Библиографическое описание:

Фаворисов Е. В. Учебные сборы ратников ополчения в 1890 – 1912 гг. (на примере Симбирской губернии) // Молодой ученый. — 2009. — №10. — С. 291-294.

Ополчение, определяемое Высочайше утвержденным 1 января 1974 г. Уставом о воинской повинности, как составляющая вооруженных сил государства [1], представляло собой резерв, состоящий из лиц как отбывших срок службы в постоянных войсках и в запасе, так и освобожденных от действительной службы, но физически годных к военному делу [2]. Одной из причин, если не основной, инициировавших военные реформы второй половины XIX века, было стремление власти обеспечить армию обученным резервом личного состава. Как следствие, необходимо было дать некоторую подготовку к военному делу тем из резервистов, кто вовсе не проходил действительную службу [3]. Достижению данной цели должны были способствовать, в частности, учебные сборы ратников ополчения.

Между тем, несмотря на очевидную значимость изучения предмета исследования настоящей статьи, он не нашел должного освещения в отечественной исторической науке. Автору удалось найти лишь одну монографию, и то дореволюционную, в которой вопросу об учебных сборах ратников ополчения первого разряда уделяется отдельное внимание [4].

Призыв ратников ополчения первого разряда в учебные сборы продолжительностью до шести недель и не более двух раз в течение четырех лет после их зачисления предусматривался утвержденной в 1888 году новой редакцией 303 статьи Устава о воинской повинности, по продолжению 1886 года [5]. Первый учебный сбор был проведен в 1890 году.

О предстоящих учебных сборах ратников Губернаторам объявлялось Высочайшим повелением. Каждый раз созыву подлежали ратники первого и третьего возрастов. Первый (младший) возраст составляли лица, зачисленные в ополчение первого разряда при явке к исполнению воинской повинности в предшествующий учебным сборам год. Соответственно, к третьему возрасту относились те, кто пополнил ряды ополчения тремя годами ранее. Иными словами, учебные сборы, например, в 1895 году должны были отбывать ратники, зачисленные в ополчение в 1892 и 1894 годах. География проведения сборов каждый раз определялась в том же повелении. Стоит отметить, что ратники Европейской России отбывали сборы непременно каждый год [6].

Согласно Высочайше утвержденным 17 февраля 1890 года Временным Правилам для учебных сборов ратников ополчения первого разряда Губернское по воинской повинности Присутствие ежегодно, в сентябре месяце, за год вперед, определяло число очередей для учебных сборов и сроки сбора ратников в каждую из них, на основании соображений ежегодно представляемых ему Уездными по воинской повинности Присутствиями [7] в августе месяце [8].

По воспоследовании Высочайшего повеления о предстоящих в будущем году учебных сборах Губернатор предлагал Уездным Присутствиям представить Губернскому Присутствию их соображения [9].

В своих предложениях Уездные Присутствия должны были руководствоваться вышеупомянутыми Временными Правилами. Между тем, стремление государства добиться максимального результата от проводившихся учебных сборов и, в то же время, свести к минимуму неудобства для отбывающих их, вызвало издание Министерствами Внутренних Дел и Военным, по соглашению, циркуляров и отношений, последовавших в развитие положений этих Правил.

Так, отношением Штаба Казанского военного округа от 2 апреля 1893 года требовалось, чтобы в одной и той же очереди не объединялись ратники являющиеся в учебный сбор впервые с ратниками уже отбывшими таковой [10]. Ратники, перечисленные по изменившемуся семейному положению из второго в первый разряд ополчения должны были призываться в учебный сбор того года, когда призываются их сверстники, поскольку согласно 2 статье Временных Правил ратники призываются в сборы целыми возрастами [11]. Вместе с тем, обучение их должно было производиться в тех очередях учебных сборов, которые назначены для ратников, призывавшихся в первый раз [12].

Анализ журналов ежегодных протоколов Симбирского Губернского по воинской повинности Присутствия свидетельствует о том, что на практике допускались отступления от требования сбора ратников целыми возрастами. Так, например, в учебные сборы 1896 года были объединены в одну очередь ратники призыва 1895 года, подлежащих обучению в первый раз и ратники, зачисленные в ряды ополчения в 1893 года, которые не отбыли по каким-либо причинам первый учебный сбор. К слову, подобное наблюдалось и в 1897, 1899 годах [13].

Так, Курмышское Уездное по воинской повинности Присутствие назначая в одну очередь учебных сборов 1896 года ратников призывавшихся в учебный сбор во второй раз и ратников еще не бывших в учебном сборе, апеллировало к мнению Курмышского Уездного Воинского Начальника о том, что в очереди, во всяком случае, составится не менее 2 рот, а потому при объединении ратников разных возрастов не может встретиться затруднений в обучении их военным приемам, так как они будут в разных ротах [14].

При циркуляре МВД от 31 октября 1893 года была препровождена составленная в Военном Министерстве поуездная ведомость о предельном числе ратников, более которого не должно было призываться в каждую очередь учебного сбора. Губернскому Присутствию следовало принять ее к руководству при назначении числа очередей учебных сборов и числа ратников, призываемых в каждую из них. Такое распоряжение было вызвано необходимостью согласовать число ратников, собираемых в каждую из очередей, с количеством винтовок, хранившихся при каждом сборном пункте при Управлениях Уездных Воинских Начальников для вооружения ими формируемых рот государственного ополчения первой очереди. Хотя винтовки могли быть доставлены из Казанского Окружного Артиллерийского Склада из тех, что предназначались для симбирских дружин государственного ополчения второй очереди, но увеличение числа ратников, отбывающих сборы в одной из очередей или назначение их всех только в одну очередь значительно увеличивало бы расход казны [15].

Согласно упомянутой ведомости, Уездным Воинским Начальникам положено было содержать следующий арсенал винтовок: Симбирскому 657, Сенгилеевскому 438, Сызранскому 657, Карсунскому 438, Алатырскому 438, Ардатовскому 657, Курмышскому 438, Буинскому 438 [16].

При отношении от 24 января 1903 года Губернатору была сообщена новая, измененная военным ведомством в сторону сокращения запаса оружия, ведомость. Согласно ей при Управлении Симбирского Воинского Начальника хранилось 657 винтовок, Сенгилеевского – 219, Сызранского – 438, Карсунского – 219, Алатырского – 438, Ардатовскго – 657, Курмышского – 438, Буинского – 438 [17].

Таким образом, ограничение Военным Министерством численности ратников, которые могли быть назначены в одну очередь и многочисленность их в некоторых уездах приводила к тому, что Уездные по воинской повинности Присутствия делили уезд на территориальные участки, поскольку численность ратников призыва одного года не позволяла назначить весь этот возраст в одну очередь.

Кроме того, циркуляром от 6 февраля 1895 года Губернатору было указано на необходимость устранения неблагоприятных учебным сборам ратников условий, принятия мер к обеспечению этих сборов удобными помещениями для размещения и успешного их обучения [18]. Согласно указаниям Военного Министра Губернское Присутствие, чрез Городских Голов и Городских Старост, предложило Городским Думам принять меры к устройству или найму удобных помещений [19]. Из сообщений Городских Голов и Городских Старост видно, что в уездных городах Симбирской губернии имелись следующие помещения для размещения ратников на время учебных сборов: каменные и деревянные казармы, приспособленные деревянные амбары, дощатые бараки, а за их отсутствием нанимались частные здания. Однако, подобные помещения, по большей части, были годны для обучения ратников в летом и, по отзыву Симбирского Уездного Воинского Начальника, не пригодны для холодного времени [20].

Вообще, назначение для учебного сбора ратников государственного ополчения времени с ноября или в течение декабря, января и февраля месяцев, по причине суровости местного климата было не только не удобным, но даже совершенно не соответствовало самой цели учебных сборов. То есть вместо обучения ратников фронтовому, в шеренгах, в взводах в особенности рассыпному строю с применением к местности, маневрированием, самоокапыванием, прохождения весьма сложного, полного курса стрельбы на открытом воздухе, при весьма коротком, по времени года, дневном свете, приходилось ограничиваться лишь одними комнатными занятиями при скученной, зимней, весьма неудобной и тесной обстановке в казармах [21].    

Несмотря на то, что статьей 7 вышеупомянутых Временных Правил требовалось назначение учебных сборов преимущественно в осенние и зимние месяцы [22] на практике это оказывалось неосуществимым в силу недостатка, а по некоторым уездам (Курмышскому, Буинскому) и полного отсутствия, помещений, приспособленных для зимних занятий. Как следствие, Уездные Присутствия могли предполагать назначение сборов на весну и лето.

Между тем, при преобладании в России земледельческих занятий и в виду особого строя отечественного сельского хозяйства, зависящего от климатических условий и требовавшего особенного напряжения в некоторые месяцы со стороны всех занимавшихся земледелием, вопрос о наиболее рациональном для сельских интересов распределении очередей учебных сборов представлял существенное значение и несвоевременный призыв ратников в учебные сборы, отвлекая от земли работников в наиболее важное для полевых работ время, мог привести к особенному ущербу. К упомянутому уже циркуляру МВД от 6 февраля 1895 года прилагались таблицы, составленные в Министерстве Земледелия и Государственных Имуществ, указывавшие примерные сроки, назначение в которые учебных сборов ратников соответствовали бы местным хозяйственным интересам. Временем свободным от полевых работ в Симбирской губернии считалось с 20 августа по 10 апреля и с 20 мая по 20 июня. Уездные по воинской повинности Присутствия, в свою очередь, должны были проверить и дополнить обозначенное в таблицах время, сообразно с местными условиями и принять изложенные указания к точному и неуклонному руководству [23]. Вступивший в силу с 1 марта 1911 года закон «О преобразовании Государственного ополчения» вовсе запрещал назначение сборов в летние месяцы [24].

Обилие директив, которые Уездные Присутствия должны были принимать во внимание при предположении количества очередей и сроков каждой из них, а также непригодность имеющихся помещений для зимних занятий обусловливали назначение учебных сборов ратников по всем уездам, кроме Симбирского, из года в год в одно и то же время. Весенняя назначалась с 20 – 25 мая, а осенняя – с начала сентября (в том случае, если по уезду назначалось две очереди) или с середины августа и с середины сентября (если по уезду назначалось три очереди). Симбирский уезд находился в особых условиях в данном отношении: в нем учебные сборы не могли назначаться в сентября, поскольку в это время ежегодно проходили учебные сборы нижних чинов запаса, которых созывалось не менее 1300 человек. Опыт учебных сборов ратников в 1896, 1897 гг. в ноябре месяце доказал наглядным образом невозможность успешного их проведения в холодное время года. В связи с чем, Губернским Присутствием, по согласованию со Штабом Казанского военного округа, было определено одновременное назначение в мае месяце двух очередей учебных сборов.  

Поскольку, Уездные Присутствия обязаны были представлять свои предположения касательно организации учебных сборов Губернскому Присутствию в августе месяце, следовательно, число новобранцев, которое будет зачислено при призыве к исполнению воинской повинности в ополчение первого разряда, могло быть ими определено лишь приблизительно. Нередко Уездные Присутствия, по окончании призыва, ходатайствовали об изменении сроков сборов, основываясь уже на действительно выяснившихся данных. Оповещения о времени явки ратников в учебный сбор должны были посылаться за шесть недель до назначенного для явки времени [25].

Для медицинского осмотра ратников при Управлениях Уездных Воинских Начальников Губернским Правлением назначалось по два врача из состоящих на государственной или общественной службе. Земские врачи определялись Уездными Земскими Управами [26].

Для полноты характеристики проведения учебных сборов ратников в губернии, приведем сведения о выполнении учебного сбора ратниками ополчения первого разряда Симбирской губернии за 1897, 1903 и 1912 годы (сборам подлежали ратники только одного младшего возраста): [27]

 

Всего подлежало учебному сбору

Освобождено

(по разным причинам)

Не явилось

Отбыло

1897 год

8399

584

734

7081

1903 год

4456

561

345

3550

1912 год

7601

736

2465

4400

 

Так, например, Ардатовское Уездное Присутствие в своем представлении в Губернское Присутствие объясняет неявку значительного числа ратников в учебный сбор 1912 года (в весеннюю очередь из 753 ратников, подлежащих учебному сбору, не явилось 325) тем, что большая из них часть находилась «в отлучке в сибирских местах», куда они отлучились на заработки из-за недорода хлебов в уезде еще до объявления им срока явки в учебные сборы. К тому же часть ратников отбыла учебный сбор в местах их временного жительства, но ко времени составления отчета о выполнении учебного сбора об этих ратниках в Присутствии еще не были получены надлежащие сведения [28].

Таким образом, анализ архивных документов, освещающих практику проведения учебных сборов ратников первого разряда в Симбирской губернии, склоняет нас придти к заключению о том, что цель военного ведомства, достижению которой должны были способствовать учебные сборы, не была достигнута в полной мере. Так, например, сохранившиеся материалы позволяют утверждать, что ежегодным учебным сборам подлежал только один, младший, возраст ратников, причиной чему являлись финансовые соображения [29]. Более того, объективные причины и недостаточная обеспеченность материальной базы не позволяли с полным успехом обучить и тот один возраст.

 

1. Реформы Александра II / Сост. О.И. Чистяков, Т.Е. Новицкая. М.: Юрид. лит-ра, 1998. С. 338

2. Государственный архив Ульяновской области (далее ГАУО) Ф. 76, Оп. 1, Д. 151, Л. 3

3. Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона [Электронный ресурс]: Сборы учебные чинов запаса и ратников ополчения. URL: http://dic.academic.ru/dic.nsf/brokgauz_efron/91533/%D0%A1%D0%B1%D0%BE%D1%80%D1%8B (дата обращения: 06.07.2009)

4. Петров Ф.В. Государственное ополчение: Исторический очерк и сравнительное исследование действующего положения о государственном ополчении по русскому и иностранному законодательствам. СПб.: Типо-лит. А.Е. Ландау, 1901. – 204 с.

5. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 120, Л. 117

6. Лишь в 1910 году в виду перехода армии к новой организации, изменения ее дислокации учебные сборы были отменены. ГАУО Ф. 78, Оп. 1, Д. 46, Л. 9

7. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 543, Л. 3; Ф. 78, Оп. 2, Д. 1354, Л. 119

8. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 164. Л. 66

9. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 193, Л. 241 – 241 Об

10. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 1354, Л. 147

11. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 1264, Л. 167

12. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 193, Л. 241 Об - 242

13. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 164, Л. 272 – 274 Об; Ф. 78, Оп. 2, Д. 165, Л. 226; Ф. 78, Оп. 2, Д. 193, Л. 243 Об

14. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 164, Л. 275 – 275 Об

15. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 167, Л. 92

16. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 193, Л. 15, 244 Об – 246; Ф. 78, Оп. 2, Д. 164, Л. 270 - 275

17. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 226, Л. 46 - 47

18. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 164, Л. 61

19. Там же, Л. 149; Ф. 78, Оп. 2, Д. 1264, Л. 181 - 183, 185 - 188

20. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 1354, Л. 126

21. Там же

22. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 164, Л. 156 Об

23. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 164, Л. 65, 66 Об

24. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 543, Л. 54

25. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 165, Л. 194

26. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 226, Л 44, 45; Ф. 78, Оп. 2, Д. 543, Л. 63

27. Составлено по: ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 167, Л. 103 – 104; Ф. 78, Оп. 2, Д. 226, Л. 78, 81 – 82, 85 – 86, 88 Об – 89, 91 Об – 92, 94 Об – 95, 97 Об – 98, 102 Об – 103; Ф. 78, Оп. 2, Д. 543, Л. 113, 142 - 143

28. ГАУО Ф. 78, Оп. 2, Д. 543, Л. 117

29. Из всеподданнейшего доклада военного министра А.Н. Куропаткина о деятельности и состоянии отраслей военного управления за 1901 год [Электронный ресурс]. URL: http://hrono.ru/dokum/190_dok/19020226kur.html (дата обращения: 06.07.2009)

 

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle