизводства присяжным заседателям было предоставлено право признать преступника заслуживающим снисхождения без указания оснований такого признания. По такому вердикту присяжных суд был обязан уменьшить наказание на одну или на две степени [7].

Уголовное Уложение от 22 марта 1903 года, как известно, не было введено в действие полностью. Но нормы, касающиеся назначения наказания, действовали.

Оценивая долгий путь развития анализируемых уголовно-правовых норм, представляется возможным определить некоторые принципиальные моменты, составляющие основные вехи, этапы и направления их эволюции:

  1.      От идеи гуманизации наказания, отраженной в ментальных установках и правосознании и реализуемой по принципу adhoc, смягчение наказания прошло долгий путь к разветвленной нормативно установленной системе принципов и правил.
  2.      От фиксации в качестве специальных норм и норм-толкований, расположенных в системе предписаний об ответственности за отдельные преступления, смягчение наказания эволюционировало в сторону обобщенных правил, распространяющихся на все типовые случаи и фиксируемые в общей части уголовного закона.
  3.      От смешения правовой природы правил смягчения наказания с природой обстоятельств, исключающих ответственность, правил замены наказания и освобождения от него, к более четкому позиционированию предписаний о смягчении наказания в качестве составной части института назначения наказания.
  4.      От абсолютно определенных предписаний, жестко сковывающих инициативу суда и устанавливающих конкретные основания, критерии и пределы смягчения наказания, законодатель перешел к формулировке общих правил, предоставлявших суду гораздо более широкие рамки для усмотрения.
  5.      От смягчения наказания только на основании данных о личности виновного законодатель перешел к более широкому кругу оснований, ядро которого составили данные о мотивах преступления, содержании и степени вины, степени реализации преступного намерения и степени активности лица в совершении преступления.

В представленном виде система нормативных предписаний относительно смягчения наказания просуществовала в России до октябрьских событий 1917 года, после чего она развивалась в совершенно иных политико-правовых условиях.

 

Литература:

 

  1.                Шепелин И. В. Заявление о преступлении исторический очерк исследования вопроса от Русской Правды до наших дней //Евразийский юридический журнал. 2013. № 11 (66). — С. 105.
  2.                Развитие русского права в XV — первой половине XVII века /Под ред. B. C. Нерсесянц. — М.: Юриздат, 1986. — С. 160.
  3.                Имамов М. М. Виды наказаний и принципы формирования их системы: Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. — Казань: Изд-во КазГУ, 2010. — С. 22.
  4.                Антология мировой правовой мысли. Россия XI — XIX веков /Под ред. Е. А. Скрипилев. — М.: Критика буржуазной идеологии и ревизионизма, 1999. — С. 128.
  5.                Таганцев Н. С. Русское уголовное право: Лекции. Часть Общая. Т. 1. — М.: Юристъ, 1994. — С.198.
  6.                Осипов П. И. Теоретические основы построения и применения уголовно-правовой санкции. — Госюриздат, 1976. — С.68.
  7.                Сергиевский Н. Д. Русское уголовное право. Часть общая. — СПб.: Печатное Дело, 1910. — С. 70.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle