Библиографическое описание:

Перцева П. С. Нарицательные регионализмы в произведениях А.П. Гайдара // Молодой ученый. — 2015. — №22.1. — С. 204-206.



 

В последнее десятилетие XX века в структуре русского национального языка исследователи стали выделять такой компонент, как региолекты (интердиалекты): «Региолекты охватывают ареал ряда смежных диалектов, включая города и посёлки городского типа и, тем самым, весьма значительные группы того или иного этноса. Носителями региолектов нередко являются местные по происхождению сельские учителя, врачи, агрономы, работники клубов. Региолекты — особая форма устной речи, в которой уже утрачены многие архаические черты диалекта, развились новые особенности; это форма, с одной стороны, не достигшая еще статуса стандартного литературного языка, а с другой, в силу наличия многих ареально варьирующихся черт, не совпадающая с городским просторечием.<…>выделение региолекта постулирует факт наличия особого языкового состояния, которое оказывается едва ли не основной формой устно-речевого общения больших групп этноса на определённой территории» [3, с. 13; ср.: 2, с. 76; 9, с. 157].

В таком случае единицей региолекта следует считать регионализм. Соответствующий термин являетсяинтердисциплинарным, свойственным ряду наук, в целом многозначный, с объемной эпидигмой, в которую входит и специальное, лингвистическое значение: «языковая единица определенного региона (ареала), территориально ограниченная в функционировании» [см.: 4, с. 39–40].

Система регионализмов включает в себя диалектные апеллятивы; слова, уже утратившие диалектную изоглоссу, но сохранившие предпочтительность употребления в определенном, более или менее широком регионе (например, в произведениях А. П. Гайдара: хата, хутор, батько, хлопец, москаль, гайдамаки и др., обозначающие явления, характерные для Украины и юга России); онимы, прежде всего топонимы и микротопонимы, система которых своеобразна для каждого отдельного региона [см.: 5, с. 69].

В художественном произведении эти единицы, помимо узуальных номинативной и понятийной функций, выполняют и текстовые, стилистические функции, а также другие, подчиняющиеся эстетической функции [см. 6, с. 65–68]. Это можно проследить на произведениях А. П. Гайдара. При этом, если учесть время создания произведений и отражаемых в них событий, 20–30-е годы XX века, когда диалекты еще сохраняли многие свои дифференциальные черты, то по отношению к апеллятивам, используемым писателем, вполне можно употреблять понятие и термин диалектизм (ы) — «диалектное слово (слова), извлечённое из исконной среды бытования (диалекта) и помещённое с определёнными стилистическими задачами в иную речевую среду, в нашем случае— в текст художественного произведения» [6, с. 65].

Диалектизмы призваны прежде всего отразить своеобразие природных условий изображаемой местности, особенности хозяйственной деятельности, быта населения, иначе говоря, они выполняют общую функцию создания колорита местности и жизни социума [ср.: 6, с. 65–68].Данной цели, функции соответствует направленность используемой диалектной лексики. Это лексика флоры, фауны, быта, посуды, частей жилища, построек, одежды, приспособлений для различного рода занятий (ажина, лягва, поросюк, дрючок,клуня, церква, западка, нырётка, кошка «род якоря»и др.).Кроме того, писателем используются диалектизмы с обстоятельственным значением, в том числе временным (докуда, дюже, загодя, вечор, допрежь, зараз, колии др.); со значением действия (гикать, жахнуть, жикать, катать «шибко ехать» и др.); со значением признака (важный «хороший, отличный», дошлый, натурный и др.).Представлены диалектная экспрессивная лексика (байбак «ленивый и глуповатый», дошлый, обрыдло, брехало, выжига, скаженный и др.).

По соотношению с единицами литературного языка диалектизмы в произведениях А.П. Гайдара делятся на: собственно лексические (клуня, дрючок, дюже, обрыдло,валандать, смалец, бурак, куток,измуслякал, поскотина, налобок, сполохи др.); лексико-семантические (баба «жена», до «к», круто «очень, весьма; в высшей степени, в большой мере», шнырять «толкать» и др.);структурно-словообразовательные (сплутать, допрежь, снутри, далече,коняка, кузня, подглядать, пошто, поросюк, кто ни то, ящер «ящерица», дожидать, всамделе, почнет, надотьи др.); лексико-фонематические (босый, али, нонче, рази «разве», дак, хуть и др.); морфологические (погодь, лезай,дён, снесть, железу, плесть, уей,выдь, беречи, милай, иттить, в дырьях, по норьям и др.); совмещающие в себе несколько признаков (номинанта метрики «документы» отличается от литературного слова метрика «свидетельство о рождении» значением и грамматической формой). [См.: 5, с. 69].

В прозе А.П. Гайдара преобладают собственно лексические и лексико-словообразовательные диалектизмы. Кроме того, писатель употребляет слова, которые по-разному квалифицируются словарями — диалектными и общелитературными (жбан, жучить, пулять, опосля, турнуть и др.).Так, ряд слов, зафиксированных в сводном «Словаре русских народных говоров» с территориальными пометами, включен в словари современного русского языка как просторечные, разговорные или общеупотребительные: сени«наружная холодная пристройка без пола к крестьянской избе сбоку, по улице». Ряз.; «пристройка к дому». Вост.-Казах.; "крыльцо, обшитое досками«. Перм., Вят. [7, вып. 37, с. 164] — сени "помещение между жилой частью дома и крыльцом в деревенских избах и в старинных городских домах" [8, IV, с. 77];дерюга«толстый грубый холст из сученых охлопков или тряпок, используемый для различных целей». Ряз., Тамб., Ворон., Курск., Тул., Самар., Пенз., Костром.; «одеяло, вытканное из тряпок. Для приготовления такой ткани в основу ставятся нитки, а на уток нарваны тонкие полоски тряпок; лучше и красивее, если тряпки баские, то есть из старой хлопчатобумажной одежды и белья». Новг., Смол.; «двойное одеяло из толстого холста, употребляемое крестьянами на постели, а также взамен мешка для перевозки хлеба». Смол., Орл., Курск. [7, вып. 8, с. 27] — дерюга «вид грубой ткани из низкосортной пряжи»; «половик, подстилка и т.п. из грубой ткани, из толстых сученых охлопков»; Разг. «о всякой грубой ткани, а также об одежде из грубой ткани» [8, I, с. 391]; дратва«проволока».Прибалт.  [7, вып. 8, с. 175] — дратва «прочная, просмоленная или навощенная нитка для шитья обуви, кожаных изделий» [8, I, с. 444]; овин«большая постройка, в которую входят овин для сушки снопов и помещение для молотьбы (гумно)». Калин.; «навес на столбах, где сушат хлеб в снопах». Калуж. [7, вып. 22, с. 297] — овин «строение для сушки снопов перед молотьбой» [8, II, с. 583]; мазанка«род амбара, клети, хлева, обмазанного снаружи и внутри глиной — от пожара и для утепления (для хранения домашней утвари, зерна и т. п.)». Ворон., Сарат., Тамб., Пенз., Морд. АССР, Горьк., Ряз., Моск. [7, вып. 17, с. 293] — мазанка «хата из глины,сырцового кирпича или дерева, обмазанного глиной» [8, II, с. 215]; поддёвка«пиджак, жакет, куртка».Моск.,Сталингр. [7, вып. 27, с. 385–386] — поддёвка «верхняя мужская одежда, род пальто в талию, с мелкими сборками» [8, III, с. 184];бухать «ударять, бить с силой кого-либо». Пск., Твер., Дон., Яросл., Влад., Костром.; «с силой бросать».Пск., Влад., Нижегор., Вят.; «стремительно и шумно бросать». Пск., Влад. [7, вып. 3, с. 320] — бухать. Несов. к бухнуть«с глухим шумом и силой бросить, уронить что-л. или ударить и т. п». [8, I, с. 128]и др. Однако такие слова сохраняют статус регионализмов, характеризуя материальную культуру русского народа на огромных пространствах его проживания. Названный факт лексикографического разночтения свидетельствует о динамике лексической системы территориальных диалектов и тем самым русского национального языка в целом. Некоторых слов не оказалось в словарях, однако они актуальны в современных арзамасских говорах, что и позволило включить их в число диалектных (шарлыган, шелапутник, шматки, опрудить и др.) [См.: 5, с. 69].

Регионализмы находятся в разнообразных отношениях со словами текста и отличаются многофункциональностью [см.: 5, с. 69–70; 6, с. 65–68]. В числе функций диалектизмов, в произведениях А. П. Гайдара, помимо названных выше, такие как: придание повествованиюрегиональной окраски; созданиеречевого портрета (или «речевой маски») персонажа; соответствующей эмоционально-экспрессивной тональности; сообщение повествованию характера непринуждённости, простоты; иногда они являются средством создания или подчеркивания комического.Кроме того, показательны социологическая функция (изображение жизни в основном сельского населения или выходцев из села) и эстетическая, которая присуща всем художественным произведениям, и которой подчиняются все другие функции в статусе частных.

Диалектизмы, употреблённые А.П. Гайдаром, отличаются широкой локализацией. В тексте его произведений используются южнорусские или преимущественно южнорусские диалектизмы (брехать, бурак, большак, балабон, дрючок, дюже, клуня,коняка, обрыднуть, сплутать, хай и др.), севернорусские или преимущественно таковые (лезать, жиган, загодя, придружить, распута, взъем, круто «очень» и др.), междиалектные (мотреть, лог, далече, до «к», дожидать, ажно, валандать, допрежь, лягва, нехай и др.).Аналогичную локальную маркированность имеют грамматические и фонетические диалектизмы. Мы согласны с мнением — выводом: «Не исключено, что столкновением разнотерриториальных и междиалектных элементов, вкладываемых в уста разных персонажей, А.П. Гайдар хотел выразить идею масштабности, размаха революционных событий, вовлечения в них людей из разных уголков страны, разных по социальному положении, кругозору, идею всенародного характера революционных преобразований в стране» [5, с.71]. Эта идея была актуальной во время написания произведений и изображенных в ней событий. Ею жила страна. Ей преданно служил и сам писатель — всей своей жизнью и творчеством. Таким образом, систему рассмотренных единиц в произведениях А. П. Гайдара можно квалифицировать как средство выражения хронотопа.

 

Литература:

  1. Гайдар А.П. Собрание сочинений в 4-х томах. — М.: Детская литература, 1964.
  2. Ганцовская Н. С. Русский литературный язык в его соотношении с внелитературными образованиями: костромской региолект // Вестник Костромского государственного педагогического университета им. Н. А. Некрасова. Вып. 1(5), 1996. — С. 72–76.
  3. Герд А. С. Введение в этнолингвистику: учебное пособие. — СПб.: С.-Петерб. ун-т, 1995. — 92 ?.
  4. Климкова Л. А. К вопросу о содержании термина «регионализм» // Лингвистическая терминология в советском языкознании: тезисы докладов республиканской научной конференции, посвящённой памяти проф. Б. Н. Головина. — Н. Новгород: НГУ им. Н. И. Лобачевского, 1991. — С. 39–40.
  5. Климкова Л. А. Диалектизмы в прозе А. П. Гайдара // Филологические науки. — №5.– 1986. — С. 69 –72.
  6. Климкова Л. А. Инокомпонентное слово в художественном тексте // Проблемы анализа художественного текста: к 200-летию со дня рождения М. Ю. Лермонтова: материалы междунар. науч. конф. (3–5 июня 2014 ?., г. Петрозаводск) / отв. ред. Л. Л. Шестакова, Н. В. Патроева. — М.: Петрозаводск: Изд-во ПетрГУ, 2014. — С. 65–68.
  7. Словарь русских народных говоров. Вып. 1–23 / Гл. ред. Ф. П. Филин. Ред. Ф. П. Сороколетов. — М. — Л., Л.: Наука, 1965–1987; Вып. 24–46 / Гл. ред. Ф. П. Сороколетов. — Л., СПб.: Наука, 1994–2013.
  8. Словарь русского языка / Под ред. А. П. Евгеньевой. В 4-х т. — М.: Русский язык, 1981–1984.
  9. Трубинский В. И. Современные русские региолекты: примеры становления // Псковские говоры и их окружение: межвузовский сб. научных трудов. — Псков: Псковский государственный педагогический институт им. С. М. Кирова, 1991. — С. 156–162.

 

 

 

1

 

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle