Библиографическое описание:

Курмаева Г. Ф., Титкова Н. Е. Реальность сквозь призму фантастического как особенность рецепции детского сознания в книге А. Андерсона «Элизиум Аликс и монеты» // Молодой ученый. — 2015. — №22.1. — С. 193-196.



 

Мир фантазии, чудес, волшебства всегда занимал особое место в русской литературе. За долгие годы своего становления и развития элемент чудесного в художественном произведении способствовал раскрытию явлений окружающей жизни и природы, объяснимых и необъяснимых. Писатели, увлеченные темой волшебства, обращались своими книгами, удивительными историями в первую очередь к детям. Нам знакомы произведения В. Ф. Одоевского, А. Грина, В. Крапивина, А. Погорельского — это те авторы, кто наполнил страницы своих произведений русской литературы необычайными чудесами, волшебными странами и даже параллельными мирами. Мир волшебства, необъяснимых явлений привлекает внимание юных читателей тем, что иллюстрирует их мечты; то, что в реальности кажется невозможным, оживает на страницах книг. Литература такого плана направляет мышление детей в новую творческую стезю, помогает в развитии воображения или же, наоборот, в преодолении страхов. В этом и заключается особенность «волшебной» литературы — в тонкой грани между добром и злом, ужасным и прекрасным. Дидактическая задача таких произведений представлена, на наш взгляд, в строчках В. Крапивина: «...Детям сказка нужна,/Чтобы стали бесстрашными,/Взрослым тоже нужна просто так,/просто так…» [2]. Под сказкой мы понимаем не только традиционную народную сказку, но и литературную. Также в этих строчках раскрыта одна из самых важных особенностей детской литературы в целом — двунаправленность, то есть адресованность не только юному читателю, но и взрослому.

Современная детская литература охватывает пестрое многообразие направлений и жанров. Прежде всего, следует отметить в ней такое явление, как синтез жанров (роман-сказка, роман-путешествие, переплетение литературной сказки с многообразием народных сказок), и направлений (соединение русского фольклора, народных традиций и фэнтези), а также интертекстуальность — огромное количество аллюзий, реминисценций.

Одним из таких сложных, синтетичных явлений в современной литературной действительности стала книга молодого автора Александра Андерсона — «Элизиум. Аликс и монеты». В 2013 году роман победил в номинации «Новая детская книга», получил Книжную премию Рунета-2014 года в номинации «Детская литература» и вошёл в финал в «Выборе читателейLiveLib.ru2014 года». Издательство Росмэн охарактеризовало это произведение так: «самая загадочная книга года». В книге присутствуют многочисленные отсылки к текстам волшебного приключенческого характера, как классической литературы, так и современной. Роман насыщен разного рода символами, мифами, снами — всё это в меньшей степени понятно юному читателю, но зато в полной мере интертекстуальный подтекст раскрывается взрослым читателям. Возможно, в этом заключается секрет притягательной силы произведения для всех возрастов, ведь повзрослев, ребёнок, вернувшись к этой истории, поймёт что-то новое, что в силу возраста, отсутствия жизненного опыта было сначала недоступно его пониманию.

В романе переплетается множество сюжетных линий: сколько персонажей — столько и историй, и все они важны для понимания идеи романа в целом. С первых же строк атмосферу таинственного и загадочного создает образ таинственного леса со старым замком. В этом заброшенном месте живёт главная героиня романа — девочка с необычным именем Аликс. Жизнь ее течет спокойно и ровно, однако в этом монотонном течении есть нечто странное: в нем нет полноценного общения, потому нет других людей. Героиня окружена необычными предметами: в замке все материальное становится нематериальным, это мир, населенный призраками: «В замке частыми гостями были сквозняки, туман, шёпот, дым и воспоминания. [1, c. 5], «на кухне приведение Поварихи с трёмя призраками поворят <…> прислуга девочки, помогающая по хозяйству, — это Тень мрачной гувернантки и милое Видение горничной. Библиотекарь — Мистер Пыль, а дворецкий — несчастный Упырь…» [2, c. 6]. В день рождения Аликс на пороге возникает незнакомец, который представляется Шутом. Он знает о жизни девочки даже больше чем она сама, знает про волшебные монеты, которые зубная фея приносила в подарок за молочные зубки, ему открыта главная тайна — где родители Аликс. Он вызывается сопровождать её, но дает понять, что за волшебные услуги придется заплатить. Цена — монетки Аликс. Когда они закончатся, оборвётся и ее жизнь. Именно с этого момента начинается опасное путешествие в загадочный мир — Элизиум.

А. Андерсон в своём интервью объяснил некоторые нюансы текста, которые помогают понять ключевые образы и мотивы. Ещё в названии произведения нам встречается необычное имя девочки: «С именами в романе вообще много странного: герои их прячут, называются вторыми именами или именуют себя по профессии, и на то есть причины» [6]. Имя человека несет в себе тайну уникальности личности; автор учит читателей тому, что следует беречь всё, что подарено судьбой, и необходимо искать то, что потеряно, то, что когда-то это было частью жизни. Аликс решается на опасное путешествие, понимая, что долг каждого ребёнка — стремиться к своим родителям, вообще к истокам и корням своего бытия. Наличие волшебного предмета — одно из главных условий волшебной сказки. В романе эту функцию выполняют монеты Аликс: «Волшебное средство является сюжетообразующей и символической деталью» [4, c. 76]. Если обратиться к мифологии, то можно обнаружить, что с монетами связан такой ритуал, как погребение, сопровождение умерших в царство мёртвых. Монета выступала платой проводнику за безопасное пересечение реки смерти. В контексте романа монеты в прямом смысле означают частичку жизни: Аликс получала монетки за молочные зубки. Она клала его под подушку и ждала прихода зубной феи, которая меняла зуб на монетку из чистого золота Подходил не каждый зуб, поэтому монет было совсем немного… Но зато каких!» [1, c. 16].

Особую символическую глубину имеет заглавный образ произведения — Элизиум. В Малом академическом словаре русского языка даются следующие определения: «ЭЛИ́ЗИУМ, -а,м.(с прописной буквы).1.В античной мифологии: благодатная местность, где продолжалась жизнь людей, связанных родством с Зевсом, позднее (у латинских поэтов) — обитель блаженных в царстве мертвых; 2.Трад.-поэт.Место блаженства, рай.Не се ль Элизиум полнощный, Прекрасный царскосельский сад.Пушкин, Воспоминания в Царском Селе». [5]. В романе одновременно обыгрываются оба значения слова: в сознании юной героини истории, которой всего 12 лет, это «светлое место покоя душ героев» [1, c. 34]. Однако Шут, проводник в мир Элизиума, объяснил ей подлинный смысл этого названия: «Это красивое слово и только, век благополучия огромного мира. Людям хочется верить, что всё хорошо, и они придумывают утешающие названия. <…> Те же, кто умеет смотреть правде в глаза, кто не боится её, зовут этот мир истинным именем — Междустенье» [1, c. 34]. Шут раскрывает Аликс тайны Междустенья, но параллельно на уровне подтекста раскрывает строение реального мира. Всё, что говорит Шут, Аликс обдумывает и пытается объяснить сама, путём сравнений, опираясь на свой багаж знаний, полученный в библиотеке Мистера Пыли. В её внутренних монологах проявляются особенности рецепции детского сознания — трансформация окружающей действительности, страхов и явлений в фантастические реалии. Примечателен момент в самом начале произведения, когда девочка рисует образ библиотекаря Мистера Пыли: «Он может быть призраком мертвых книг», далее идёт сопоставление: «Если есть мертвые языки — те, на которых уже не разговаривают, тогда есть и мертвые книги», и вывод: «Может, он их призрак, чтобы напоминать о самом существовании себя» [1, c. 7]. Другой герой Шут, вошедший в замок из другого мира, также является носителем этой идеи, только в иной плоскости: он объясняет причины трансформации реального мира в фантастический. Библиотека Аликс с появлением гостя из Элизиума вдруг стала морем из-за содержания книг: «Я, конечно, слышал о невоспитанных книгах, но никак не думал, что они могут найти пристанище в вашей библиотеке. Я читал разные книги — интересные, наглые, умные, глупые, но, поверьте, хуже всех — невоспитанные книги с морем воды» [1, c. 26].

Таким образом, двухчастное название романа «Элизиум. Аликс и монеты», дает ключ к его главной идее: «с одной стороны указывает на романтическое двоемирие, столь важное для понимания смысла происходящего в произведении, но с другой стороны, таким образом обозначен и жанр произведения» [4, c. 76]: Аликс и монеты — реальное, психологическое, а Элизиум — мистическое, волшебное, фантастическое. Наличие такового жанрового синкретизма является обязательной составляющей успеха произведения у детей [4, c. 76].

А. Андерон определил идею романа так: «Главная идея первой книги — вы вправе управлять своей жизнью, не обманывая себя ложными целями, идти до конца как подсказывает вам сердце, а не незнакомец скрывающий лицо за фарфоровой маской» [6]. Автор отметил, что с каждой книгой история и атмосфера будут взрослеть <…> Так как он для героев загадка и некая изнанка нашего реального мира, взрослые читатели смогут провести свои параллели, а дети и подростки свои» [6]. Соотношение реального и фантастического в романе представлено на уровне образной системы в оппозиции: Аликс — обитатели Элизиума. Аликс, как представитель реального мира, осмысливает всё увиденное путём его сопоставления с прочитанными книгами, на уровне ассоциаций. Именно поэтому юный читателю понятны мысли и переживания героини: оказавшись на ее месте, он думал и чувствовал бы так же. Например, в эпизоде, где Аликс оказывается в картотеке сновидений, сны представляются паутинами, записываются пауками, выясняется, что сны — это единственно возможная форма жизни человека в Элизиуме. Размышления Аликс передаются через внутренние монологи, стиль которых отсылает нас к монологам другой юной путешественницы — Алисы Льюса Кэролла: «её всегда интересовало, что есть на самом деле, а что — плод её воображения» [1, c. 23]. В книге Андерсона много элементов, которые ассоциируются с художественным миром Кэролла: говорящие растения, коты с трансформирующимися частями тела, фантастические существа, лабиринты, король и королева, загадки и шарады. Каждый образ несёт в себе философскую идею: в частности, Шут, он же незнакомец в маске, олицетворяет идею многоликости человеческой натуры. Аликс понимает, что Шут — это воплощение того, чему нельзя доверять: «Какая польза в улыбке, когда я знаю, что она фарфоровая» [1, c. 65]. В этих словах обозначена серьезная проблема: соотношение истины и лжи, искусственного и настоящего не только в человеке, но и жизни вообще. Автор задаёт вопрос: «кому и чему можно доверять?» и ответ прост — полностью доверять можно только самому себе. Аликс, храня верность себе, своим чувствам, пройдя через ряд смертельных испытаний, смогла остаться в живых.

Образы злодеев представлены в романе недостаточно чётко, однако все же можно условно разделить героев на отрицательных и положительных. Представители реального мира, обычные люди, чаще всего не обладающие магическими силами, оказываются на стороне добра (трубочист, Тень гувернантки); сторона зла представлена несколько сложнее, как правило, «недобрыми» героями являются коренные жители Элизиума (Мастер, Повелитель кукол, Циклоп), при этом необходимо обратить внимание на семантику имён персонажей, на род их деятельности. Такое нечёткое разграничение полюсов тёмного и светлого указывает на то, что существует взаимовлияние магического мира и ребёнка, но оно непредсказуемо: «Ее сандалики приятно цокали при спуске, и стоило ей оказаться внизу лестницы, перед широким выступом, как она обернулась, чтобы ахнуть — из пещеры летели сотни колибри, а Шут стоял чуть выше…» [1, c. 44]. Однако Аликс не первая, кто пришёл в этот мир, вспомним сцену в лабиринтах, где мы встречаемся со слепыми детьми, попавшими в Элизиум. Их «охраняет» Циклоп, пасущий туманных барашков. Эта сцена отсылает нас к «Одиссее» Гомера: Циклоп защищает детей от ужасного мира, он «кормит» их сказками «о красивых мирах, о замках и дворцах, о жизни лучшей, чем есть у них». [1, c. 126]. С одной стороны мир волшебства дарит возможность исполнения сокровенных желаний, но в то же время просит оплату, в данном случае — жизнь.

Изображая два мира — реальность и фантастический мир абсурда, автор ставит вопросы: «Насколько похожи эти миры? Какой мир на самом деле абсурден?». Ответы мы находим с помощью Аликс. Детское восприятие мира отличается от взрослого отсутствием предрассудков, дети видят мир со всем, что в нём есть, замечая мельчайшие детали. То, что ребёнку не понятно, он пытается объяснить волшебством или же сам трансформирует реальность, чтобы быть ближе к истине. Именно это А. Андерсон и попытался раскрыть в своей книге.

 

Литература:

  1.                Андерсон А. Аликс и монеты: роман / Александр Андерсон. — М.: РОСМЭН, 2014. — 384 с.
  2.                Крапивин В.П. Оранжевый портрет с крапинками. Режим доступа: http://www.e-reading.club/bookreader.php/30128/Krapivin_1_Oranzhevyii_portret_s_krapinkami.html (Дата обращения 29.09.15).
  3.                Кэролл Л., Демурова Н., Гарднер М. Алиса в Стране чудес и в Зазеркалье. Пища для ума — М.: Эксмо, 2011. — 608 с.
  4.                Минералова И.Г. Детская литература: Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. — М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 2002. — 176 с.
  5.                Словарь русского языка в 4-х томах М., Русский язык, 1999. Т. 1–4. Режим доступа: http://feb-web.ru/feb/mas/mas-abc/0encyc.htm (Дата обращения 30.09.15)
  6.                Скорондаева Анастасия Не Ганс-Христиан, но Андерсон — Российская газета. Опубликовано в РГ (Федеральный выпуск) N6299 от 7 февраля 2014 г. Режим доступа: http://www.rg.ru/2014/02/07/kniga.html (Дата обращения 30. 09.15).

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle